Pol Neman - Что отнято судьбой, а что подарено...

— Ты знаешь японский? — спросила она меня, на японском языке. Её владение языком было намного лучше моего. Скажем так, понимал я его очень хорошо, а вот фразы строил помедленнее, и, надо понимать, не совсем правильно.

— Есть немного — ответил я, тоже на японском.

— Супер, буду теперь с тобой разговаривать только на японском. Мне тренироваться нужно, а Ван Чонг вечно занят на кухне.

— Хорошо, я, не против.

— Только ты тоже отвечай по-японски, лады?

Весь этот диалог вёлся, как вы понимаете на чистом японском языке. Слова лады, в японском не было, и Инна использовала русское слово. Получилось довольно забавно.

— Лады — ответил я, и повёл вновь прибывших, в дом.

Инна сразу же пожелала увидеть свою сестру. Я предупредил что, Инга спит, и её нельзя тревожить, но проводил до дверей комнаты. Она заглянула в комнату, кивнула маме, и прокралась на цыпочках к кровати. Я оставил их, и, прикрыв дверь, ушёл на кухню. Там уже обживался Ван Чонг. Я сделал для него краткий экскурс, где что лежит. Оказывается вместе с Ван Чонг, прибыл весьма внушительный ассортимент кухонного оборудования, и продуктов. Народ обживал дом по полной программе. И хотя я не особо наталкивался на людей, но ощущение переполненности дома, у меня не проходило.

Я не очень люблю скопления народа и шумные тусовки. По мне, уж лучше маленькая компания, человека в три четыре. Да, и народ, похоже, во мне не сильно нуждался, обживаясь сам по себе. Я решил сбежать туда, где было тихо и тепло. В баньку. Тем более что я, всё равно намеревался помыться. Прихватив пивка, и закуски, из имеющихся запасов, я ушёл от этой суеты. Растопил баньку. Забрался на лавочку. Вечер выдался хлопотным и волнительным. Наконец, что-то сдвинулось с мёртвой точки. К Инге вернулась память, и нашлись её родители. По всему видно, люди не бедные. И жених сыскался, надо же. Что там будет дальше. То-то сюрпризы ждут Андрюшу. Он и раньше был из нас вторым, и сейчас вряд ли дотянет до моего уровня. Хотя, то, что Инга его невеста, моего к ней отношения не поменяло. Она не приз на скачках, и не разменная монета, в игре мужчин, кто лучше. Хотя выяснения отношений с Андреем, явно не избежать. Да и её отец, когда узнает, тоже может возжелать моей шкуры на своей стене. И даже, то, что я её спас, может не сильно спасти меня самого. В общем, я попал. Теперь иду, как по тонкому весеннему льду, неверный шаг, и поминайте, как звали. Правильно говорят, ни одно доброе дело не обходится безнаказанно.

Всё эти мыли, текли сами собой, на самом деле не сильно, меня и тревожа. Язык у меня был подвешен там, где надо, а умение говорить и дипломатичность, у меня тоже были на уровне. Так что, ещё не вечер, капитан, ещё не вечер. Непобеждён тот, кто не признал своего поражения. А я признавать себя побеждённым совсем не собирался.

— Вот ты где — раздался бодрый голос Инны, и её голова высунулась из-за двери парилки.

— Стучаться нужно — сказал я, не сильно смущаясь, и даже не сделав движения прикрыть свою наготу. Пусть будет стыдно тому, кому будет стыдно.

— К тебе можно?

— Валяй — сказал я. Во, блин, у Инги и сестрёнка, я фигею.

За дверью послышалась небольшая возня, и в скором времени в парилку впорхнула Инна. Она обернулась в полотенце, так что оно, походило на короткое платье, с очень большим разрезом. Хорошо ещё, что так. Инна присела рядом со мной на лавку. Минут пять мы сидели и просто млели в пару. Я не подавал виду, что вижу, с каким интересом разглядывает меня Инна. Я уже говорил, что я не Аполлон, но и не горбун из Нотер Дама.

— Тебя попарить? — спросил я

— Давай, только отвернись, я лягу — сказала Инна.

— Бога ради — спокойно, лишь слегка улыбнувшись, сказал я.

— И не надо ехидничать, я девушка скромная и застенчивая — игривым тоном казала Инна.

— Ну, естественно. Кто спорит — я отвернулся.

— Теперь можно — услышал я из-за спины.

Я повернулся. Да, братцы, её сестрица тоже была супер. Молодое тело, стройное и гибкое. Маленькие груди, сплющенные между телом и лавкой. Изящная шея. Стройная спина, оканчивающаяся двумя упругими ягодицами. Ямочка чуть повыше копчика. Стройные ноги. Её лицо, было повёрнуто ко мне, а её глаза смеялись.

— Нравлюсь? — спросила она.

— Хочешь знать красивая ли ты? Да, красивая — честно ответил я.

— Скажи, а ты хотел бы со мной переспать? — вопрос, был более чем провокационный.

— Нет — честно ответил я, глядя в её глаза.

— Почему?

— Потому что, уважаю тебя как женщину, и как человека.

— Странный ты — ответила она, как то внутреннее успокоившись. Чёртики в её глазах пропали, осталось лишь спокойное очарование карих глаз. Похоже, мои ответы её удовлетворили. А как ещё я должен был реагировать, на столь открытую провокацию. Хотя, я сказал ей чистую правду. И она это, поняла. Знаете, мужчинам трудно лгать, когда прямо перед ними лежит столь явный вызов. Даже если они, до вопроса, а хочешь ли ты меня, об этом не думали, то сам вопрос наталкивает их на эту мысль. И тут, уже наша безудержная мужская фантазия пускается в галоп. Мало, кто сможет сохранить самообладание, а ещё меньше, смогут, не возбудится. И что бы вы ей не говорили в этот момент, ваш половой орган скажет ей правду. Так что, можете врать ей с каменным лицом, но если ОН, хотя бы дрогнет, это скажет ей больше, чем все ваши слова. Поверьте, это великое искусство, любоваться женщиной, и не испытывать вожделения. Инной я любовался, но я её не желал.

Я обмакнул веники в горячую воду, и как следует, отхлестал этого сорванца. Будет она меня ещё испытывать на прочность. Она пищала, но терпела.

— Всё, а теперь переворачивайся на спину — сказал я приказным тоном.

— Только, чур, не так сильно, и не пялиться — сказала она, переворачиваясь.

— Не боись, чай не лаптем щи хлебаем, разумения, трошку есть. А на женщин я не пялюсь, я ими любуюсь — ответил я, замачивая венички. А сам тем временем откровенно рассматривал Ингину сестру. Ещё не до конца оформившаяся грудь, была как раз такого размера, что можно накрыть всей ладонью. Но, ещё слишком резко, выделялись ключицы и ребрышки. Подтянутый живот, ещё не полностью налившиеся соком бёдра, из-за чего впереди слегка выпирали косточки. Но ноги уже обрели стройность и грациозность. Такой же каштановый и кучерявый лобок, только в нём не было ещё той, зрелой полноты. Лет через пять она, если не превзойдёт свою сестру, то, во всяком случае, составит ей хорошую конкуренцию в красоте.

Я, естественно очень аккуратно, попарил её. А под конец, с её согласия, окатил холодной водой. Ой, и визгу то было…

— Ладно, пошли чайку попьём — предложил я. И мы вышли в предбанник, и устроились за столом. Я завернулся в свободное полотенце и так и сидел. Мы поговорили, о том, о сём. В общем, я просто позволил Инне выговориться. Видно, у неё давно не было столь внимательного слушателя, информация лилась из неё просто неудержимым потоком. О ней, о её взаимоотношениях с парнями, о её планах на будущее, о планах её отца, относительно её будущего, и т. д. и т. п. Я очень внимательно слушал, многое мне было действительно интересно. Но я старался её не перебивать, и пока что, не встревать со своими советами. Лишь изредка подкидывал кое-какие мысли, да поддерживал направление разговора… и всё это на японском языке. Мы ещё разок сходили в парилку, на сей раз полотенце она уже оставила в предбаннике. Ни каких больше шуточек или подначек на тему, смотри, не смотри, не было. Наши отношения как то сами собой стали дружескими.