Луиза Розетт - Признания разгневанной девушки

(см. также: целовать чьего-то парня)

Глава 16

Я стою голая перед своим шкафом среди гор одежды, которую я примерила и сняла. Я даже не могу решить, какое белье надеть, а это вообще не имеет смысла, потому что никто его не увидит, кроме меня, когда я буду ложиться спать. Хочу позвонить Трейси для экстренной консультации, но если я это сделаю, мне придется рассказать ей, куда я иду и зачем, а мне хочется, чтобы это осталось моим личным делом. Точно, не тайной, а личным делом. Трейси и так думает, что вся эта фигня с Джейми очень странная, а ведь она даже не знает, что произошло на встрече выпускников.

Сегодня Трейси с Мэттом. Они идут к Сьюзан на вечеринку в честь Дня святого Валентина — на которую меня, конечно, не пригласили, поскольку я не чирлидер — а потом они собираются к нему домой. Его родители поехали в город смотреть какое-то представление и, по словам Трейси, они с Мэттом наконец собираются заняться этим. Я больше не верю Трейси, когда она так говорит. Похоже, что-то всегда мешает ей заняться сексом с Мэттом, поэтому я понимаю, что она на самом деле не хочет этого, несмотря на ее слова.

Однажды она рассказала мне, что они долго говорили обо всем, и она объяснила ему, почему для нее так важны презервативы, и что если он действительно любит ее, он должен обеспечивать максимальную безопасность. Как сказала Трейси, он заявил, что по-настоящему ее любит, и будет пользоваться презервативами. Мне показалось, что она немного приукрашивает действительность, но я сказала только: «Это классно, Трейси. Я рада, что он, наконец, взялся за ум».

Хотела бы я попросить мисс Масо помочь самой Трейси взяться за ум.

Вытаскиваю из кучи на полу свои любимые джинсы, немного ненавидя себя за выбор обычных Levi's вместо того, чтобы приложить усилия к созданию образа. Если бы здесь была Трейси, она бы придумала для меня наряд (я бы притворилась, что он мне не нравится, но в глубине души я была бы в восторге) с помощью одного из нетронутых выпусков «Lucky», живущих у меня под кроватью. Один раз я пробовала читать «Lucky», но от этого я почувствовала себя настолько отставшей от жизни, что пришлось бросить. Я даже не поняла половину образов, которые там увидела, и там были целые страницы джинсов, которые выглядели абсолютно одинаково.

Натягиваю шерстяной свитер, который стащила у Питера, когда он собирал чемоданы, чтобы вернуться в школу в прошлом месяце. Единственная модная деталь, которую я могу добавить — это обувь. У меня есть крутые Угги, которые я купила прошлой весной на деньги, подаренные на День Рождения, когда мы с Трейси и Стефани вместе ходили по магазинам. Я не собиралась их покупать, потому что они были неразумно дорогими, но Стефани сказала, что я их полюблю, и буду носить, не снимая, и она оказалась права. По крайней мере, полоски на свитере Питера такого же цвета, как мои Угги. Трейси бы одобрила.

Начинаю обыскивать свою комнату на предмет украшений. Из-под методического пособия для подготовки к экзаменам, лежащего на кресле-мешке, выглядывает футляр с ожерельем, которое подарил мне Роберт и за которое я так его и не поблагодарила. Интересно, правильно ли это — надевать украшение, подаренное одним парнем, на свидание с другим парнем. Потом я задумываюсь, а свидание ли это. Свидание в День святого Валентина.

Я надеваю ожерелье.

Когда я застегиваю пуховик — Трейси сказала, что ненавидит его с тех пор, как я надела его на встречу выпускников — решаю, что это не свидание. Джейми просто хочет поговорить, не более того. Точно не знаю, о чем именно, но можно догадаться. Скорее всего, он хочет сказать мне, что ему не стоило меня целовать и что я не должна никому об этом рассказывать, потому что Регина — психопатка.

А может быть, он не собирается об этом говорить. Все-таки он прислал мне цветок. И он рассказал Энджело о поцелуе. Может, он хочет сказать, что с Региной все кончено — иначе, почему он не занят в День святого Валентина? — и он хочет знать, буду ли я с ним встречаться. От этой мысли я чувствую трепет в животе.

Пытаюсь представить нас как пару, которая гуляет по школьным коридорам, держась за руки, и целуется у моего шкафчика. Это не так просто. Что касается Джейми, он теперь практически не появляется в школьных коридорах. Я никогда не знаю, где он. Я даже не знаю, какие у него уроки, кроме английского для отстающих. Это странно, что кто-то с идеальным английским встречается с тем, кто отстает по английскому? Это странно, что новичок встречается со старшеклассником? Это вообще законно?

Оставляю записку для мамы, которая занята с клиентом, обещая соблюдать свой испытательный срок и быть дома в девять тридцать. Дорога к «Cavallo's» — та же дорога, по которой я каждый день иду в школу и обратно. Это приятная прогулка, за исключением одного мерзкого места, прямо рядом со школой, где мост. Там нет домов, и время от времени кто-нибудь рассказывает, что видел там мистера Нейки. Мистер Нейки — это парень, который любит разгуливать в плаще и обнажаться перед ребятами — мальчиками или девочками, значения не имеет. Но у него явно есть свои правила, потому что никто младше четырнадцати ни разу его не встречал. В моем представлении он похож на шпиона — широкий плащ, шляпа, черные очки. Я часто задумываюсь, что я сделаю, если его увижу.

Иду под мостом, не смотря по сторонам, только прямо, хоть и догадываюсь, что мистер Нейки не заинтересован в демонстрации своих причиндалов холодным февральским вечером.

Я даже не знаю, куда иду. Я имею в виду, «торговый центр» — это несколько неопределенно. Поэтому начинаю с «Cavallo's», где, как обычно, полно народу. Френки стоит за прилавком, высоко подбрасывая тесто для пиццы и болтая с парнями, сидящими за барной стойкой. Мне всегда кажется, что я должна поздороваться с Френки, но он абсолютно не представляет, кто я такая. А потом я замечаю Мишель, которая сидит на угловом диване, одетая в красивый красный блестящий свитер. Она машет рукой, когда меня видит. Я стараюсь не оглядываться, чтобы посмотреть, не машет ли она кому-то еще позади меня, поднимаю руку и улыбаюсь. Затем понимаю: Мишель не должна быть здесь. Она должна быть у Сьюзен на вечеринке в честь Дня Валентина.

И Регина тоже, а она сидит рядом.

Опускаю голову и быстро прохожу мимо дивана, как раз когда Регина поворачивается, чтобы посмотреть, кому махала Мишель. Быстро оглядываю зал в поисках Джейми, но полагаю, если здесь Регина, Джейми тут нет. В любом случае он не мог пригласить меня сюда — нас бы увидело слишком много народу.

Пытаюсь проскользнуть мимо дивана Мишель и пройти к двери, но меня останавливает толпа людей, идущих мне навстречу. Я стою спиной к дивану, но пока я жду момента, чтобы сбежать, слышу, как Лена говорит: