Кристина Хегган - Предательство

Грант выглядел как истинный калифорниец в легких брюках и розовой хлопчатобумажной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей. Он помахал Стефани, выходя из самолета. Стефани махнула в ответ рукой и сквозь толпу пробралась к Рафферти.

— Я так рада видеть тебя, — сказала она, обнимая Гранта. — Надеюсь, ты скучал по мне так же сильно, как я по тебе.

— Это ответ на твой вопрос? — произнес Грант, крепко поцеловав ее в губы.

— М-м-м. Да.

— Итак, шоу продолжается без меня? Или Келхун рвет волосы на голове? — спросил Грант, взяв Стефани под руку и направляясь за багажом.

— Не знаю, — ответила Стефани и заметила удивленный взгляд Гранта. — Я больше не участвую в шоу, Грант. На прошлой неделе отсняли последний эпизод с моим участием.

— О чем ты говоришь?! — произнес Грант, останавливаясь.

— Меня вычеркнули из действия — мою героиню убили, — пожала плечами Стефани, стараясь, чтобы ее голос звучал легко и игриво. — Она пала жертвой войны рейтингов. — Стефани рассказала Гранту о причинах, выдвинутых Джо, и о новой концепции сценария, но умолчала о происшедшем в доме Келхуна. Под внешней мягкостью Гранта скрывалась твердая уверенность в том, что хорошо, а что плохо. Если Стефани скажет Гранту правду, он сделает кровавое месиво из красивого лица Джо Келхуна. И тогда Грант тоже останется без работы.

— Ну, довольно обо мне, — сказала Стефани некоторое время спустя. — Уверена, скоро найду другую роль. А сейчас мне хочется услышать все о новом известном сценаристе Голливуда.

— У меня потрясающие новости, — ответил Грант, подмигнув Стефани, как мальчишка, который больше не может держать в тайне свои секреты.

— Рассказывай.

— Я продал еще два сценария… в «Галикон пикчерз». Они заплатили мне в два раза больше, чем я получил за «Невоспетых героев».

— Это значит, ты теперь богат?

— Да, очень богат. Но мне поставили одно условие.

— Какое?

— Я должен переехать в Калифорнию… на время.

— О-о-о, — произнесла Стефани, остановившись перед конвейером с багажом.

— Я сказал им, что мой ответ зависит от одной вещи. — Грант отвел Стефани в сторону. Она продолжала смотреть на конвейер. — От женщины, с которой я хотел бы приехать в Голливуд.

— Ты хочешь, чтобы я переехала в Калифорнию? То есть стала жить с тобой? — с изумлением спросила Стефани.

— И ты, и Сара, и Анна. Я хочу, чтобы ты не просто жила со мной, дорогая. — Грант поставил на землю свой портфель и взял лицо Стефани в свои ладони. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Стефани. Мне хочется посвятить всю свою жизнь тому, чтобы сделать тебя и Сару самыми счастливыми женщинами на Земле. — Грант достал из кармана маленькую черную коробочку. — Я хотел сделать тебе предложение красиво за ужином в ресторане «Четыре времени года», а потом снять номер «люкс» в гостинице «Плаза», но ты же знаешь меня, я не умею долго хранить секреты. — Грант открыл коробочку и повернул ее перед Стефани так, чтобы ей было лучше видно. Внутри на черном атласе лежал прекрасный перстень с рубином, окруженным маленькими бриллиантами. — Знаю, он не заменит кольца твоей матери, — сказал Грант. — Но это самая похожая вещица, которую мне удалось отыскать по твоему описанию. Надеюсь, тебе понравится.

— О, Грант, — пробормотала Стефани, не в состоянии оторвать глаз от перстня. — Мне так нравится. Как мило, что ты запомнил.

— Это значит, ты выйдешь за меня замуж?

Стефани не ожидала, что события будут разворачиваться так быстро. Она с удовольствием бы оставила их отношения такими, какими они были. Но, подняв голову и посмотрев в глаза Гранту, увидела в них такой восторг и такой испуг, что у нее не хватило духу отказать ему.

— Да, — прошептала Стефани. — Я выйду за тебя замуж.

— Ты сделала меня самым счастливым человеком на Земле, дорогая! — Грант взял Стефани на руки и крепко обнял. — Но я должен еще кое-что спросить у тебя, — добавил он, опустив ее на землю и оглядев с расстояния вытянутой руки. Грант вытащил перстень из коробочки и надел его на палец Стефани. Это был как раз ее размер. — Я хочу удочерить Сару и стать для нее настоящим отцом.

Стефани бросилась в объятия Гранта, эмоции переполняли ее. Она чувствовала себя такой несчастной, когда приехала в аэропорт. И за каких-то несколько минут Грант полностью перевернул ее жизнь.

— Мне очень нравится эта мысль, — прошептала Стефани.

Через неделю они обвенчались в маленькой церкви в южной части Манхэттена. Перри и Трэси стали их свидетелями. После церемонии состоялась вечеринка в ресторане «У Фрэнки», на которую пришли старые друзья, семья Гранта, съемочная группа и артисты шоу «Тайная жизнь».

— Если бы у меня было больше мозгов, то на месте Гранта сидел бы я, а он бы произносил эту речь, — сказал Перри, когда пришла его очередь говорить тост. Он подождал, пока затихнет смех. — Но судьба распорядилась иначе, — добавил он. — Я могу пожелать вам обоим удачи, а также долгой и счастливой жизни вместе. — Перри поднял свой бокал. — За новое начало.

— За новое начало, — хором повторили гости.

Глава 18

Джейн Джилмор сидела на полу гостиной и прикалывала булавками оборку к платью миссис Толберт. Время от времени она прерывалась и смотрела телевизор. На экране Мак-Кей, одна из любимых героинь Джейн в «мыльной» опере «Тайная жизнь», боролась за свою жизнь, пока ее мать пыталась помочь девушке. Красивые волосы Пэтти сейчас спутанными лохмами свисали вниз, а на лице осталась печать ужаса от недавнего тяжелого испытания, которое ей пришлось пережить в руках безжалостного похитителя. Джейн смотрела это популярное телешоу не первый год, правда, нерегулярно. Но когда год назад в сериале стала сниматься Стефани Фаррел, Джейн не пропустила ни одной серии с ее участием. Хотя Стефани в отличие от Люси совсем не была похожа на отца, Джейн все равно узнала бы ее. Стефани унаследовала красоту своей матери: те же густые каштановые волосы, большие серые глаза и теплая улыбка. Интервью, которое Стефани дала для журнала «Обозрение «мыльных» опер», когда начала сниматься в «Тайной жизни», лишь подтвердило то, что уже знала Джейн — Стефани Фаррел была дочерью Уоррена. Один раз или даже дважды у Джейн появлялось желание написать актрисе, сообщить ей, что, несмотря на смерть Уоррена, она осталась не совсем одна, у нее есть семья и сестра, которая любила бы ее и заботилась о ней. Джейн сочиняла несколько робких строчек на листке желтой бумаги, а потом рвала его на кусочки. А если Сесил Фаррел узнает о письме и станет преследовать Джейн, как обещал? И что делать с Люси? Осмелится ли Джейн сказать дочери правду сейчас, когда прошло столько времени и было столько лжи?