Шерил Андерсон - Роковая сделка

— А я знаю этот анекдот? — спросила я.

— Это даже не анекдот, — ответил Кайл.

— Мне всегда казалось, что смысл состязания на дальность плевков — в расстоянии, а вот Кайл говорит, что в смачности. Почему я раньше думала иначе? — Кэссиди с трудом удерживалась от смеха.

— Ты в порядке? — спросил Кайл отрывисто.

— Да. Спасибо, что пришел, хотя в этом не было…

— Нет, необходимость была. Теперь мы можем уйти?

Непререкаемый тон Кайла заставил Кэссиди взглянуть на меня вопросительно.

— Мы с Трисией тоже, пожалуй, пойдем, а с вами поболтаем в другой раз, — проявила она инициативу.

— Неплохо придумано.

Для Кайла мое согласие стало таким неожиданным, что он не поверил собственным ушам. Он понимал, что я не закончила разговор с Донованом, зато я хорошо понимала, что в присутствии Кайла тот вряд ли расскажет мне что-то стоящее. К тому же Донован, судя по всему, не разделял моих предположений, и я не чувствовала себя обязанной делиться с ним информацией. По крайней мере пока.

— Жаль, что наша сегодняшняя встреча оказалась такой короткой, — сказала я Кэссиди, когда мы обнялись на прощание. — Скажи Трисии…

— Скажи ей сама. — Трисия вышла из-за моей спины.

Я повернулась, поискала глазами Донована, но он испарился.

— Мы уходим, — сказала я.

— Донован просит прощения и говорит, что ты можешь звонить ему в любое время, если считаешь нужным с ним поговорить, — отчиталась Трисия, передавая мне одну из двух визитных карточек, которые она держала в руках. Я вопросительно посмотрела на вторую. — Эта для меня, — сказала она, с улыбкой пряча карточку в сумку.

— Какие у тебя планы на вечер? — слишком оживленно спросила ее Кэссиди.

— Никаких. Я совершенно свободна, — в тон ей ответила Трисия.

— Наша парочка, полагаю, отправится ужинать домой. Перекусишь со мной?

— Было бы здорово. — Трисия и Кэссиди под ручку отправились ловить такси.

— И их осталось двое, — пробормотала я первое, что пришло мне в голову, по крайней мере, из того, что не угрожало еще больше накалить обстановку.

— Они ушли из-за меня? — спросил Кайл, глядя им вслед.

— Конечно, нет. С какой стати? — искренне ответила я.

— Я испортил вам вечер.

— Разве Кэссиди не объяснила тебе, что они пошли со мной именно потому, что ты не доверяешь Доновану? Вот они и не отпустили меня одну.

— Но тебе ведь все равно придется еще раз с ним встретиться. — Я собиралась сказать что-то в ответ, но он поднял руку, чтобы меня остановить. — Я очень хочу, чтобы у тебя получилась отличная статья. Я старался не вмешиваться. Но как подумаю, что тебе придется общаться с этим придурком… — Он горестно вздохнул и посмотрел сначала в один, потом в другой конец улицы. — Поужинаем где-нибудь здесь или поближе к дому?

Я взяла его под руку:

— Можно заказать еду на дом.

— Да все нормально. Можно побыть и в обществе.

Что ж, неплохо, тем более что в этот момент кто-то окликнул меня, и вот мы уже обмениваемся рукопожатиями с Линдси и ее мужем, а я представляю их Кайлу. Оказывается, они заходили в офис к Ронни, потому что Линдси надо было передать ему иллюстрации для буклетов, а теперь собирались поужинать в «Подсолнухах». Они позвали нас с собой. Я была бы рада поговорить с Линдси, но ради Кайла решила отклонить приглашение, однако, к моему удивлению и их радости, он его принял.

Зал ресторана с низкими потолками и теплым освещением чрезвычайно располагал к разговору.

— Как здорово, что мы встретились, — сказала Линдси, когда мы уселись, и дотянулась через стол до моей руки. Брелок на браслете стукнулся о столешницу, и я тут же ухватилась за представившийся предлог перейти прямо к делу:

— До чего же красивый браслет.

Она правой рукой придержала брелок, словно извиняясь за звук.

— Я его обожаю. Он так много для нас значит, особенно сейчас, когда не стало Гарта.

— Как странно, что Тесса не забрала свой браслет из ремонта. Вам бы наверняка его не хватало.

Линдси покосилась на мужа, который тем временем увлеченно рассказывал Кайлу о своей работе в фонде «Возрождение ангелов».

— Конечно, — ответила она, понизив голос.

— Это тайна?

— Дэниелу браслет не нравится. Он его называет серебряными наручниками и считает символом рабства. Он, знаете ли, немного анархист.

— Но ведь он адвокат.

— Был когда-то. И все потому, что всегда хотел спасти мир. Но сейчас его гораздо больше устраивает работа в некоммерческой структуре, где он что-то предпринимает и тут же видит результат. Это для него своего рода компенсация за то, что работать приходится столько же, а зарплата в два раза ниже. — Ей хотелось казаться ироничной, но выглядела она очень измотанной.

Я взглянула на Дэниела.

— Вам ведь тоже приходится вкалывать.

— В общем, да. Вот и сегодня после ужина я еще вернусь в офис. Но я люблю свою работу. Правда, трудно выдерживать конкуренцию, не отставать от остальных. Ведь они не замужем. А если заводишь семью… — Она не договорила и перевела взгляд на Дэниела. Я-то думала, это будет страстный взор из тех, что заставляют незамужних женщин скрежетать зубами от зависти, но в ее взгляде скрывались боль и печаль.

Я видела подобные взгляды и раньше и постаралась как можно осторожнее ступить на зыбкую почву:

— Ребенка заводить собираетесь?

Линдси посмотрела на меня и через силу улыбнулась:

— Надеемся. Пытаемся. Молимся. Чего только не делаем. Полный перечень.

Я сочувственно кивнула, зная о проблемах своих замужних подруг. Врачебные осмотры, высчитывание благоприятного времени, построение всевозможных графиков. «Просто ирония судьбы, — сказала как-то Кэссиди, — что все наши незамужние подруги молятся, чтобы не забеременеть, а замужние — наоборот».

Линдси глубоко вздохнула:

— Ну, а на какой стадии перечня находитесь вы с Кайлом?

Я засмеялась:

— Сомневаюсь, что мы вообще об этом когда-нибудь задумаемся.

— Неужели? Но вы создаете впечатление идеальной пары.

— Благодарю, — сказала я, соображая, как бы увести разговор от моих любовных перспектив и вернуться к Гарему. — Вы тоже, — заметила я в отчаянной попытке незаметно сменить тему и, не давая ей ответить, продолжила: — Значит, на работе только вы замужем, но у остальных наверняка кто-то есть.

— У некоторых да, — пожала она плечами, — но работа всегда на первом месте. Отец мне говорил: «Никогда не работай на мужчину, который не хочет по вечерам идти домой». Женщины, которые не стремятся домой, еще хуже. — Она улыбалась, но ее заявление прозвучало неожиданно, и я подумала, что у нее бывают трения с сотрудницами. Похоже, она и сама это заметила, потому что улыбка ее и голос тут же смягчились: — Мне кажется, Тесса никак не заберет из мастерской свой браслет потому, что, когда она обмывала брелок, на ее долю выпали неприятные минуты.