Весь этот мир не ты - Ана Сакру

плечах. Кажется, что я не предпринимала никаких усилий, чтобы выглядеть хорошо, хотя именно этого эффекта пришлось добиваться добрых полтора часа. Изящные босоножки на умеренной шпильке, и всё. Я готова.

У меня было целых четыре часа, чтобы прийти в себя после разговора в машине и попытаться его осмыслить. Одно я поняла точно: Никите определенно не всё равно, чтобы он там не говорил. Но, похоже, давняя обида и недоверие сильнее желания снова попробовать. Он меня словно боится. А раз боится, значит считает, что не сможет справиться, если подойдёт слишком близко… Отлично, это "близко" я ему и устрою. Терять мне всё равно нечего. И, как говорится, лучше жалеть о сделанном, да?

От собственной смелости в груди словно взрываются пузырьки шампанского, опьяняя. Я не совсем представляю, как и что буду делать. Смешно сказать, но я НИКОГДА раньше не проявляла инициативу в общении с мужчинами. Да и не так много его было, этого общения.

Какие-то школьные наивные увлечения. Потом за мной долго и нудно ухаживал Стас, а потом в моей жизни появился напористый Никита. После него я больше года приходила в себя и вообще никого близко не подпускала. Но время шло, и оно, если не лечило, то хотя бы сглаживало, притупляло болезненные воспоминания, коркой затягивая рану.

За мной начал ухаживать один из папиных партнеров, Олег. Красивый, уверенный в себе, богатый, взрослый уже мужчина тридцати шести лет, он был настойчивым, но одновременно обходительным и мягким. Сразу обозначил свои намерения, но не предпринимал поспешных действий к физическому сближению, что, после порывистого Никиты, мне даже казалось немного странным. Хотя Олег выдавал свою холодность за уважение. Поцеловались мы в первый раз только через месяца три с начала его ухаживаний. Переспали ещё через столько же. Как мужчина Олег был опытным, но огня мне всё так же не хватало.

Периодически я винила в этом себя. Казалось, что это я теперь словно рыба замороженная, не способная завестись с другим. Но моего жениха вроде бы всё устраивало, в том числе и интимная сторона нашей жизни, которая к слову происходила не часто. Перед тем, как у отца начались проблемы с бизнесом, мы уже собирались пожениться, назначили дату. Я успела заключить договор со свадебным агентством и всё своё время тратила на ремонт квартиры Олега на Арбате, переделывая холостяцкую холодную берлогу в уютное семейное гнёздышко. Ну, в моём понимании.

А потом всё рухнуло в один миг. Главный офис отца посетило ФСБ в лучших традициях маски шоу. Начались бесконечные допросы, неизвестность, замороженные счета. Олег стал груб и нетерпим со мной, изменившись буквально на глазах. Но я была в таком шоке от происходящего, что даже не сразу заметила. И когда отцу предъявили обвинения, мой жених написал мне смс, что мы не можем быть вместе.

Смс, твою мать! Я перезвонила, начала орать на него. Пьяный Олег впервые за всё время нашего знакомства тоже дал волю своим истинным чувствам и вылил на меня всё, что думал на самом деле. Что я пустая, избалованная, слабая…Меня передергивает каждый раз, стоит только вспомнить, что он мне тогда наговорил. Закончилась наша ругань просто феерично. Олег сгоряча признался, что на самом деле он по мальчикам, и сбросил вызов.

Я ещё с минуту ошарашенно слушала тишину в замолчавшей трубке. Невольно вспомнилась милая поговорка, что бывают голубые, а бывают пид…сы, и одно с другим никак не связано. Олег был явно из последних. Зато все его обидные слова теперь уже не имели для меня никакого значения. Только разрушенных планов и идеальной картинки семейной жизни, уже нарисованной в моей голове, было жалко. Расставаться с мечтами всегда тяжело. Даже когда оказывается, что они насквозь были лживыми.

Ну а после этой дикой истории мне уж совсем не до парней было. Через два месяца у папы случился инфаркт, и он скончался, оставив нас с Мишкой одних. Банкротство, суды, Раков, с помощью которого удалось сохранить хоть какое-то имущество. И последовавшая за этим расплата за его «доброту» …

Я встряхиваю головой, прогоняя ненужные воспоминания, и встречаюсь взглядом с черными глазами, словно пожирающими меня. Никита медленно поднимается с дивана у ресепшна и придирчиво ощупывает мою фигуру тяжелым взором.

— Хорошо выглядишь, — заключает Аверин через секунду таким мрачным тоном, что его слова больше похожи на обвинение, чем на комплимент.

Я только лучезарно улыбаюсь. Никита всегда был ревнив. Особенно, если чувствовал реальную угрозу. И сейчас за ужином я собираюсь этим нещадно воспользоваться.

— Спасибо. Ты тоже, — возвращаю ему любезность.

Подхватываю Ника под тут же дернувшийся от моего прикосновения локоть и щебечу как ни в чём ни бывало:

— Пойдём?

Глава 45. Провокация

— Они со мной, — небрежно кидает Жан-Люк охраннику, и громила в кажется тесном ему костюме моментально отступает, пропуская нас к VİP входу в клуб.

Никита было подаёт мне руку, но Кристоф опережает его, ловко подхватывая меня под локоть и уводя за собой. Я и не думаю сопротивляться, обворожительно улыбаясь галантному мужчине. У Аверина весь вечер такое выражение лица, будто его заставляют есть сырых лягушек, и с каждым часом они всё жирнее. А моё настроение стремительно взмывает вверх. Всё равно ему, как же. Я тихо улыбаюсь себе под нос, косясь на хмурого Ника, идущего чуть впереди. Ну, и сколько же ты продержишься? Ещё немного и начнёт меня отчитывать за неподобающее поведение. Я вся в предвкушении. По той простой причине, что ничего предоосудительного я на самом деле не делаю. Всего лишь приветливо улыбаюсь на щедро сыпящиеся на меня комплименты от трёх мужчин и не прошу уменшить их поток. Самое большее, что я позволила за этот вечер, так это подхватить Кристофу себя под руку именно сейчас. Но у Аверина такой взгляд был, будто француз мне ладонь между ног засунул.

Никита, словно услышав мои мысли, вновь оборачивается на нас. Одаривает меня суровым взором, скользит по моему локтю, так и зажатому Кристофом, щурится и отворачивается. Того и гляди кинется. Я вдруг вспоминаю, что все прошлые разы и правда кидался, особенно если это было связано с вечеринками, а мы сейчас как-никак приехали из ресторана в клуб,