Дженнифер Крузи - Давай поспорим

Приобщение Мин к тайнам кулинарии было бы совершенно невинным занятием, если бы не теснота кухоньки. От волос Мин шел аромат лаванды, и все казалось таким же приятно-округлым, как и она сама. Да и латунная кровать с атласным одеялом находилась так близко, что Кэл, дав Мин необходимые разъяснения, удалился на безопасное расстояние и занялся коробкой.

В коробке сидел кот, развалившись на свертках.

– Вон, – скомандовал Кэл.

Кот открыл оба глаза. Кэл выбросил его на пол, и кот потерся о его ногу, замурлыкал.

– До чего же ласковый, – заметил Кэл.

– Да, я его, паршивца, очень полюбила. Каждый вечер он укладывается возле меня и мурлычет под пение Элвиса. Он умный, знает, как включать проигрыватель, и может слушать Элвиса в мое отсутствие.

В первом свертке обнаружилось широкое угловатое блюдо из прозрачного стекла, очевидно, имевшее какое-то специальное назначение.

– Что это?

– Миска для взбивания яиц. К ней должна быть еще крышка и взбивалка.

Кэл поискал и нашел требуемое.

– Отличная вещь, – похвалил он бабушкино наследство. Затем достал из коробки второй сверток, очень тяжелый. Там был набор блюд из белого фарфора с голубой полоской.

– Ой, – вскрикнула Мин, – я о них совсем забыла. В самой большой бабушка замешивала тесто для печенья. Сто лет не ела печенья.

– Добрые старые времена.

Кэл вытащил следующий сверток, увесистый и круглый. Разворачивая его, Кэл гадал, что бы это могло быть. Сняв последнюю обертку, он почти не удивился, когда увидел стеклянный шар, внутри которого был Микки, наклонивший голову к Минни, одетой в розовое платье. Кэла охватил мистический ужас.

– Когда будет готово? – спросила Мин. – Когда исчезнет вкуса муки? Кэл! – Она обернулась. – Что случилось?

Он поднял руку с шаром, и она застыла, не в силах произнести ни слова.

Шар был тяжелый, тяжелее обычного. Кэл перевернул его и увидел на дне отверстие для ключика.

– Музыкальная шкатулка? – спросил он, и Мин кивнула. – А что она играет?

– «Только с тобой», – ответила она слабым голосом. Кэл смотрел на Микки и Минни, навеки впаянных в стекло. «Достанешь мне бабушкин шар, и я буду любить тебя вечно», – вспомнилось ему.

– Я его пятнадцать лет искала, – сказала Мин уже спокойно, не сводя с шара глаз. – А ты сразу же наткнулся… Как тебе удается?

– Это не я. – Кэл поставил шар на полку.

– Ты спелся с дьяволом? – спросила Мин, глядя на шар.

– Что?

– Тебе все удается, тебе не отказывала ни одна женщина. Но прежде ты имел дело с женщинами, которые хотели тебя, я же – совсем другое дело.

Кэл сделал глубокий вздох.

– Печально, что ты веришь в дьявола и в то, что с ним можно заключать сделки, но еще печальнее, что ты думаешь, будто я с ним в сговоре.

– Да, черт возьми, ты его лучший друг! Ты стройный, красивый, обаятельный, умеешь классно носить костюм, ты всегда невозмутим и всегда знаешь, что мне нужно. Этот шар не могли найти пятнадцать лет. Я чувствую, что если скажу тебе «да», попаду прямо в ад.

Кэл кивнул. «И зачем я сюда пришел?»

– Все ясно. Знаешь, мне не хочется есть. Я, пожалуй, пойду.

– Вот и хорошо, – ответила Мин, разглядывая шар. Кэл взял свой пиджак и направился к двери, но остановился на пороге.

– Желаю тебе… – начал он и запнулся.

– Жить счастливо? – спросила Мин, все еще поглощенная шаром.

Кэл покачал головой.

– Не угадала, – сказал он и вышел на лестницу.

Когда Кэл ушел, Мин взяла ключик и несколько раз повернула его. Шкатулка протренькала несколько тактов песенки. Мин посмотрела на шар, и у нее перехватило дыхание. Искусно выполненный тяжелый купол опирался на черное основание в стиле ар-деко, а внутри разливалось серебряное сияние, и по небосводу серебристым хороводом бежали крошечные звездочки. Счастливая Минни улыбалась, а Микки с сияющим лицом бережно сжимал подружку в объятиях, нежно глядя на нее.

«Вот чего мне хотелось бы, – подумала Мин. – Она счастлива, он без ума от нее». И как красиво это розовое платье, развевающееся в танце! И какие чудесные розовые туфельки! Впрочем, туфельки простоваты.

Мин наклонила шар: звездочки закружились, а музыка, постепенно затихая, умолкла.

«Это не я», – сказал Кэл и ошибся. Она жила себе и жила и была вполне счастлива. Потом он познакомился с ней в баре, и все пришло в смятение, все засияло, и звезды закружились вихрем над головой. И с тех пор, как только восстанавливалось спокойствие, снова появлялся Кэл, и все опять рушилось.

Что-то мягкое коснулось ее ноги, Мин даже подпрыгнула от неожиданности. Потом взяла кота на руки, продолжая думать о своем. Если рассуждать логически, то Кэл здесь ни при чем. Совпадений в жизни сколько угодно. Пока не произошло что-то большее…

– Давай-ка будем держаться от него подальше, – сказала она коту. – Мы не пойдем в «Долгий глоток», пока не убедимся, что он там больше не бывает; тогда все пройдет, и жизнь вернется в нормальное русло. Не надо нам звездных вихрей.

Кот смотрел на нее круглыми глазами, и Мин опомнилась. «Кто это «мы»? Я и мой кот?» Безумие какое-то.

– Хочешь курочки? – спросила она кота. Пора было поужинать.

В среду Лайза снова пришла в бар. Пока она знаками пыталась обратить на себя внимание Шанны, к ней подсела улыбающаяся Синтия.

– Привет! А где подруга?

– Сказала, что ей надо побыть дома с котом, но, по-моему, она просто избегает Кэла.

– Неплохо придумано. Чтобы не поддаться чарам, лучше всего избегать искушения. – Синтия оглядела бар: – Кэл здесь?

– Нет. По словам Тони, задерживается на работе.

– Ну, раз ее здесь нет, он перекинется на вас.

– На меня? – ужаснулась Лайза. – Теперь он решил меня охмурить?

– Да нет, – успокоила ее Синтия. – Для успешного развития отношений необходимо одобрение друзей и родственников противоположной стороны. Странно, что он еще не испробовал на вас свои чары.

– Он не дурак.

– А ваша подруга правильно решила избегать его, – продолжала Синтия. – Хотя не думаю, что он всерьез увлечется ею.

– А кем он увлекался всерьез? Вами? – парировала Лайза.

Синтия вздернула подбородок:

– Я…

Лайза молча выжидала.

– Да, – сказала Синтия, – мною.

– Вот гад.

– Вы не правы. Ему только…

– Нужно одобрение женщин, потому что он под каблуком у своей мамочки. Вы так много о нем знаете, что можете книгу написать.

Синтия отхлебнула из бокала.

– Ах да, – поправилась Лайза. – Вы ее уже пишете.

– Именно. Но не о… – Синтия замялась. – Не только о…

– Об этом парне, – подхватила Лайза. – Ясно. Значит, когда он ушел, вы потеряли сразу и любовника, и объект исследования. Вот этого я не понимаю. Вы занимаетесь всей этой чепухой, и он не удрал от вас сразу?