Луиза Розетт - Признания разгневанной девушки

— Я знаю.

— Ты думаешь, я неплохой?

— Ну, да, ты всегда неплохо ко мне относился.

— Кроме того случая, когда ты из-за меня заплакала.

Я краснею, думая о том дне, когда Энджело захотел узнать, делаем ли мы «это» с Джейми. Это было тогда, когда я хотела видеть Джейми регулярно. Благодаря террористической кампании Регины, я опять его избегаю. И он тоже не делает попыток со мной заговорить. Не то, чтобы я должна от него их ждать. И непохоже, что мы… Я даже не могу закончить эту мысль.

— Ты не собирался заставлять меня плакать. Я не знаю, что случилось в тот день. Я просто засмущалась или что-то в этом роде.

Он заговорщически наклоняется ко мне.

— Я знаю, что вы с Джейми целовались. Он мне рассказал.

Оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что рядом нет шпионов Регины. У Сьюзен и Лены должен быть первый урок самоподготовки, хотя они вряд ли на него ходят. Никогда не понимала, как люди могут так запросто прогуливать, оставаясь безнаказанными. Моя карма работает в другом направлении. Мне всегда приходится играть по правилам или же я попадаюсь. Практически моментально. Поэтому-то я и удивлена, что Регина еще не знает, что я целовалась с Джейми. Если она так бесится из-за того, что видела, как он дважды за мной шел, интересно, какой бы стала моя жизнь, если бы она знала, что на самом деле случилось.

Наклоняюсь через стол и шепчу:

— Энджело, мы не должны об этом говорить. Я имею в виду, ты знаешь, что Регина — это ужас, и…

— И у тебя есть парень?

— Роберт — не мой парень. Он просто был моей парой на встрече выпускников. На этом все.

— Джейми так не думает, — говорит Энджело, разрывая на кусочки пакет из-под молока и кидая их на стол, делая небольшую горку из мокрого мягкого картона.

Почему Джейми думает, что я обманула его насчет Роберта?

Или, возможно, еще более важный вопрос — почему Джейми рассказывает Энджело обо мне? Может ли такое быть, что он искренне, по-настоящему, заинтересован во мне? Как это может быть? Мы как будто с разных планет. Роберт, как любит мне напоминать Трейси, из нашей компании друзей и гораздо больше подходит для меня в качестве парня, чем Джейми.

Но что все это значит? Что значит «подходит»? Если тебе кто-то нравится, и ты ему тоже нравишься, разве ты не можешь с ним встречаться?

Когда бы я ни говорила это Трейси, она всегда заводила одну и ту же песню под названием «Рози и ее розовые очки».

— Тебе Джейми это сказал?

— Джейми думает, что парень — твой бойфренд. Хочешь, чтобы я это исправил?

Словно по сигналу, появляется Трейси в своей черно-золотой чирлидерской форме, с охапкой красной гвоздики в руках. Чирлидеры устроили распродажу цветов к Дню святого Валентина, чтобы показаться высокоморальными в свете сканадала с YouTube и чтобы заработать денег на новые наряды, которые настолько далеки от морали, что должны быть признаны незаконными. Она показывала мне их в Интернете, и я собиралась сделать вид, будто думаю, что они хорошо смотрятся. Но они оказались настолько маленькими, что я едва смогла их разглядеть, не говоря уж о том, чтобы понять, хорошо они смотрятся или нет. Трейси сказала, что хватит мне быть такой скромницей. Я ответила на это речью о том, что женщину должны ценить за нечто большее, чем умение скакать в спандексе, но она лишь сказала, что эпоха феминизма прошла, и продолжила показывать мне вульгарные костюмы, которые, она знает, школа никогда не позволит им купить.

— Доставка цветов для тебя, — нараспев говорит она. Она протягивает мне гвоздику с прикрепленной открыткой и встает рядом, ожидая, что я прочитаю открытку, хотя мы обе знаем, что это от Роберта.

— Спасибо, Трейс.

— Ну, открывай!

— Все нормально. Я еще немного подожду.

— Эй, Трейс, у тебя и для меня такая штука есть?

Трейси выглядит изумленной от того, что Энджело обратился к ней по имени. И она называет меня снобом?

— Сейчас проверю, — говорит она, глядя на него так, словно он был чем-то, прилипшим к ее обуви. А затем происходит нечто странное. Ее лицо сияет, она хихикает и объявляет: — На самом деле, «Энджело Мартинез, первый урок самоподготовки», у меня есть такая штука для тебя. — Она протягивает цветок Энджело с широкой улыбкой, как будто то, что кто-то отправил ему цветы, вызвал огромные метаморфозы, и Энджело — больше не тот парень с грязью под ногтями. Он кивает и принимает цветок, словно он ждал его.

Похоже, что Энджело все-таки не совсем невидим для учеников, как я подумала.

— Спасибо, Трейс, — говорит он. Она все еще стоит, ожидая, что мы оба откроем наши открытки, когда Стефани кричит на весь кафетерий: «Иди сюда, Трейси, я хочу свой цветок!»

Трейси закатывает глаза и направляется к Стефани. Энджело наблюдает, как она идет, а ее короткая юбка колышется, колышется и колышется при каждом шаге. Я не могу его осуждать. Ведь именно для этого и создали такие юбки.

— Хороший цветок тебе подарили, — говорит он, ухмыляется, встает и лезет в карман за сигаретой. — Передам Джейми привет от тебя. — Он подмигивает мне и уходит, в одной руке — зажигалка, в другой — цветок.

Мне хочется сказать ему, чтобы он ничего не говорил Джейми, но знаю, что это бессмысленно. Смотрю на свой цветок и вздыхаю. Почему бы мне не покончить с этим?

Я ощущаю слабое чувство вины от того, что Роберт прислал мне цветок. Я так и не приняла его извинения, и он, наконец, оставил свои попытки в прошлом месяце. Не знаю, почему я не сказала ему, что все нормально — меня ведь больше совсем не волнует тот случай с презервативами. Несколько дней назад он впервые за последнее время написал мне по почте, что собирается на прослушивание на кафедру драмы для весенней постановки «Макбета». Я ненавижу самодеятельность по Шекспиру, но мне в любом случае стоит пожелать ему удачи, чтобы помириться. Я понимаю, что, кроме этой постановки, я понятия не имею, что происходит с Робертом с тех пор, как, ну, как я его знаю. Странное чувство.

Я вскрываю маленький белый конверт и вытаскиваю дешевую открытку из цветочного магазина с надписью «С Днем святого Валентина!» и изображением сердечек с выпученными глазами, которые подпрыгивают вверх-вниз на пружинках. Но когда я смотрю в центр открытки и вижу слова, написанные аккуратным крупным почерком, мое сердце тоже начинает подпрыгивать как на пружинках. Хоть я и никогда не видела этот почерк раньше, я мгновенно понимаю, кому он принадлежит. Там написано:

«Встретимся в торговом центре в 8. Если сможешь».

проступок (существительное): плохой поступок

(см. также: целовать чьего-то парня)