На краю несбывшихся надежд - Оксана Алексеевна Ласовская

картонный прямоугольник Дмитрий и поднялся. Пожав на прощание руку врачу, он покинул больницу и поехал домой к Антонине Викторовне. Ему еще предстояло сообщить плохие новости родным Мирославы.

Через два часа все они собрались на тесной кухне, с чашками кофе в руках. Соня безостановочно плакала, от чего ее нос покраснел и опух, а глаза превратились в щелочки. Степа держал ее за руку и выглядел мрачнее тучи. Дима, выпивая уже третью чашку, застывшим взглядом смотрел в темноту за окном. Одна лишь Антонина Викторовна сохраняла оптимизм.

— Не надо так переживать раньше времени, — увещевала она унывающую молодежь. — Ничего особенно страшного не вижу. Кровотечение у Миры? Эка невидаль! Почти у каждой роженицы случается кровотечение! Ничего с ней не случится! А асфиксия у малыша… Плохо, конечно, но все же надо надеяться на лучшее. Современная медицина творит чудеса! Мальчика вылечат, даже не сомневайтесь!

Но ответом ей была тишина.

— Дима, а вы уже решили, как назовете сына?

— Витей. Виктором, — улыбнулся Дмитрий.

— А имя Виктор переводится как победитель! — воодушевилась Антонина Викторовна. — Вот видишь! Он обязательно выздоровеет! Нужно быть сильными!

— Можно я останусь у вас? — неожиданно попросил Дима. — С утра в больницу поеду, а мне от себя через весь город по пробкам тащиться…

На самом деле он хитрил. Приехать в больницу из дома ему ничего не стоило, ему просто не хотелось видеться с женой. Слушать опять ее крики было выше его сил.

— Конечно, оставайся, — разрешила хозяйка. — Переночуешь со Степаном, на кровати Миры. Сонечка, ты тоже оставайся, не поедешь же ты домой среди ночи одна!

— Спасибо, я лучше домой, — отказалась Соня. — Вызову такси, все будет хорошо.

— Ну, как знаешь, — не стала настаивать Антонина Викторовна.

Еще через час все угомонились, и в квартире воцарилась тишина.

— Степ, ты спишь? — тихо спросил Дима, лежа в постели и глядя в потолок, по которому то и дело мелькал свет от фар проезжающих мимо дома машин.

— Нет, — послышался ответ.

— Это правда, что у вас недавно сестра погибла? Просто Мира как-то обмолвилась, что у нее сестра с собой покончила из-за ее парня. Но больше я из нее ни слова не вытянул. По сути, я о ней ничего не знаю. Сама из деревни родом, работала бухгалтером. Про сестру вот сказала. И то, что вас из-за этого из квартиры выгнали. Все. Про родителей вообще ни слова.

— Мирка не любит об этом говорить, — вздохнул Степан и сел в кровати. — Да и я тоже. Родители наши отпетые алкоголики. Мира сбежала в город, как только ей восемнадцать стукнуло. Она даже не знала, ей никто не сказал, что папа умер. Мама притащила к нам отчима, он полез к Вике, избивал ее. Вика — это сестра наша. После этого у нее случилась нервная анорексия и она едва не умерла. Но вернулась Мира и забрала нас к себе. Вика поправилась, но потом Антон, парень Миры, начал приставать к ней, и у нее случился рецидив. И она выпрыгнула из окна. Мира во всем винит себя, я знаю, хоть она и не говорит.

— Почему? В чем ее вина? — спросил Дима, шокированный услышанным.

— Как по мне, то ни в чем. Но Мира винит себя, что бросила нас. Она долго не общалась с нами, ни о чем не знала. Потом Антон… Я пытался донести до нее, что он странно смотрит на Вику, но Мира не послушала, и опять же винит в этом себя. Но она всегда, всегда старалась делать лучше для нас! — вдруг горячо забормотал Степка. — Она столько сил положила, чтобы Вику вытащить! Ну, кто мог знать, что так получится?

— Никто, — согласился с ним Дима. — Бедняга… Она такая молодая, а столько всего пережила. Ужасно…

— Ужасно, — эхом повторил за ним Степка. — Она не переживет, если с малышом что-то случится. Опять будет винить себя. Она ведь хотела аборт сделать, ты знаешь?

— Нет, — вздрогнул Дмитрий. — Она мне не говорила такого!

— Теперь будешь знать. Мы все ее отговаривали, но она истерила, кричала, что у нее ничего нет, куда ребенка. А потом вдруг передумала. Она очень хотела его. Когда вы помирились, Мира такой счастливой была… — в голосе Степана появилась горечь. — Я думал, наконец, все наладится. Ну, сколько можно?

— Наладится, — пообещал Дима. — Наладится…

— Ну а ты? — спросил Степа. — Ты бросишь ее, если… Если ребенок… В общем, ты понял. Мира о тебе ничего не говорила, но Соня по секрету сказала, что ты женат.

— Женат. Пока еще. Совсем скоро у меня суд, я развожусь с женой.

— Ты не ответил на вопрос, — насупившись, напомнил Степа.

— Нет, я не брошу ее. Я… Я люблю ее, — неожиданно даже для самого себя признался Дима. — Я вообще таких не встречал раньше, и… И мне стыдно за наше знакомство, за свое поведение и вообще…

— Что такого ты сделал?

— Ну, вот этого, прости, я тебе не расскажу, — усмехнулся Дима. — Только давай не будем хоронить нашего сына раньше времени, ладно? Я верю, что он выживет. Не понимаю, что случилось, Мира ведь была здорова…

— У нее вообще отменное здоровье всегда было, — кивнул Степа. — Она даже в детстве всего пару раз болела.

Дима ничего не ответил. Вскоре и Степка лег, отвернувшись к стене. Их обоих сморил сон.

Утро было холодным, мокрым и безрадостным. Несмотря на почти бессонную ночь, Дима проснулся ровно в семь, когда за окном еще было темно. Тихонько встал, умылся в ванной и выскользнул на лестницу, захлопнув за собой дверь.

Ледяной ветер пробирал насквозь, и он успел продрогнуть, пока бежал от подъезда к машине. В салоне он включил печку и, зябко ежась, выехал на проспект.

Через двадцать минут Дима уже входил в здание больницы и тут же встретил знакомого доктора.

— Вы? — удивился он. — Что же вы так рано?

— Не спится, знаете ли, — усмехнулся Дима. — Как они?

— Мальчик без изменений, а Мирослава Андреевна лучше. Она по-прежнему в реанимации, но уже пришла в сознание и требует ребенка.

— Вы сказали ей?

— Пока нет.

— Разрешите мне пройти к ней, — взмолился Дима. — Прошу вас. Я сумею подобрать нужные слова. Ей лучше узнать обо всем от меня.

— Ну, я не знаю… — замялся врач. — Вообще-то, это не положено…

Дима, по-своему истолковав его слова, вытащил бумажник.

— Нет-нет, что вы! — отпрянул доктор. — Уберите! Уберите немедленно! Ладно, пойдемте, выдам вам халат и бахилы. Но, имейте в виду, это ненадолго!

Глава 16

Я пришла в себя и