Рубль-пять - Алёна Берндт

в военной форме, улыбающихся и обнимающих друг друга за плечи. Она узнала Сашу, он почти не изменился, а вот хозяина дома она узнала с трудом – на снимке рядом с Сашей стоял черноволосый усатый парень, только по прищуру глаз она признала в нем Семена.

Страшные испытания выпали на долю этих парней, думала Натка, не сравнить… с тем, что выпало ей самой. И теперь она понимала, что вообще-то судьба была к ней не так и жестока – дала ей бабушку, дом, потом вот несколько счастливых лет с Андреем, и еще – Алешку, самое главное ее сокровище! И теперь вот встречу с Сашей и его другом, эту поездку…

Натка почти нигде и не бывала, и никогда не думала, что живет вообще-то в таких прекрасных местах, где есть на что полюбоваться и чему удивиться.

– Ну что, одевайтесь потеплее, морозец нынче окреп, к вечеру еще сильнее прижмет. – Семен указал Натке на большой овчинный тулуп на лежанке. – Это вам, Наташенька, надевайте. Правильно вы сделали, что надели валенки, а то в прошлый раз Костя ко мне явился в ботиночках, щеголь! Хорошо, что у меня тут есть во что неразумного гостя одеть!

Закутанная в тулуп Натка сидела в санях, рядом с нею, завернутый по самые глаза, веселые, озорные и предвкушающие интересное приключение, ерзал Алешка, Ночка нетерпеливо переступала копытами, иногда сердито фыркая на людей. Семен проверил сани, уложил в них сумки, и они отправились в путь.

Натка смотрела на проплывающие мимо ели, на кустистый подлесок и мелькавшие изредка кусты шиповника с темно-бордовыми ягодами на тонких ветках. Снег под Ночкиными копытами и санными полозьями приятно хрустел, обернутые в зимние шубы ели стояли, словно королевы.

Для нее, почти никуда не ездившей в своей жизни, эта неожиданная короткая поездка тоже была приключением, как и для ее сынишки. Как же хорошо, подумала она, что в памяти Алешки останутся такие воспоминания, что его детство не будет вспоминаться ему только видом из окна дома и своим двором.

Сторожка лесника, как назвал ее Семен, оказалась вовсе не сторожкой, а полноценным, хоть и не очень большим, домом на берегу раскинувшегося посреди леса озера. Вдали уже угадывались холмы, чувствовалась близость Уральской гряды, лес уходил в небо волнами, этот вид в залившем округу свете солнца восхитил Натку.

– Ну, добро пожаловать! Сейчас протопим дом, я вчера топил – думаю, еще не сильно выстыл. А после пойдем на рыбалку! Ты как, Алексей, любишь рыбу ловить? – спросил Семен, заводя Ночку в сарай.

– Люблю! – выпалил Алешка. – Только я зимой не пробовал! Летом с мальчишками на пруд ходил…

– Да ты опытный рыбак, значит! – без тени шутки произнес Саша. – Ну, теперь мы тебя и зимней рыбалке научим! Поймаем на уху, да? Пошли-ка в дом, удочки тебе покажу. Наташа, тебя тоже потеплее оденем. Далеко не пойдем, на озере ветер, так, немного только у лунки посидим.

– А можно я с вами не буду сидеть? – спросила Натка. – Прогуляюсь по тропке вдоль озера, пока вы рыбу ловите, очень здесь красиво.

Глава 41

Напаренный в небольшой баньке на самом берегу озера, усталый, довольный и полный впечатлений Алешка уснул на теплой спине большой печи. Семен, тоже сказавшись уставшим за день, ушел спать на лежанку у печи, а Натка и Саша сидели рядышком и смотрели, как мягко мерцают в печи уже подергивающиеся серым пеплом угольки.

– Саш, спасибо тебе, что привез нас сюда, – прошептала Натка, – я сама в детстве никуда не ездила никогда, так вот теперь у Алешки будут приключения. Он и рыбу-то никогда не ловил, так, пескарей гоняли с мальчишками. А сегодня чуть не плакал от радости, что окуня поймал.

– Ты знаешь, у тебя отличный сынишка, – ответил Саша. – На моего брата похож…

– У тебя есть брат?

– Был. Ему четырнадцать было, когда я в армию уходил, а когда вернулся – его уже не стало. Лейкемия.

– Прости… я не хотела тревожить твои воспоминания.

– Ничего, что ты. Спрашивай, что тебе интересно, я все расскажу, – Саша поднялся и подлил в Наткину кружку еще чая, заваренного в маленьком чайничке.

– А родители у тебя в городе живут? – Натка хотела спросить и про жену или про девушку, но как-то застеснялась.

– Мама умерла три года назад, диабет у нее был. А отец жив и, слава богу, здоров, дом у него в пяти километрах от города, ни в какую в квартиру не желает возвращаться, хоть и прожил почти всю жизнь в городе. Милиционер он у меня, таким не покомандуешь! Говорит мне, может, женишься хоть, одному в квартире скучно, а если он приедет, то внуков ему не видать.

Саша рассмеялся немного напряженным смехом, и Натка воспользовалась моментом:

– А ты что же, не женился?

– Ну… так вышло. – Сашины щеки чуть покраснели. – Девушка моя, которая из армии ждать обещала, пока служил – замуж вышла… Потом мама болела, после смерти брата очень тяжело было, отец тоже тогда сдал. Не до девушек было как-то. А потом я уже и решил, что раз не встретилась та самая, значит не судьба. Мама после пыталась с кем-то знакомить меня, но я, наверное, сам пугал девчонок своим мрачным видом, или, может, характером, не знаю… Не сложилось, в общем… А теперь вот тебя встретил, и боюсь, что и ты испугаешься…

Натка удивленно посмотрела на Сашу, страшным он ей не казался, и насколько она могла оценить его характер за недолгое их знакомство – пугающего в нем ничего не было. Алкоголь он не любил и не употреблял, как и Семен. Натку это удивило и порадовало, что застолье при встрече гостей не было отмечено горячительным, и оба парня были веселыми и смешливыми в общении – шутили, рассказывали интересные истории без всякого «подогрева»…

Ничего такого не было в этих людях, что могло бы насторожить чуткую Натку, которая теперь, после неудачного брака с Андреем, старалась очень внимательно присматриваться к людям, обращая внимание даже на самые несущественные мелочи.

– А я в разводе, – сказала она вдруг, сама не ожидала, что ей захочется рассказать Саше о себе. – Вроде бы и жили неплохо, только вот… А, кстати, ты знаешь, что я