Линда Трент - Лучшие подруги

– Почему она ничего мне не сказала? – размышляя вслух, почти шепотом произнес он.

– Челси знала, что ты будешь настаивать на женитьбе, а ей вовсе не хотелось выходить замуж. Ты же прекрасно ее знаешь. Свобода превыше всего. Я сомневаюсь, что она вообще когда-нибудь обзаведется семьей. – Карен пожала плечами; казалось, что происходящее доставляет ей удовольствие. – Я вместе с ней ездила на аборт, надо же было кому-то отвезти ее назад в общежитие!

– Ты лжешь, – спокойно сказал Райн.

– Быть может, познакомить тебя с врачом, делавшим Челси аборт? – упиваясь своей местью им обоим, ехидно поинтересовалась Карен.

Райна передернуло от омерзения.

– Так вот, я не желаю, чтобы ты в дальнейшем дотрагивался до меня, – продолжала Карен. – И настоятельно советую тебе перебраться в свободную спальню.

– Не волнуйся. Я с удовольствием выполню твою просьбу. – Райн повернулся и поспешно вышел из комнаты, боясь наговорить жене такого, о чем потом ему пришлось бы жалеть очень долго.

Собирая в спальне свои вещи, Райн решил подать на развод с Карен. Это означало конец его карьеры, но не это огорчало Райна; пуще всего на свете он боялся не увидеть больше Бетани. А ведь Карен вполне могла запретить ему встречи и с дочкой, и с еще не родившимся малышом. Она и ее родители были способны и не на такое. Злопамятность, судя по всему, фамильная черта Бейкеров.

Райн сидел на постели, невидящими глазами уставившись в пол. Челси была беременна и избавилась от ребенка, даже не сказав ему об этом.

Еще немного, и Райн расплакался бы, как маленький ребенок. Он слишком хорошо знал Челси, чтобы не догадаться об истинной причине аборта: она сделала это ради него, она не хотела вынуждать его к женитьбе. Как он виноват перед ней! Он должен был заставить Челси поверить в свою любовь. Если бы только она знала, как он любил ее тогда, как любит до сих пор…

Сердце Райна разрывалось от жалости к ним обоим. Глупец! Он был обижен на нее, он даже не потрудился написать ей письмо. А Челси? Она пожертвовала собой, спасая их дружбу, спасая его, самолюбивого болвана! Если бы Челси осталась в Штатах, он никогда бы не женился на Карен.

Перенеся свои вещи в свободную спальню, Райн буквально рухнул на кровать. До сих пор он даже и представить себе не мог, что горе способно так обессилить и сломать человека. Мысли о разводе без конца крутились у него в голове. И право слово, если бы не дети, он ушел бы от Карен сию же минуту!

– Хладнокровная, расчетливая стерва! – грозя кулаком закрытой двери, выкрикнул Райн.

Глава 12

С наступлением весны Карен решила переехать на новое место и попросила Челси помочь ей с поисками подходящего дома.

– Ты не ошиблась улицей? Это слишком дорогой район, – глядя из окна автомобиля, спросила Челси. – Дома здесь стоят кругленькую сумму.

– Райн хорошо зарабатывает. Кроме того, такая покупка подстегнет его попросить папу о повышении.

Карен остановила машину у роскошного дома. Челси взяла Бетани на руки, и они втроем поднялись по витой лесенке на террасу.

Поздоровавшись с агентом по недвижимости, Карен представила себя и Челси. Они вошли в дом. Это было как раз то, что она искала; строгие столовая и гостиная: стены во всем доме от пола и до потолка были обшиты панелями красного дерева; оконные рамы украшала изумительная лепнина, зрительно делавшая и без того огромные окна еще больше.

– Действительно просторно, – сказала Челси.

– Мы ждем пополнения, – сказала Карен, хотя это было видно и без слов.

Сейчас, на седьмом месяце, она весила больше, чем на девятом, когда вынашивала Бетани. Несмотря на все заверения доктора, что двойня Карен не грозит, окружавшим, да и ей самой это не было очевидно.

– Вы говорили, что здесь четыре спальни, – поинтересовалась Челси.

Миссис Харолдсон, агент по недвижимости, кивнула:

– Да, они наверху.

Лето еще не наступило, но для Карен в доме было уже слишком жарко. С каждым годом она все сильнее не любила жару. Почему оба ее ребенка должны были родиться именно летом?

– Кабинет здесь. – Миссис Харолдсон толкнула ближайшую к ним дверь, и глазам предстала солидных размеров комната, одна стена которой была сплошь увешана книжными полками.

– Ковер выглядит ужасно, – брезгливо поморщилась Карен.

– Да уж, что-что, а ковер видал виды…

– Ну и что ты по этому поводу думаешь? – поинтересовалась у подруги Карен.

– Дом красивый, но слишком большой.

Карен прошла на кухню. Света здесь было предостаточно. Кухонные шкафчики, столы и стулья отличались безупречной белизной. Раковина из нержавейки выглядела в высшей степени стильно.

– Мне нравится. По-моему, еда здесь непременно будет получаться намного вкуснее. Как ты думаешь, Чел?

– Не знаю, как насчет еды, но кухонька впечатляет своими размерами точно так же, как и весь дом. – Она отпустила руку Бетани, и та радостно зашагала сама. – Кажется, Бетани здесь уже нравится.

Карен улыбнулась дочери. Иногда, сама удивляясь своей безграничной любви к своему ребенку, она и пред ставить не могла, что сможет любить кого-нибудь еще больше. Карен рассеянно провела рукой по животу. Интересно, какой у нее будет сын?

Она подошла к окну и посмотрела на задний двор.

– Он маловат, не так лиг?

– Да, но думаю, что только по этой причине дом все еще не купили. Люди, приобретающие особняки с четырьмя спальнями, обычно ищут дворы побольше, – пояснила миссис Харолдсон, а затем добавила: – Здесь все равно найдется место для качелей и песочницы, а перед домом есть уютный уголок для шашлыков. По размерам он напоминает комнату, только снаружи.

– Неужели? – Карен открыла боковую дверь и оказалась на улице. – Действительно!..

– Но как странно, что дворик перед домом не виден из кухни.

– Вы можете поставить стеклянную дверь, – предложила миссис Харолдсон. – Сюда также выходят окна из кабинета. Только нужно раздвинуть шторы.

Карен эта идея понравилась: дом с каждой минутой ей нравился все больше и больше.

– Давайте посмотрим второй этаж, – предложила она.

Надо сказать, что лестница наверх оказалась для нее несколько крутовата.

– Придется подниматься сюда пореже, – пропыхтела Карен.

– Привыкнув, вы перестанете обращать на это внимание, – уверила ее миссис Харолдсон. – У меня тоже двухэтажный дом, и ни на что другое я его в жизни не променяю, хотя поначалу мы всей семьей не любили карабкаться на второй этаж.

– Чел, почему ты все время молчишь? – спросила подругу Карен.

– Пытаюсь привыкнуть. Моя квартира поместилась бы у вас в кабинете.

Карен высокомерно передернула плечами, стараясь всем своим видом показать агенту, что в отличие от Челси она может купить этот дом со всеми его потрохами.