Вредный босс на Новый год - Лана Пиратова

Нависаю над ней. Смотрю прямо в глаза. И тону в них.

Всё. Моя.

Провожу ладонью по нежной коже.

Оказываюсь у неё между ног. Развожу их шире.

Просовываю два пальца ей в рот:

— Оближи, — хриплю.

Она послушно обводит их языком и я кое-как сдерживаюсь, чтобы не вставить ей в рот вместо пальцев член. И офигеваю от того, сколько всего я ещё с ней сделаю. Список только растёт.

Вытаскиваю пальцы и касаюсь ими клитора. Там и так всё влажно, но я не могу отказать себе в удовольствии видеть, как она работает языком.

От моего прикосновения Ева вздрагивает, хватается за простыни и пытается отползти. Хватаю её за ногу и не даю этого сделать.

И пальцы начинают ласкать её. То сильнее и быстрее и тогда Ева стонет и закусывает губы, извивается. То медленнее и тогда она разочарованно выдыхает, приподнимается и смотрит на меня.

Мне нравится наблюдать за ней. Это возбуждает. Второй рукой в такт движениям пальцев на клиторе веду по члену.

Ева зажмуривается, подает бёдрами вперёд и стонет. И я останавливаюсь. Убираю с неё руку и теперь только сжимаю член. Смотрю на неё с усмешкой.

Она приподнимается на локтях и недоумённо смотрит на меня.

— Что? Хочешь кончить? — спрашиваю, наслаждаясь её разочарованием.

Вижу, как щеки покрываются румянцем. Всё ещё стесняется. Как тогда…

Ева падает на кровать и отворачивается. Беру её за подбородок и поворачиваю к себе.

— Скажи мне, Ева, чего ты хочешь?

Упорно молчит, сжав губы.

— Покажи мне, — предлагаю я.

Она берёт мою руку и кладёт себе между ног.

— Так, — ухмыляюсь я. — А ещё чего? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?

Молча кивает.

Этот разговор мучителен не только для неё, но и для меня.

Я бы давно вставил ей и отдолбил. Но сейчас я хочу услышать и от неё признание. Даже если она скажет, что не хочет меня, я всё равно её трахну, но что-то мне подсказывает, что ответ будет другим.

Я опять провожу пальцем по клитору, едва касаясь его. Ева всхлипывает.

— Ну же, Ева, скажи. Смелее, — уже прошу я, наклоняясь к её лицу. — Не мучай нас. Я хочу, чтобы ты научилась мне говорить о своих желаниях. Я же хочу сделать хорошо нам обоим, девочка. Хочешь, чтобы я трахнул тебя?

— Да, — произносит тихо.

Я рычу от удовольствия и быстро переворачиваю её на живот.

Шлепаю по заднице под вскрик Евы и тут же целую её туда.

Ещё шлепок.

Тяну подушку и подкладываю её Еве под живот. Раздвигаю ноги.

Наклоняюсь, беру её за подбородок и поворачиваю к себе.

Быстро целую. Поднимаюсь и приставляю член к складкам. Провожу по ним, размазывая влагу, и слегка толкаюсь.

Хриплый стон вырывается из груди. Замираю и сразу вставляю в неё на всю длину. Ева выгибается и скребёт ногтями по простыне, но молчит.

Выхожу полностью и опять ударяю бёдрами. И начинаю трахать её.

Выдержки Евы хватает ненадолго. Скоро мой слух прорезают её стоны. А когда я просовываю руку и нажимаю на клитор, она вскрикивает и хватает меня за руку, удерживая её. Боится, что я опять не дам ей кончить.

Но мне и самому хочется почувствовать её сжимания вокруг члена. Поэтому я легко довожу её и, остановившись, сверху вниз наблюдаю, как она выгибается и стонет.

Потом опять возобновляю толчки и у меня тоже вырывается из груди звериный рык.

Чёрт. Просто офигенно! Ну, офигенно же!

Сейчас я трахаюсь не для снятия напряжения, а для удовольствия. Офигенного удовольствия.

Вжавшись в Евин зад и дождавшись, пока её спазмы не стихнут и не отпустят член, я выхожу. Заваливаюсь набок и прижимаю её к себе.

— Всё, больше никуда не отпущу, — шепчу ей и опять звонко шлёпаю по заднице.

Эту ночь я провожу в квартире Евы. Мы, наконец, разговариваем. Высказываем друг другу всё, что так долго копили в себе. И мне становится легче. Надеюсь, ей тоже.

Хотя, каждый раз, когда она пыталась отвернуться и показать, что обижена, я закрывал ей рот поцелуем. Чтобы не наговорила лишнего. Ну, и мне нравилось это.

Не знаю, сколько раз за эту ночь я трахнул Еву. Я бы так и остался с ней в кровати на весь день, но нас разбудил будильник. Надо было ехать за животным этим, который меня укусил.

— Да я одна могу съездить, — говорит Ева, когда после завтрака я тянусь к ней за поцелуем.

— Я тоже хочу, — улыбаюсь.

— Максим, ты же не сделаешь ему ничего плохого? — с подозрением смотрит на меня. — Ты же не хочешь ему отомстить.

— Ну, как-то обидно прямо звучит, — усмехаюсь я. — Чтобы я мстил хорьку?

Взгляд серьёзный, но потом она тоже улыбается.

— Может, я, наоборот, с ним подружиться хочу? — говорю я. — Раз уж нам вместе жить придётся.

— Хм, — упирается ладошками мне в грудь. — А где это ты собрался жить? Вместе с Василием, — делает акцент на последнем слове.

— У меня, конечно. И не с Василием, а с тобой! — сжимаю её и целую.

Потом мы едем в ветклинику. С хорьком и правда все хорошо. Правда он так и фыркает на меня. Ничего, привыкнет. Принюхается.

— Ева, сегодня поедем к моему отцу домой, — говорю я Банниковой.

— Зачем? — смотрит испуганно.

Её реакция заставляет меня рассмеяться.

— А чего испугалась? — спрашиваю я. — Отец на ужин пригласил. И я хочу взять тебя с собой.

— Меня?! — чуть не подпрыгивает Ева. — Зачем?

— А что в этом такого? Хочу и всё.

— А не рановато? Мне кажется, надо ещё подождать…

— Да сколько можно ждать-то? — хмурюсь я и больше не улыбаюсь. — И так столько лет ждали! Нет. Хватит. Дальше будет так, как я скажу.

Ева стоит и хлопает глазками. А мне нравится удивлять её.

— Ладно, я поехал. У меня встреча сегодня ещё, — говорю я и чмокаю её в щёку. — Я в шесть заеду.

Мы прощаемся и я еду домой. По дороге заезжаю в зоомагазин и покупаю какую-то фигню для Василия. Надо же налаживать контакт. Не могу же я позволить, чтобы он постоянно кусал меня.

Пока продавец в зоомагазине упаковывает эту херню, я смотрю на своё отражение в витрине. Вообще себя не узнаю. Я ли это? Покупаю игрушку для зверя, который укусил меня?

А ещё очень хочется увидеть Еву. А что отцу скажу? Как её представить?

Ладно, там по ходу сориентируюсь.

Подъезжаю к дому, выхожу из машины, держа в руке пакет, и направляюсь к подъезду.

— Максим Ильич Серов? — окликает меня