Запретный плод - Юлия Гетта

про тебя. Подумаешь, сцепились немного, поёрничали. Разве это повод для ненависти? Все уже давно всё забыли.

– Ну не знаю, – пожала я плечами. – В последний раз когда мы виделись, они меня просто игнорировали.

– Так и ты вроде не горела желанием заводить с ними разговор? – улыбнулся Марс. – Молчала все время, хмурилась. Кто решится с такой заговорить? Давай не выдумывай. А что с Мартой и Максом у тебя случилось? Почему я не в курсе?

– Да не бери в голову, – отмахнулась я.

– Ну уж нет, давай рассказывай, – не отставал Марс. – Может, я подскажу что, помогу чем.

– Да ничем ты не поможешь, – вздохнула я. – С Мартой у нас всплыл старый конфликт, и с этим уже ничего сделать нельзя, он просто отравил нашу дружбу. А с Максом… да что про него говорить, он просто непроходимый и наглый хам.

– Ну, подруга, мне кажется, ты опять все утрируешь, – философски заметил Марс. – Не знаю, что там у вас с Мартой в прошлом произошло, но это же в прошлом, правильно? Зачем позволять прошлому отравлять свою жизнь сейчас? Ну а Макс-то что натворил? Обидел тебя, что ли? Ты скажи только, я ему быстро мозги на место вставлю, придёт и извинится.

Я лишь горько усмехнулась. Рассказать все, что между нами было, Марсу? Нет, пожалуй, я не сделаю этого даже под страхом смерти.

– Не нужны мне его извинения, – только и ответила я. – Честно, Марс, забей. Не бери в голову.

– Лерок, я правда не знаю, чем этот засранец тебя обидел, но ты это не принимай близко к сердцу. – Марс докурил свою сигарету и, выбросив ее, приобнял меня за плечо. – Он последнее время сам не свой. Я не знаю, что вообще у него в башке творится, но явно что-то не очень хорошее.

Я насторожилась:

– Почему ты так думаешь?

– Да как тебе сказать, – на секунду замялся Марс, но потом, видимо, решив рассказать, продолжил: – Помнишь его девушку, Инну?

– Ну конечно помню, – ответила я. Забудешь её, как же.

– Он давно с ней живет, но не любит ее. Я ему сколько раз говорил – что ты голову девчонке морочишь и себя мучаешь, возьми и уйди, объясни все. Она не дура, поймёт. Но он же все боялся обидеть, сделать больно. Она, говорит, добрая, хорошая, помогла мне очень. Короче, так и жил из благодарности. Тут недели две назад они расстались. Я порадовался за него по-дружески, что он наконец-то набрался смелости на этот шаг. Но рано радовался. Через пару дней говорит, женюсь на ней. Я вообще офигел. Говорю, братан, ты чего это вдруг, ты ж не любишь ее? А он так рассердился, нагрубил мне. Макс раньше вообще ни разу мне не грубил… Не знаю, что на него нашло. Приворожила она его, что ли. Лер, ты вообще меня слушаешь?

– А? – растерянно отозвалась я. – Да, конечно, слушаю.

На самом деле, я перестала слушать его ровно в тот момент, когда он сказал, что Макс женится. Мой мир в ту самую секунду просто раскололся пополам. Ревность, обида, злость душили меня изнутри адским пламенем. Макс женится. Я не могла в это поверить. И на ком? На своей хорошей и доброй серой мышке. Ещё не остыли на моем теле следы от его поцелуев, а он уже обручился с другой. Как такое вообще возможно? Я не могла поверить, что все это правда.

– Лер, с тобой точно все в порядке? – забеспокоился Марс. – Ты вся бледная какая-то.

– Да, я в порядке, – выдавила я из себя улыбку. – Знаешь, я, пожалуй, пойду. Много работы, а я тут с тобой прохлаждаюсь.

– Ну ладно, – ответил Марс растерянно.

Я быстрым шагом вошла в здание и поднялась на лифте до седьмого этажа. Почти бегом по коридору добралась до кабинета, в котором работал Макс, и без стука ворвалась внутрь. Мне повезло: тех двух парней, что я встретила здесь ранее, не было, и Макс сидел за своим компьютером, набирая непонятные мне иероглифы, совершенно один. Он обернулся и тут же поднялся со своего кресла, увидев меня:

– Лера? Что ты здесь делаешь?

– Ты женишься? – выпалила я жгущий душу вопрос.

– Что? – растерялся Макс. – Откуда ты…

– Да или нет? – буквально закричала я.

– Да, – ответил он металлическим тоном, быстро взяв себя в руки.

– Какого черта?! – воскликнула я, растерянно мотая головой. – Какого черта?

– Держи себя в руках, пожалуйста, – спокойно проговорил Макс. И этот его спокойный холодный тон меня просто убил.

– Ты женишься! – повторила я сокрушенно. – Боже, какая же я дура! Как же можно быть такой дурой.

Предательские слезы навернулись мне на глаза. Я понимала, что выгляжу сейчас ужасно глупо. Устраиваю сцену человеку, который просто воспользовался мной. Развлекся и выбросил на помойку. Макс, увидев мои слёзы, подошёл ко мне и попытался обнять, но я резко оттолкнула. Только его жалости мне ещё не хватало, чтобы окончательно похоронить свою гордость.

– Не трогай меня! – сказала я сквозь зубы.

– Лер, послушай, я не хотел, чтобы все так вышло, – виновато произнёс Макс. – Прости меня. Я не хотел делать тебе больно.

– Да? – улыбнулась я грустной улыбкой сквозь слезы. – А чего ты хотел добиться своим игнором? Я все могу понять – любовь, все дела, – но неужели так сложно было хотя бы сообщить мне об этом?

– Прости, я думал, так будет лучше, – ответил он растерянно.

– Ты решил: а пусть сама догадается, да? – всхлипнула я.

– Не надо делать из этого трагедию. – Макс снова перешёл на холодный тон, чем просто взбесил меня. – В конце концов, ты замужняя женщина. Нам было хорошо вместе, но это не могло длиться вечно. Веди себя прилично.

– Да что ты говоришь! – ядовито улыбнулась я. – Значит, я веду себя неприлично? А что если я позвоню твоей ненаглядной Инночке и расскажу, как прилично вёл себя ее женишок как раз накануне того, как сделать ей предложение?!

– Ты не посмеешь, – с угрозой посмотрел на меня Макс.

– Ещё как посмею, – с вызовом уставилась я в его глаза.

– А ты, оказывается, у нас стерва, – продолжал угрожающе надвигаться на меня он. Я не придала этому большого значения, а зря, потому что в следующую секунду Макс прижал меня к стене, врываясь языком в мой рот, схватил меня за руки и сжал их так, что я застонала от боли. Собрав все свои силы, я вывернулась из-под его поцелуя, но руки освободить не удалось, и тогда он отпустил одну из них и схватил меня за горло, прижимая к стене мою голову и продолжая