Искалеченная судьба - М. Джеймс
— Мы не сможем вернуться на курорт до утра, — говорит София, доставая бутылку с водой и протягивая мне, чтобы я вымыл руки. — Есть ли у нас одеяло или что-нибудь, чем мы могли бы его укрыть? Достаточно того, что нам придётся спать здесь с мёртвым телом.
Я вздрагиваю. В своей жизни я совершил много ужасных поступков, но от одного этого предложения у меня внутри всё переворачивается. Ночёвка в палатке с женой и мёртвым телом не входила в мои планы ни на этот вечер, ни вообще никогда. И это определённо гарантирует, что остаток ночи мы посвятим исключительно сну.
Я беру одно из запасных одеял и накрываю им тело, лежащее на песке. София внимательно наблюдает за мной.
— Кто-то послал его за тобой, — говорит она наконец. — Кто-то знал, где ты будешь, куда направишься.
— Да, — отвечаю я, ополаскивая руки и находя ещё одно одеяло, чтобы вытереть их. — Я позвоню отцу, когда мы вернёмся на курорт. Возможно, нам стоит сократить поездку...
— Нет! — Выдыхает она вслух, и я замираю, смущённо глядя на неё.
— Нет? София, за последние двадцать четыре часа на мою жизнь было совершено два покушения...
— Я не хочу, чтобы наш медовый месяц закончился вот так. — Она смотрит на меня с мольбой в глазах, и я, ошарашенный, отвечаю ей тем же.
Оставаться на курорте после такого было бы неразумно. Я понимаю это. Мы явно в опасности, по крайней мере, я. Но выражение лица Софии заставляет меня остановиться. Она выглядит подавленной при мысли о том, что наш медовый месяц может закончиться именно так. О том, что именно так начинается наш брак.
Я же не собираюсь оставаться всерьёз, не так ли?
— Утром мне нужно поговорить с отцом, — наконец, говорю я. — А пока давай попробуем немного поспать. Мы будем меняться. Я немного присмотрю за тобой, чтобы ты могла немного отдохнуть.
София поджимает губы, словно хочет возразить, но я прищуриваюсь, глядя на неё.
— София. Тебе нужно поспать. Не спорь со мной.
Её лицо остаётся бесстрастным, но в конце концов она кивает и возвращается к кровати. Она забирается под одеяло, всё ещё в своём платье, и протягивает руку, чтобы выключить лампу рядом с кроватью.
— Спокойной ночи, Константин, — тихо произносит она, и я смотрю на неё из другого конца палатки. Впервые в жизни я испытываю острое сожаление о том, что не могу провести ночь рядом с женщиной в своей постели. У меня никогда раньше не было женщины, которая оставалась бы у меня на ночь, и я никогда не спал с ней всю ночь. Я всегда уходил после того, как мы заканчивали, или отправлял их домой.
Я с самого начала решил, что так будет всегда, даже когда мы начнём попытки завести ребёнка. Отдельные кровати. Отдельные комнаты. Спать раздельно. Но сегодня вечером меня внезапно охватывает непреодолимое желание оказаться в постели рядом с ней, обнять её, держать её в своих объятиях всю ночь и напоминать, что мы оба живы, в безопасности и здоровы.
И, возможно, именно поэтому так хорошо, что сегодня ночью я не буду спать, размышляю я, наблюдая, как она закрывает глаза и погружается в мир сновидений.
11
КОНСТАНТИН
Я не стал будить Софию. Я не спал всю ночь, пока ветер наконец не стих, и я не увидел отблеск восходящего солнца на брезенте палатки. Тогда я позволил ей поспать.
Мне нужно было подумать, и для этого время подходило как нельзя лучше. Кроме того, я не считал себя достойным мужем, если заставлял жену караулить меня, пока я спал.
Но дело было не только в этом. Я не могу избавиться от ощущения, что что-то не так.
София недовольна тем, что я её не разбудил.
— Ты должен был поспать, — коротко говорит она, пока мы собираем вещи и пробираемся сквозь высокие песчаные дюны к машине, которую оставил гид. — Ты дал мне проспать всю ночь.
— Именно так. — Я бросаю наши сумки в машину, сажусь за руль и завожу её. — Я твой муж. Я же говорил, что позабочусь о твоей безопасности, София. Это не значит, что я позволю тебе сидеть без сна в опасности, пока я отдыхаю.
После этого она ничего не говорит.
Дорога обратно на курорт проходит в напряжённой обстановке, воздух между нами наэлектризован из-за всего, что мы чуть не сделали в палатке, пострадавшей от шторма, и всего, что мы всё-таки сделали. Я сжимаю руль сильнее, чем нужно, пока мы трясёмся по ухабистым дорогам на обратном пути к курорту, время от времени бросая взгляды на Софию, сидящую рядом со мной. Она напряженно выпрямилась на пассажирском сиденье, её профиль чётко вырисовывается на фоне восходящего солнца, руки сложены на коленях. Я вижу очертания пистолета у неё на бедре, под плотно прилегающей к ногам юбкой.
Мой член дёргается, вспоминая прошлую ночь и то, как близко мы были к тому, чтобы пересечь все границы, которые я между нами установил. Мы и так пересекли несколько границ, но если бы нас не прервали… Я бы трахнул её. Я бы оттрахал её по полной программе, наполнил своей спермой и сделал бы её своей всеми возможными способами. Несмотря на всё, что я говорил ей раньше.
Так что, теперь это меняет? Я мог бы затащить её обратно в постель, как только мы приедем на курорт, как только мы расскажем охране о том, что произошло. Я мог бы трахать её весь оставшийся день, пока не насыщусь, и на следующий день тоже, и... Мы правда останемся?
Я не могу сразу затащить её в постель, напоминаю я себе. Мне нужно позвонить отцу. И если я сейчас буду мыслить здраво, как и должен, то снова увеличу дистанцию между нами с Софией. Я не готов к наследнику, не сейчас, когда я ещё не решил, что буду делать с разногласиями между мной и моим отцом по поводу того, как мы хотим управлять Братвой.
Я должен сказать ей, что прошлая ночь была ошибкой. Что это больше не повторится, пока я не буду готов к тому, чтобы она забеременела.
При этой мысли мой член набухает, становится твёрдым и пульсирует от неудовлетворённого желания. Я не планировал прикасаться к ней так, как прошлой ночью. Я не планировал вылизывать её или заставлять её отсасывать мне. Я планировал трахать её хладнокровно, ради
