Проблема по соседству (СИ) - Уорд Пенелопа

Амелия: Вряд ли шум и окружающая обстановка пойдут Би на пользу. Но может быть, я смогу найти няню.

За Би могла присмотреть Сьюзен, но я не стала говорить о ней Джастину по своим эгоистичным причинам. Мне нравилась его ревность к Роджеру. На данный момент это было моим единственным козырем, и поэтому я решила на некоторое время оставить информацию об их примирении при себе.

Джастин: Согласен. Для нее будет слишком безумно и громко

Амелия: Я что-нибудь придумаю.

Джастин: К сожалению, мы пробудем там всего один вечер. После концерта автобус отправится в Филадельфию.

Амелия: Скрестила пальцы. Надеюсь, у меня получится выбраться.

Джастин: Я скучаю не только по Би.

Мое сердце затрепетало.

Амелия: Я по тебе тоже скучаю.

Джастин: Сладких снов.

Амелия: Целую.

***

Хотя было пока неясно, смогу ли я найти няню для Би, чтобы съездить к Джастину в Массачусетс, он все равно отправил мне пропуск, который обеспечил бы мне проход за кулисы.

Я до последнего не знала, смогу ли поехать, поскольку единственным кандидатом на роль няни была Сьюзен. В день концерта у нее была важная встреча в Бостоне, которую нельзя было отменить, и из-за пробок она могла не вернуться в нужное время.

Я была вся на нервах. Какое-то время я подумывала взять с собой Би и выехать днем, но она немного простыла, и этот вариант отпадал. Везти ее в холодную погоду в людное место было не лучшей идеей. Она могла заболеть пневмонией.

Ближе к вечеру позвонила Сьюзен — сказать, что она стоит в пробке на выезде из Бостонского туннеля Теда Уильямса. И я поняла, что к началу концерта уже не успею — если смогу поехать вообще. От обиды я чуть не плакала. Это был мой единственный шанс увидеться с Джастином за весь тур.

Продолжая цепляться за остатки надежды, я все же оделась. В коротком облегающем платье из синего атласа с черными кружевными вставками я больше походила на модель нижнего белья, чем на маму-домохозяйку. Если нам все-таки суждено было встретиться, я хотела, чтобы при виде меня он обалдел. В конце концов, соревноваться за его внимание мне предстояло с армией поклонниц и настоящих моделей. При мысли об этом все внутри меня сжалось. Пока я завивала волосы в длинные, струящиеся кудри и красила губы, интуиция убеждала меня, что стараюсь я зря, но если Сьюзен все же приедет, я должна была быть готова сразу выйти за дверь. Когда часы пробили восемь, стало понятно, что я уже не увижу, как он поет.

В восемь сорок пять мне позвонил Джастин — прямо перед выходом на сцену.

— Не получилось, да? — спросил он.

— Мне очень жаль. Я очень сильно хотела поехать, но няня опаздывает, и ее еще нет. Я никак не смогу выбраться. — Мой голос дрожал, но я сдерживала слезы, чтобы не размазалась тушь.

— Черт, Амелия. Не буду врать, я страшно разочарован. Я так ждал встречи с тобой. Ждал всю неделю. Но конечно, я все понимаю. Би на первом месте. Всегда. Надеюсь, у нее все хорошо.

Мы какое-то время молчали. В тишине висело отчаяние. Потом я услышала чей-то голос, и Джастин сказал:

— Черт. Меня зовут.

— Хорошо. Отличного выступления.

— Я буду все время думать лишь о тебе.

И он отключился.

Через пятнадцать минут раздался громкий стук в дверь. Открыв ее, я увидела запыхавшуюся Сьюзен.

— Езжай скорее, Амелия!

— Уже слишком поздно. Когда я доберусь туда, концерт уже закончится.

— Да. Но ты ведь сможешь увидишь его, прежде чем они уедут?

— Наверное. Я не знаю, во сколько точно уедет автобус.

— Тогда не трать время на разговоры. Просто скажи мне, где Би.

— Она спит. Записка со всеми инструкциями на стойке.

— Я найду ее, — отмахнулась она. — Езжай к своему мужчине, Амелия.

Я послала ей воздушный поцелуй.

— Я в огромном долгу перед тобой. Большое спасибо!

Я уже давно не ездила ночью. Мчась по трассе I-95, я начала немного паниковать и, чтобы отвлечься от проносящихся мимо машин, попыталась сосредоточиться на скором свидании с Джастином. Моим вторым пилотом был GPS-навигатор, потому что я понятия не имела, куда надо ехать. Эту часть Массачусетса я совершенно не знала.

Когда я начала подъезжать, меня прошиб пот. Ночь была холодной, но чтобы успокоиться, я включила кондиционер. Что я делала? Шоу уже закончилось. Я даже не написала ему — отчасти из желания сделать сюрприз, но еще мне хотелось узнать, как все может сложиться, когда он не ждет меня.

Припарковавшись рядом с концертной площадкой, я выбралась из машины и обхватила голые плечи руками. Я выскочила из дома в такой спешке, что забыла пальто. Быстро шагая в сапогах на каблуках — тех самых, от моего костюма Женщины-кошки — я пробралась за цепочку, отделяющую VIP-зону от стоянки.

У ворот стояло два черных туристических автобуса с тонированными стеклами, а у входа дежурил охранник с гарнитурой. Неподалеку стояли компании женщин, которые, вероятно, хотели увидеть артистов.

Мое дыхание было видно в воздухе ночи. Я показала охраннику пропуск.

— Концерт уже закончился?

— Почти. Кэлвин доигрывает последнюю песню.

— Где я могу найти Джастина Бэнкса? Это он дал мне пропуск.

— Джастин в автобусе номер два. Вон в том, справа.

С бешено бьющимся сердцем я пошла по гравийной дорожке к автобусу.

Я отодвинула дверь. К моему удивлению, в автобусе никого не было. Так мне показалось сначала, а потом я услышала шум из дальней спальни. Слева и справа стояли узкие койки, но Джастин упоминал, что в каждом автобусе есть настоящая спальня. Он и другие члены команды по очереди там ночевали.

С комом в горле я приблизилась к закрытой деревянной двери, из-за которой долетали женские стоны.

Охранник сказал, что Джастин в автобусе.

Я должна была проверить наверняка.

Я должна была открыть дверь. И увидеть все собственными глазами.

Моя вера была слепой, но внутри меня ожидало то еще зрелище.

Медленно повернув ручку, я приоткрыла дверь. И увидела мужчину с темными волосами. Он лежал на спине, и на нем скакала какая-то женщина. Может, Оливия. Может, кто-то еще. Кто именно — было неважно. Меня замутило, и к горлу поднялась желчь. Я больше не могла на это смотреть. Просто не могла.

На дрожащих ногах я выбралась из автобуса и, слишком шокированная для того, чтобы плакать, в оцепенении побрела прочь. Мое зрение затуманилось. С каждым шагом на моем сердце появлялись новые трещины. Я была идиоткой. Поверила, что он будет ждать меня. Что он устоит перед тысячей искушений, испытывающих его каждый день. Он никогда не давал мне каких-либо обещаний и поступал так не зря.

Ты дура, Амелия.

Я ожидала, что буду плакать, но шок словно заморозил глаза. Они были сухими, холодными, лишенными какой-либо способности производить влагу.

У меня звякнул телефон, оповещая о новом сообщении.

Сегодня я так скучал по тебе.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Что?

Как он мог мне писать, пока трахал другую?

Меня захлестнул, разжигая эмоции, адреналин.

Амелия: Ты в автобусе?

Джастин: Нет. Зашел выпить в бар через дорогу от концертной площадки. Как самочувствие Би?

Это был не он.

Это не он трахал девчонку в автобусе!

Схватившись за грудь, я выдохнула, выпустив из себя весь душивший меня до этого воздух. Мне словно сделали инъекцию эйфории.

Амелия: Еще болеет. Она с моей подругой Сьюзен, потому что я здесь. Прямо перед твоим автобусом.