Ляля для босса. Это наша дочь! - Саяна Горская

исправим.

– Варя?

– Не просыпалась, – шепчет Тёма. – Я ей каких-то успокоительных накапал… Не знаю, правильно ли…

Прохожу в спальню. Смотрю на Варю.

Она лежит на боку. Сжата в комок, будто пытается спрятаться и защититься от боли. И даже в полумраке я вижу, как горят на бледном, как полотно, лице красные от слёз глаза.

Чувствую, как меня разрывает изнутри.

– Ты всё правильно сделал, – кладу руку Тёме на плечо. – Хорошо, что у неё есть такая поддержка.

– Стас, а что нам делать-то теперь? – С отчаянием.

– Комп есть?

– Конечно, – кивает и рукой указывает на свою комнату.

Сажусь за стол, достаю флешку из кармана пальто. Всё внимание теперь сосредоточено на экране.

– Что ты делаешь?

– То, что умею лучше всего, – бросаю через плечо.

А лучше всего я умею вламываться через чужие границы.

Пальцы быстро и привычно бегут по клавишам.

Взламываю телефон Марьяны, просматриваю данные.

Чисто. Почти стерильно.

Прямо-таки институт благородных девиц.

Она всё стёрла. Или, может быть, не хранила никогда у себя данных. Всё, как и обещала. Компромат на себя она не держит.

А жаль… Всё могло бы быть куда проще.

– Вот же стерва, – шепчу я.

– И что теперь?

– Думаю.

Внутри нарастает злость. Ярость.

Я не привык чувствовать себя беспомощным.

Соображай, Сташевский, соображай! Ты же чёртов компьютерный гений!

Прокручиваюсь на стуле. Резко останавливаюсь.

– Тём, а где твоя сестрица пропадала всё это время?

– Да откуда я знаю? То там, то сям… Я за её перемещениями не слежу.

– А мне бы пригодилось это сейчас. Вспомни. Это важно. Что угодно. Любая деталь…

Тёма задумывается, хмурится.

– Барселона… Она вроде говорила, что прилетела из Барселоны.

– Барселона, – повторяю глухо. Ну, хоть что-то. – Ладно, это сузит круг поисков. Жаль, что мы не знаем, с кем она зависала, но попробуем проследить за её перемещениями по хлебным крошкам.

– Нет, подожди! Я знаю! – Загораются глаза Тёмы. – Борисов. Марьяна сказала что-то про Борисова, который ей в дедушки годится.

– Тёма-а! – Тяну ему кулак. – Молоток!

Тёма отбивает, смущаясь.

Фамилия, конечно, не самая редкая. Однако, из всех Борисовых, что мне известны, лишь один годится Марьяне в дедушки, к тому же, давно в России не отсвечивает.

Если это тот самый Борисов, о котором я думаю, то дела наши не так уж и плохи.

Местный криминальный авторитет четыре года уже прячется в Испании и уклоняется от закона. В России он объявлен в розыск за какие-то мутные схемы.

Пытаюсь пробиться к серверам этого Борисова, но…

Не смог бы он так долго бегать от властей, если бы не знал, как защитить свои данные покруче всякого там пентагона.

Система защиты у него сложнейшая: новороченная и многоступенчатая.

Нервно сжимаю пальцы в кулаки.

– Чёрт.

Тёма смотрит на меня, напряжённый весь, как сжатая пружина, но не говорит ничего.

Бегаю глазами по комнате, пытаясь ухватиться за хоть какую-то идею, словно ответ нарисован на стенах.

Чёртов Борисов.

Чёртова защита.

Как обойти? Здесь нужно что-то другое, что-то…

Взгляд мой замирает на Тёме.

Он кутается в худи, вжимает голову в плечи.

– Что?

– Тём, ты свой код уже снёс?

– Да, конечно… – Краснеет. Мямлит. – Ну, почти. Я собирался. Да я же обещал, что больше не буду его использовать! Честно! Жалко сносить…

Улыбаюсь краем губ.

– Расслабься ты! Мне он нужен сейчас. Правда, придётся его доработать.

– До-до-доработать? – Уязвлённо смотрит на меня. – Мой код идеален!

– Был бы он идеальным, тебя бы не поймали. А сейчас нам как раз нельзя быть пойманными. Открывай, поковыряемся.

Тёма бурчит что-то себе под нос, но подходит к компьютеру, запускает программу и показывает мне строки кода.

Присматриваюсь и тихо хмыкаю.

– Да, работки тут на всю ночь…

– Ну ты вообще! – Обиженно фыркает.

– Не бурчи. Кофейку забабахаешь?

– Угу.

Тёма уходит, шлёпая тапками по полу.

Смотрю в экран, пытаясь понять, как в максимально сжатые сроки скрестить его систему с моими наработками. Времени мало, а ошибок быть не должно.

Через пару минут Артём возвращается с двумя стаканами кофе.

Делаю глоток. Горячий терпкий напиток согревает внутренности.

– Ну, и что мы собираемся делать? – Осторожно заглядывает мне через плечо Тёма.

– Мои юристы уже обременены срочным заданием, собирают доказательства того, что Марьяна никогда не занималась Соней и участия в её жизни не принимала.

– Но этого недостаточно, да?

Я качаю головой.

– Отнюдь. У нас есть все шансы лишить Марьяну родительских прав, но вопрос лишь в том, насколько это затянется. Могут пройти недели, месяцы…

Тёма тяжело вздыхает.

– Однако, – закусываю губу, – есть методы более быстрые и эффективные.

– Какие?

– Шантаж, манипуляция, запугивание.

Его глаза расширяются.

– Ты собираешься…

– Мне не хотелось к этому прибегать, – перебиваю, отводя взгляд от экрана и глядя прямо на Тёму. – Но видимо придётся. Ты же понимаешь, что я не дам Соне остаться с человеком, который использует её ради денег и собственной выгоды.

Тёма серьёзно кивает.

Во взгляде тревога.

– А ты… Ты уверен, что мы что-то найдём у этого Борисова?

– Нет. Но я уверен, что Варя ради Сони готова на всё. И я не могу позволить ей снова бороться в одиночку. Вот только мне очень не помешает сейчас помощь юного гения. Ты со мной?

Тёма поджимает губы.

Отставляет свой стакан с кофе на стол и подтаскивает ещё один стул.

Складывая пальцы обеих рук в замок, вытягивает их перед собой, хрустя суставами.

– Смотри и учись, олд. Щас я тебе покажу, что такое настоящий хакинг.

Глава 39

Стас.

Я просыпаюсь от еле заметного движения в своих руках.

Варя. Она шевелится и извивается, пытаясь выбраться и стряхнуть с себя мою руку. Открываю глаза и встречаю её взгляд – удивлённый, настороженный.

– Что ты здесь делаешь? – Непонимающе морщит лоб.

– Тёма вчера позвонил. Всё рассказал, – отвечаю тихо, будто боюсь спугнуть этот момент, пока она рядом, так близко ко мне.

Варя садится на кровати, устало проводит руками по лицу.

Она совсем подавлена, разобрана по запчастям, убита.

– Я не верю, что это действительно происходит, – шепчет, глядя куда-то сквозь меня.

Тоже