Запретный плод - Юлия Гетта

Андрей сделал ещё шаг навстречу к Максу и ударил его кулаком в лицо. Тот отшатнулся, но удержался на ногах, и ударил в ответ. Завязалась жёсткая драка.

Я первые секунды наблюдала за происходящим как заворожённая, а потом, как будто очнувшись от шока, бросилась их разнимать. Но тут же получила толчок, так и не поняла от кого из них, и отлетела на приличное расстояние, приземлившись на асфальт.

Я поднялась и бросилась на тротуар, умоляя прохожих разнять придурков. Но никто не рисковал лезть в драку двух здоровых мужиков, и все старались поскорее пройти мимо.

Я в отчаянии снова кинулась к дерущимся, пытаясь вклиниться между ними. На этот раз сработало, они на секунду остановились.

– Отойди, – прорычал муж, отодвигая меня в сторону.

Я вцепилась в его руку и буквально повисла на ней:

– Я прошу тебя, не надо! Умоляю! – И тут же повернулась, обращаясь к Максу со слезами на глазах: – Уходи, пожалуйста, уходи! Ради всего святого!

Он, посмотрев на меня долгим пронзительным взглядом, сделал шаг назад, развернулся и пошёл в сторону своего автомобиля.

– Чтобы больше я тебя возле неё не видел! – крикнул муж ему вдогонку.

Тот обернулся, с презрением сплюнул кровь, сел в машину и уехал, резко дав по газам.

Я повернулась к мужу:

– Ну что ты тут устроил? Мы с тобой, кажется, все решили? Ты сам по себе, я сама по себе!

Андрей зажмурился, как от резкой боли, и потрогал бровь. Она была рассечена, и рана кровоточила. Я подошла ближе и осмотрела ее:

– Тебе надо ехать в больницу, зашивать это.

– Никуда я не поеду, – отмахнулся он.

Лучше бы я молчала про больницу. Теперь, когда я это озвучила, он точно никуда не поедет, просто мне назло. В этом был весь Андрей, упёртый, как баран. Я со вздохом оглядела его с ног до головы. Вид у него был тот ещё. Кулаки разбиты, на дорогом костюме пятна крови, вдобавок ко всему эта бровь…

– Пойдём домой, я хотя бы рану обработаю, – сказала я.

Он не стал возражать. Хмурый, поплёлся за мной, пошатываясь и держась рукой за голову.

Зайдя домой, я усадила его на кухне, сходила за аптечкой и начала обрабатывать рану:

– Ты зачем вообще приехал? Мы же договаривались, что ты не будешь приходить без звонка?

– Я думал, ты на работе. Мне нужен был мой спортивный костюм, – ответил он, морщась от боли.

– Почему ты сразу не забрал всю свою одежду? – спросила я, накладывая повязку.

Андрей проигнорировал мой вопрос.

– Я до последнего верил, что ты все придумала, – с горечью сказал муж. – Это он, да?

Я не представляла, что ему ответить. Сказать правду равносильно самоубийству.

– Что за вопросы? – попыталась увильнуть я. – Какая тебе разница, он – не он, мы с тобой теперь не вместе. Неужели ты ещё это не понял?

– Если мы с тобой не вместе, это ещё не значит, что я тебя разлюбил.

– Что? – Я не поверила своим ушам. – Андрей, о какой любви ты говоришь! Ты спал с другими женщинами, когда мы едва с тобой обручились, и ты говоришь мне про любовь?!

Андрей посмотрел на меня тяжёлым взглядом:

– Ты не ответила на мой вопрос.

Я вздохнула. Если он думает, что я сознаюсь, то глубоко заблуждается.

– Нет, это не он, – стараясь как можно более уверенно произнести фразу, сказала я.

– Ты не умеешь врать, – со злостью ответил муж. – Конечно, это он!

Андрей вдруг резко встал, отшвырнув назад свой стул. От неожиданности я вздрогнула.

– Это не он! Не он! – закричала я.

– Убью эту тварь, – прошипел муж и быстрым шагом вышел из квартиры, хлопнув напоследок дверью.

С этого самого дня он находил повод, чтобы каждый день приехать к нам вечером и порой задерживался до самой поздней ночи. То ему нужно было что-то из его вещей, то наоборот что-то оставить, то он соскучился по девочкам и хочет с ними поиграть. Иногда заезжал и с утра пораньше под предлогом, что сам хочет отвезти дочек в садик. Но я прекрасно понимала, чем вызвано это повышенное внимание с его стороны. Конкуренты всегда действовали на Андрея как красная тряпка на быка. Я держала дистанцию как могла. Но как раз в этом плане он не был слишком настойчив, и я впервые была этому рада.

Макса с того самого дня я ни разу не видела, старательно избегая мест, где могу его встретить. Перестала пользоваться лифтом и ходила исключительно по лестнице. К зиме даже сбросила лишние килограммы и вернулась в прежнюю свою форму. Конечно, этому поспособствовала не только лестница, но и появившееся у меня хроническое отсутствие аппетита. Я ела буквально через силу, потому что осознавала: если не поем, то просто упаду в голодный обморок.

С друзьями своими так больше и не общалась ни с кем, кроме Марса. Да и вообще вся компания наша рассыпалась. Димка с Ольгой как-то отделились, Марс все чаще обедал и ходил курить вдвоём с Максом. Марта тоже перестала со всеми общаться, найдя себе новую компанию из своего отдела. Я все это знала от Марса, иногда мы выходили пить кофе вместе, и он рассказывал мне последние сплетни. От него же я узнала, что у Макса полным ходом идёт подготовка к свадьбе с Инной. Они решили пожениться после Нового года, назначив дату на 14 февраля, День всех влюблённых. Эта новость больно саданула по моему сердцу, но я, конечно, не подала виду.

* * *

Декабрь пролетел как во сне. Наш банк вовсю готовился к новогоднему корпоративу, который всегда был самым грандиозным событием в году. Мила с Жанной из моего отдела все уши прожужжали с выбором вечерних платьев. Для головного офиса дресс-код Black Tie на подобные мероприятия стал доброй традицией. В один из выходных я тоже купила себе новое роскошное платье и не менее роскошные туфли на высокой шпильке. Платье было потрясающего глубокого синего цвета, из воздушной струящейся ткани, красиво облегало мою фигуру – одним словом, в нем я чувствовала себя королевой. Выбирая наряд, я с горечью поймала себя на мысли, что отчаянно хочу произвести впечатление на Макса. Конечно, я понимала, что не хочу лезть и разрушать чужую семью, пусть только образующуюся, но все же. Но в то же время я ничего не могла поделать и со своим эгоистичным желанием нравится ему. Мне хотелось, чтобы он смотрел на меня и истекал слюной, чтобы кусал локти от того, что предпочёл