Бертрис Смолл - Тайные наслаждения

Джей-Джей еще раз обнял ее, побежал в душ, а через полчаса вернулся в лучших потертых джинсах, фланелевой рубашке с надетым поверх ирландским свитером и любимых кожаных рабочих ботинках. Волосы были мокрыми. От него так и несло афтершейвом.

— Нельзя же выходить на улицу с мокрыми волосами, — пожурила Нора. — Немедленно иди и включи фен в моей ванной. У нас еще есть время.

Джей-Джей, ворча, помчался наверх и вернулся уже с сухими, смазанными бриолином волосами.

— Так лучше?

— Лучше, — кивнула Нора, морщась, когда Джей-Джей нахлобучил бейсболку козырьком назад. Невозможно убедить его, что нельзя постоянно носить эту чертову штуку!

Она взяла ключи из чаши на столике в прихожей и направилась к дверям.

— Пойдем, парень!

Джей-Джей схватил оба рюкзака:

— Ты все положила, мама?

— Все, что ты просил, и даже то, что ты забыл, — усмехнулась Нора.

Они подошли к машине, Нора открыла багажник, и сын положил туда рюкзаки. На улице показался Рик, шатаясь под тяжестью вещей Морин. Дочь следовала за ним с чемоданчиком на колесах, а Карла тащила сумку с сандвичами, чипсами, печеньем и пакетами с соком, в дорогу детям.

Наконец вещи были погружены, последовали прощальные поцелуи и объятия, и Нора отвезла детей на ближайшую автобусную станцию. Джей-Джей и Морин вытащили багаж, помахали знакомым, которые тоже возвращались в университет.

— Мама, тебе не обязательно ждать, — пробормотал Джей-Джей. Он наверняка смутится, если она не поймет намека и останется.

Когда она снова увидит его?

Нора едва удерживалась от слез.

— Обними меня, милый, — попросила она.

Джей-Джей обнял и поцеловал ее.

— До свидания, ма. Я позвоню тебе сегодня, ладно?

— Только звони пораньше. Я рано лягу спать. Завтра у меня тяжелый день. До восьми, ладно?

— Обязательно, — пообещал он и вместе с приятелями принялся загружать вещи в стоящий автобус.

— До свидания, миссис Бакли, — попрощалась Морин, тоже целуя Нору. — Спасибо, что довезли.

— Хороших тебе отметок, Мо, — пожелала Нора и, усевшись в машину, отъехала.

Дом встретил ее холодом. Она установила термостат на двадцать градусов. К черту дороговизну! И потом, это всего на несколько часов.

Она вернулась рано. Еще только начало двенадцатого.

Нора вошла в гостиную, где уже ждала коробка для украшений. Она вытащила ее еще утром.

Нора в последний раз взглянула на ель. Не самая большая, но, несомненно, красивая.

Она стала снимать украшения и вкладывать в специальные гнезда. За ними последовали гирлянды. Закончив, она закрыла крышку. Дерево по-прежнему распространяло густой хвойный запах.

Нора взяла телефон и позвонила Рику Джонсону. Трубку подняла Карла.

— У меня все готово, — сообщила Нора.

— Сейчас придем, солнышко. Я еще и половины не сделала.

— Я встала рано, — пояснила Нора и повесила трубку.

Через несколько минут Джонсоны вошли в дом. Втроем они сняли елку с крестовины и отнесли на улицу, где в следующий вторник ее подберут мусорщики.

— Спасибо, — кивнула Нора.

— Я заеду за тобой завтра в восемь, — напомнил Рик.

— Хорошо, — пробормотала она, не оборачиваясь.

— Нора, погоди! — окликнула Карла, догоняя подругу. — Слушай, я знаю, тебе трудно придется. Завтра мне нужно на работу, но к половине четвертого я буду дома. Хочешь, зайду и мы поговорим?

Нора немного помолчала.

— Знаешь, Карла, что бы ни случилось не стоит за меня волноваться. Со мной все будет хорошо.

— Ну… разумеется, — не слишком уверенно проговорила Карла.

— Нет, Карла, ты не понимаешь. Я вообще не собираюсь подписывать документы. Джефф не получит мой дом.

Карла хотела что-то сказать. Но лучшая подруга прижала пальцы к ее губам.

— Карла, что бы ты ни увидела своими глазами, что бы тебе ни сказали, со мной все будет хорошо. Я просто уйду на время. Поэтому и говорила тогда с мистером Николасом. Спросила, не смогу ли воспользоваться «Ченнелом» как убежищем. Он разрешил. Если я не подпишу документы завтра, Джефф попадет в безвыходное положение.

— Но что это даст тебе? — прошептала Карла.

— Подумай сама, сколько еще будет ждать Хайди, особенно если ему придется отказаться от кондоминиума из-за того, что он не сможет продать дом?

— Джефф — владелец дома и может делать с ним что пожелает, — напомнила Карла.

— Верно, однако я знаю Джеффа куда лучше, чем знает его Хайди. Ему важнее всего казаться безупречным в глазах окружающих, а также партнеров и клиентов.

— Пытаешься вбить между ними клин, чтобы он вернулся к тебе? — ахнула Карла, потрясенная тем, что Нора вообще способна думать о таком.

Нора покачала головой:

— Я не желаю его видеть. Но хочу, чтобы они разбежались. И тогда не будет необходимости продавать дом. Может, Рик сумеет убедить Джеффа оставить мне дом в обмен на отказ от его обязательств в отношении детей. Кстати, Рик говорит, что промежуточный кредит оплачивает Хайди. И поскольку сейчас на недвижимость большой спрос, он может продать квартиру в кондоминиуме с прибылью, отдать Хайди долг, да еще и остаться с деньгами. Он даже сумеет купить себе небольшую квартирку. Конечно, Джил придется взять кредит на учебу, но она справится. И я обязательно помогу Джей-Джею платить за общежитие. Понимаю, что очень рискую, но не могу позволить Джеффу продать мой дом.

— Но что будет с тобой? — встревожилась Карла.

— Мистер Николас сказал, со стороны будет казаться, что я потеряла сознание, — пояснила Нора.

— И ты ему веришь? — насторожилась Карла.

— Верю, — кивнула Нора.

— Но тебя прежде всего положат в больницу.

— Знаю.

— И сколько ты собираешься оставаться в таком состоянии? — допытывалась Карла.

— Сколько потребуется. Но, зная, что мой дорогой муж абсолютно лишен такой добродетели, как терпение, предполагаю, что это будет несколько недель. Самое большее — несколько месяцев. Однако ты за меня не волнуйся. Видела бы ты мою квартиру, вернее, пентхаус! Такую роскошь только в кино встретишь! И я уже упоминала о Кайле и Ролфе. Невероятно! Там у меня есть все, что только можно пожелать. И хотя здесь всем покажется, что я на волоске от смерти, на самом деле я буду прекрасно проводить время — плюс секс нон-стоп. Все будет хорошо, и я точно знаю, что подпорчу Джеффу репутацию и существование. Бьюсь об заклад, первое, что он скажет: я сделала это намеренно.

— Тут ты права, — рассмеялась Карла.

— Только, смотри, никому не слова, — предупредила Нора. — Ни Рику, потому что он тебе не поверит и подумает, что ты спятила, ни Рине, ни Тифф, ни Джоанне. Ты медсестра? Вот и подай им надежду, чтобы не слишком расстраивались, но держи язык за зубами.