Борис Михайлов - Приключения соломенной вдовы

Мы поднялись и у открытой двери увидели, встречающих нас, интеллигентную молодую женщину, за ней мужчину, с интересом рассматривающих гостей. По первому впечатлению, он не мог быть Валерием. Однако Галина представила как предполагаемого мужа.

— Валера, ты? — бросилась я к нему и, встретив испуганный взгляд, в нерешительности остановилась. В глазах ни любопытства, ни радости, — никаких эмоций, кроме испуга. Первоначальное желание обнять, пропало.

— Что стоишь словно истукан, ничего не скажешь! — набросилась на него Галина. — Не узнаешь? Мечтал увидеть жену. Елена Алексеевна не похожа на неё?

— Не знаю. Красивая женщина. Молодая. — После долгого молчания произнес он.

— Ты сам не старый.

Преодолев скованность, я взяла Валерия за руку, приблизилась к лицу, и с горечью проговорила:

— Неужели так изменилась? Тебя, правда, трудно узнать, я тоже сильно изменилась? — Мужчина не реагировал. — Я Лена, Алена! — я повысила голос, заговорила быстрее. — Вспомни нашу свадьбу, Самару, Волгу! Вспомни, как впервые пришел к нам домой заказать сшить галстук…

— Галстук сшить? Я думал, их на фабрике шьют, — заговорил мужчина.

— Лена, говорите медленнее, он не успевает быстро схватывать, — вмешалась Галина. Я же продолжала напористо и громко, словно передо мной глухой.

— Повод придумал познакомиться.

— Нормально, всё понимаю. — Успокоил он Галину и повернулся ко мне — Если можно, не так громко. Я не глухой.

— Предвидел, откажусь, скажу никогда не шила мужских галстуков. Принес три фирменных, чтобы я распорола, изучила их крой, и сшила подобный из принесенной ткани.

— Сшила галстук? — На миг в глазах Валерия вспыхнула искра любопытства, может, что-то припомнил.

— Еще какой! Пришила лейб от Версаче. Все три года, пока были вместе, носил на все тусовки, хвастал перед друзьями. — Валерий внимательно слушал, не спускал с меня глаз. Я заметила первый интерес. — Позже мы покупали галстуки в Милане, Париже, а ты в торжественных случаях по-прежнему предпочитал мой самопал.

— Три года жили с тобой? Не могу вспомнить, жаль! Так надеялся!.. Какие это были годы, скажи.

— Счастливые, для нас.

— Годы назови, цифры!

— С девяносто четвертого по девяносто седьмой! Хорошо жили, счастливо, и вдруг однажды утром вышел прогуливать Акбара и не вернулся.

— Чеченца? Ахмат Акбар? — он улыбнулся.

До этого мгновения Валерий разумно отвечал на вопросы.

— Нашего спаниеля звали Акбар. Каждое утро перед зарядкой ты с ним бегал.

— Спаниель порода собак, дошло, кто Акбар. Подумал было, с каким-то чеченцем гулял, — вполне логично объяснил он свой вопрос и надолго задумался.

Наступила гнетущая тишина. Ни я, ни Галина не решались нарушить её, предоставив Валерию время подумать. Надя во время всего разговора молчала, пораженная и удивленная поведением мужчины. Вполне нормальный внешне, все соображает, четко и аргументировано отвечает на вопросы, речь грамотного человека и в тоже время не помнит элементарного.

— Выходит, я восемь лет скитаюсь, неизвестно где. Какой кошмар!.. Столько лет вычеркнутых из жизни! Детей у нас не было? — нарушил он, наконец, молчание.

— Детей не завели. В восемнадцать за тебя вышла, первые годы решили пожить для себя…

— Два года ты находился в больнице, откуда сбежал, — высказала я предположение.

— Потом какое-то время бомжевал и работал на стройке. Последний год живешь у меня, — прибавила Галина и повернулась ко мне. — Давайте сядем за стол, за чаем расскажу, как Михаил, простите, Валерий, попал в мой дом.

— Скажи, пожалуйста, точно я Валерий Александрович Бурлаков, убедилась? — обратился он ко мне.

— Кто же еще?

— Значит, ты моя жена Бурлакова. Начинаю понимать. Господин Ларионов сказал, у меня есть брат в Самаре и мама возможно жива.

— Сергей с мамой в Самаре. Мы с тобой из Самары. Там справляли свадьбу. Недолго пожили и переехали в Москву, купили квартиру в Люблино.

— Люб-ли-но, — повторил он по слогам, и опять задумался. — На берегу красивого озера?.. Под домом огромный гараж… Машина у нас была.

— У тебя БМВ, у меня Пежо. Все-таки, что-то вспомнил! Правда, около дома не озеро, а огромный пруд, вырытый еще Голицыными. Под домом автостоянка. Слава Богу, начинаешь вспоминать. Напряги память. Пруд вспомнил, а жену, с которой прожил три года, не можешь узнать.

— Ты слишком молода, — Валерий улыбнулся знакомой улыбкой. Я окончательно убедилась — Валерий!

— Мне тридцать один, ты на двенадцать лет старше… Выглядишь хорошо. Моложе своих лет… Валера, напряги память!

— Расскажи еще что-нибудь из нашего прошлого. Про галстук говорила, что-то мелькнуло в памяти. — Он повернулся к Надежде. — Своей прической вы больше похожи на жену. До замужества она была Свиридова. Уверен, знал вас.

— Вспомнил! — воскликнула я и от радости прослезилась. Последние сомнения в личности мужа развеялись. Вспомнил девичью фамилию! В звуках его голоса у меня проснулась слабая надежда. "Может, попробовать начать всё сначала, привести Валеру в дом, это ведь и его дом. Зажить как раньше вместе, когда по-детски была счастлива новизной жизни, всё принимала впервые. Память вернется! Он умный и мыслит здраво… Окружу лаской и заботой".

Благородные мысли, как пришли, так же внезапно улетучились. "Бессмысленно. Пора смириться, время не повернешь назад. Как было, уже не будет… Прошлое следует стереть из памяти. Не смогу без Михаила! К фамилии будущей привыкла — Халецкая… Еврейская, но давно смирилась. После Валерия постоянно в окружении евреев и никакого дискомфорта. Валера заботой и любовью окружен и без меня".

Вытерла слезы, улыбнулась.

— Сама уж давно забыла. Он прав, моя девичья фамилия Свиридова, а Надю не мог знать. С сестрой мы близняшки, очень похожи, нашла ее, всего два года назад, — объяснила Галине. — Раньше не знала о её существовании.

Галина в очередной раз предложила нам сесть.

Мне же не терпелось услышать, что Валерий узнал меня, и продолжала разговор, больше похожий на допрос, стоя.

Не будь мои мысли заняты Валерием, обязательно обратила внимание на огромную, со вкусом обставленную гостиную, картины на стенах, дорогую люстру и бра над журнальным столиком с ноутбуком, массу дорогих безделушек в комнате. Огромный кожаный диван, кресла, стулья. Надя в первую минуту всё оценила и догадалась, хозяйка не из бедных. Огромная квартира в престижном доме центра Питера. Надя жаждала узнать, как в этом доме оказался Валерий, поисками которого столько времени безуспешно занималась сестра. Меня волновало одно — бывший муж не узнает.