Фиби Конн - В плену желаний

– Люди должны покупать американские машины, – огрызнулся Джек.

– Очень многие так и делают, – признал Рик.

– А вот я никогда не сяду за руль иностранной машины, – поклялся Джек. – Это не только непатриотично, это просто губительно.

– Я владелец «мерседеса», – холодным тоном вступил в беседу Гордон.

Он лениво водил по скатерти ручкой вилки, но, сказав это, взглянул на Джека.

Джек переметнул взгляд на Гордона и, признав его высказывание явным вызовом, пренебрежительно улыбнулся.

– Вы уверены, что посещали «Кортес»? Я абсолютно вас не помню, а я считаю, что был знаком со всеми.

Боясь, что Джек скажет очередную гадость, Эми попыталась отвлечь его.

– Я хорошо помню Гордона, – заметила она. – Мы вместе ходили на английский.

– Да ну? – сказал Джек. – Ну, раз уж вы можете подтвердить его причастность к «Кортес Хай», тогда ладно, но чем он занимался? Я имею в виду что-нибудь, что отличало бы его от других, например, не был ли он подающим в бейсбольной команде?

– Занятия спортом не для всех важны так же, как для вас, Джек, – ответила Эми. – Гордон был активным членом математического клуба.

– Математический клуб? Ой, пожалуйста. – Джек смеялся так сильно, что ему пришлось использовать салфетку, чтобы вытереть навернувшиеся слезы. – Сначала шеф-повар, теперь кто-то там из математического клуба. Мы сели не за тот стол.

– Так почему бы вам не уйти? – предложил Гордон. – Если остальные члены футбольной команды сидят вместе, то они, вероятно, ищут вас.

Джек продолжал смеяться:

– Ну нет, так легко вы от меня не отделаетесь. Я решил сидеть рядом с Эми, вот почему мы здесь.

У Эми не возникло ни малейшего желания поблагодарить Джека за такую честь. Она оглядела присутствующих и заметила на их лицах такое же отвращение, как и на своем собственном. А потом она увидела, что Меган с презрением смотрит на мужа. Это было пугающее зрелище. В конце концов, восемь из них только и хотели, что избавиться от Джека, так что ей следовало бы отправиться с ним домой.

Сесилию Беттс обслужили первой. Она принялась восторженно ворковать, увидев перед собой ломтик первосортной грудинки, рис и спаржевую капусту, густо покрытую сырным соусом. Когда официант обслужил остальных, Сесилия воскликнула, съев кусочек:

– Ой, надо же! Я могу резать мясо при помощи вилки – такое оно нежное.

– Ну, мистер повар, – отозвался Джек, – как вы оцените эту пищу?

Проявив серьезное отношение к вопросу, Кейси попробовал все, что лежало на его тарелке, прежде чем отметил, что обед превосходен.

– Кулинарное обслуживание вечеринки такого размаха – дело нелегкое, – добавил он. – Но оно превращает прием в настоящий праздник. Я не пропустил бы следующий вечер встречи, если бы его проводили снова в этом стиле и если бы я окончил «Кортес Хай».

– А вы вообще-то что-нибудь закончили? – поинтересовался Джек.

– Почему бы нам не обсудить наши профессиональные проблемы попозже, – ответил Кейси, – еда остывает.

В ответ Джек отрезал ломоть мяса, яростно прожевал раз-другой и жадно проглотил. Он подавился, и его схватил приступ удушья. Джек пытался прочистить горло, но никто из присутствующих не встал с места, чтобы помочь ему, применив метод Хеймлиха. Лицо Джека покраснело, и, судорожно схватив салфетку, он попытался выплюнуть в нее застрявший кусок мяса, но, не будучи в состоянии сделать это, продолжал задыхаться. Наконец его жена, сжав руку в кулак, сильно ударила его между лопаток. Джек зашелся в припадке кашля, и наконец злополучный кусок оказался в салфетке.

– Ты ужасно покраснел, почему бы тебе не пойти в уборную и не умыться? – сказала Меган.

Джек прокашлялся, затем сунул салфетку в карман, вышел из-за стола и покинул зал, медленно покачиваясь.

Меган улыбнулась сотрапезникам:

– Джек ест, как свинья, и страшно часто давится. Однажды это случится, когда он будет один, и тогда ему придет конец.

Меган снова с наслаждением принялась за еду, определенно не беспокоясь ни о происходящем, ни о перспективе овдоветь.

– Я не уверена, что после этого смогу прикоснуться к еде, – сдавленно всхлипнула Сесилия Беттс.

Муж обнял ее за пухлые плечи и ободряюще встряхнул:

– Ну-ну, милая, все в порядке. Выпей немного вина и успокойся.

Казалось, он не убедил ее, но после пары глотков вина Сесилия вновь обрела аппетит.

– Это так вкусно, – сказала она. – Как вы думаете, что будет на десерт?

Кэрол была так потрясена, что не могла поднять вилку.

– Мне это показалось, – прошептала она Мэтту, – или это правда, что мы все собрались сидеть и смотреть, как Джек подавится до смерти?

Мэтт заметил, что она на самом деле расстроена, и поэтому не стал обращать все в шутку:

– Наверное, вы не заметили, но, когда Джеку стало плохо, к нашему столу заспешили два официанта. Они помогли бы ему, если бы мы не успели сделать этого.

– Да никто даже не пошевелился.

– Вы правы, но иногда люди получают то, чего заслуживают. Конечно, это было отвратительное представление, но, по правде говоря, Джеку не угрожала смертельная опасность. Не переживайте. Съешьте кусочек капусты, если не можете начать с мяса.

Кэрол кивнула и, отпив воды, нехотя подцепила на вилку капусту брокколи в сырном соусе. На вкус это было так же изысканно, как и на вид. Она попробовала рис, затем отрезала крошечный кусочек мяса и, съев все это, успокоилась в достаточной мере, чтобы насладиться едой.

В надежде, что ей самой удастся приготовить мясо не хуже, Сьюзан расспрашивала о рецепте Кейси, а Гордон изо всех сил старался развлечь Эми:

– Спасибо, что заступились за меня, хотя я сомневаюсь, что вы так хорошо меня запомнили.

Эми не могла опровергнуть Гордона, и ей лишь осталось ответить ему очаровательной улыбкой.

– На предыдущем вечере-встрече все заметили, что многие мужчины, которые в колледже были спортивными звездами, не добились таких же успехов, как те, у кого имелись более серьезные увлечения. Футбольные матчи интересны, и большинство тренеров клянется, что спорт формирует характер, но жизнь – это не просто игра в команде победителей.

– Счастлив согласиться с вами, но, наверное, вы считаете, что это так только потому, что ваша теория касается моего случая, – заметил Гордон. – А как насчет девушек-марджореток, которые подбадривали болельщиков? Сколько их тогда было? Что вы можете сказать об их достижениях?

Эми, не задумываясь, ответила:

– Первоначально нас было пятеро. Одна умерла, не дожив до тридцати. Другая переехала на Восточное побережье, вышла замуж, и это, к сожалению, все, что я о ней знаю. Так что осталось трое, и я думаю, что все сегодня здесь. Одна стала учительницей, у другой небольшая собственная фирма, а что до меня, то если должность руководителя отдела банка может считаться завидной, то всех нас можно считать удачливыми. Я думаю, что черты характера, которые заставляют девушек становиться марджоретками, – это дружелюбие и общительность, они помогают им находить контакт со зрителями, и они же способствуют успеху в любой профессии.