Анна Диллон - Последствия

«Давайте жить в мире друг с другом…» — доносился из микрофона голос немолодого священника.

Роберт повернулся к Кейти. В то время как многие сидящие рядом с ними пары обнимали или целовали друг друга, пожатие ее руки было холодным и чужим. Стараясь скрыть свое замешательство, Роберт заставил себя улыбнуться, пожимая протянутую ему руку.

— Да пребудет мир с тобой, — чуть слышно проговорил он.

Кейти не ответила.

Ему необходимо найти себе хорошего адвоката. После Рождества он обязательно позвонит Джимми Морану; у того наверняка кто-нибудь есть на примете.

— Пап, телефон, — не думая вставать с дивана, сказал Брендан.

Роберт открыл глаза и удивленно посмотрел на экран телевизора. Шел фильм «Приключения Индианы Джонса в храме судьбы». Бессонная ночь дала о себе знать в полдень, и, несмотря на громкий звук, доносившийся из пяти колонок, он провалился в глубокий сон.

— Подойди, — попросил он.

— Все равно звонят тебе. Как всегда.

Роберт поднялся с кресла и пошел в столовую, успев снять трубку до того, как звонок перешел на автоответчик. Проведя языком по пересохшим губам и взглянув на часы, удивленно подумал о том, кто может звонить им в Рождество. Скорее всего, это Джулия.

— Да?

Его вопрос эхом вернулся к нему; в трубке что-то защелкало, затем таинственно зашелестело.

— Да? — вновь переспросил он, скосив взгляд на определитель номеров. Номер не определен, прочитал он, следовательно, звонок шел или из-за границы или с телефона, номер которого определить было невозможно.

— Не хочешь ли ты отойти от телевизора подальше и найти другое, более спокойное место, где бы мы могли поговорить? — Прозвучавший в ухе голос Стефани был настолько громким и чистым, что заставил его окончательно проснуться.

Он с трудом проглотил слюну.

— Конечно… конечно. — С усилием изобразив на лице улыбку, он повернулся к детям. Но они оба продолжали смотреть фильм, даже не взглянув в его сторону. Кейти была на кухне, но он заметил, что она с удивлением смотрит на него, очевидно, желая знать, кто может звонить в это время в Рождество. — Вам тоже счастливого Рождества. Одну минуту, я перейду в другую комнату, подальше от телевизора… Это Джимми Моран, — сказал он Кейти, прижав трубку к груди. — Звонит, чтобы поздравить нас с Рождеством.

Кейти кивнула. Надев полосатый фартук, она нагнулась к открытой духовке и проверяла готовность индейки.

— Передай, что я тоже желаю ему счастливого Рождества. Не разговаривай долго. Скоро будем обедать.

— Вернусь через минуту, — сказал Роберт и, выйдя в холл, стал быстро подниматься по лестнице. Прикрыв за собой дверь, он чувствовал в груди глухие удары сердца.

— С тобой все в порядке? — спросил он, с трудом дыша от быстрого подъема по лестнице и потрясенный неожиданностью ее звонка.

— Да… нет… я не знаю, — ее ответ прозвучал как-то натянуто. Он был готов биться об заклад, что ее не было дома всю ночь. Скорее всего, она только сейчас прослушала все оставленные им сообщения; возможно, ей стало неловко за недавнюю вспышку гнева.

— Я так за тебя волновался, а когда не смог с тобой связаться, я уже не знал, что и думать. Позже, во время переписки, когда ты сообщила, что не хочешь меня больше видеть, я почувствовал себя таким опустошенным.

Последовала долгая пауза, а затем Стефани как-то просто сказала:

— Роберт, я думаю, что беременна.

Казалось, что все существующие в мире слова исчезли, испарились, ушли как вода в песок. С невероятной скоростью в голове проносились мысли: она ошиблась, это шутка, она решила сделать ему больно, она лжет, — потому что она не могла быть беременна. Просто не могла.

Прежде чем он успел хоть что-то ответить, Стефани резко сказала:

— Нечего сказать? Никаких комментариев, никаких высказываний, никаких поздравлений? — Он услышал в ее голосе с трудом скрываемую горечь.

— Я… я… нет, я не знаю, что сказать.

— Придумай что-нибудь.

Во рту было сухо; ему казалось, что горло забито ватными шариками, поэтому он с трудом глотал. Обведя взглядом комнату и не найдя ничего выпить, он открыл одно из окон и, зачерпнув горсть снега, засунул его себе в рот. Холодные кристаллы снега, казалось, обожгли ему горло. Пристально глядя на сад, расположенный за домом и сейчас заваленный снегом, он произнес:

— Как это… я имею в виду, когда это случилось?

— Кто знает? Мы дважды занимались любовью, не предохраняясь.

Беременна. Боже мой! Она беременна.

— Я же говорил тебе, что нужно пользоваться таблетками.

Стефани не ответила. Он вспомнил их разговоры на эту тему: она отказалась пить таблетки, в результате чего он стал пользоваться презервативами, которые ненавидел.

— Ты уверена? Ты в этом точно уверена? — осторожно спросил он.

— Сомнений почти нет.

Нет сомнений? Нет сомнений! Что это, в конце концов, значит?

— Вероятность достаточно большая. За последние несколько часов я поняла, что задержка превышает десять дней.

— Но ведь десять дней — это не так уж много, правда? — спросил он с надеждой в голосе.

— Достаточно большая.

— Ты сделала тест? Получила подтверждение?

— Роберт, если ты забыл, то позволь тебе напомнить — сегодня Рождество. И где, интересно, сегодня я могу купить тест на беременность?

Она слышала, как он провел языком по пересохшим губам.

— Но ты действительно думаешь, что можешь быть беременна?

— Да.

Глубоко вздохнув, он сказал:

— Скажи, ты уже решила, что делать… с ребенком?

— Нет, не решила, — холодно ответила она. — Но ты отец этого ребенка, поэтому, прежде чем принять решение, я хотела бы поговорить с тобой. Нам необходимо решить это вместе. Ты понимаешь, Роберт?

— Да-да, конечно. — Это кошмар. Ему просто снится дурной сон. Если она действительно беременна, придется что-то срочно решать. Но прежде необходимо понять, как далеко она собирается пойти. — Когда мы можем встретиться? Думаю, сегодня не совсем удобный для этого день… — быстро поправил он сам себя. Выйти из дома сейчас, когда вся семья вот-вот сядет за стол, было просто невозможно. Он сразу же представил, сколько последует вопросов, на которые он не сможет ответить. — Но, может быть, завтра. Можем мы встретиться завтра? Где ты сейчас?

— Боюсь, что встретиться завтра у меня не получится…

Роберт разочарованно покачал головой. Зачем она так все осложняет?

— Нам действительно необходимо встретиться, чтобы поговорить. Я могу подъехать, куда ты скажешь.

— Куда я скажу?

Ему показалось, что его слова ее странным образом развеселили.