Ходит черная королева - Юлия Николаевна Николаева

стали слишком разными, и в этом причина того, что мы не можем найти подходящих слов при встрече. Потому что кажется, что такое прошлое, как у нас, не может разъединить настолько, что нам будет нечего сказать друг другу. Что было слишком много нас, слишком много близости, чтобы не осталось ничего.

И все-таки не осталось. И вчерашняя ночь только подтвердила это.

Так, кажется, находиться в квартире мне противопоказано. Поколебавшись, я набрала маму, только поняв, что за всеми этими делами, не звонила ей добрую неделю.

– Не может быть, – услышала логично в трубке. – Моя блудная дочь объявилась.

– Мам, я тут зашилась на работе, честно.

– Верю. Когда заедешь?

– Давай сейчас. Как раз время есть.

– Давай, я блинчиков напеку пока.

– Мам, ты чудо, – улыбнулась я, чмокая ее в трубку.

Я причесала волосы и аккуратно забрала их заколкой назад. Мама терпеть не может, когда ходят с распущенными, даже невзирая на то, что у меня волосы короткие. Умывшись, подкрасила ресницы и надела высокие джинсы и топ с длинным рукавом и открытыми плечами. Вот чего у мамы не отнять, так это стиля, она искренне считает, что девушка должна всегда выглядеть идеально. А я вот вообще под это не подхожу, но когда еду к ней в гости, стараюсь одеться поприличней.

– Отлично выглядишь, – мама поцеловала меня в щеку и обняла, после чего сразу же убежала в кухню, откуда шел запах блинов. Супер, значит, лук зачетный.

– Видела новость? – спросила мама, как только я села на стул. – Черненко женится.

Я скривилась, благо, мама этого не видела. Первые года три имя Вадима в нашей семье было запрещено категорически. Потом табу пало, но причин вспоминать Вадима не находилось. До сегодняшнего дня, естественно.

– Кто такой Черненко? – спросила я, перекинув горячий блин себе на тарелку и тут же сунув обожженный палец в рот.

– А руки помыть?

Черт, мама такая мама. Я искренне надеялась, что когда вернусь из ванной, про Вадима все забудут, но мама, конечно, не бросила эту тему.

– Я рада, что ты так реагируешь, – заметила мне, пока я накладывала на блин сметану со сгущенкой. – Правда, тебе тоже неплохо бы подумать о парне.

Я откусила кусок побольше и стала молча жевать, мама сделала укоризненное лицо и покачала головой.

– Неужели никого нет на примете? – спросила, переворачивая блин.

– Вообще никого. Дочь у тебя непутевая, – высказалась я и снова принялась жевать.

– И тебе никто не нравится? – она села напротив меня. Я замотала головой. Не рассказывать же ей про Карташова, правда?

– Но ведь так не может быть. Ты хоть с кем-нибудь общаешься? Я имею в виду парней? – Я снова замотала головой. – Может, стоит сходить на свидание?

– С кем, если я ни с кем не общаюсь? – уточнила я.

Мама вздохнула и вернулась к блинам. Выключив плиту, поставила тарелку с блинами на стол и снова уселась.

– Ты помнишь Митрохину тетю Валю?

Я как раз собиралась откусить от нового блина, но замерла, чуя подвох.

– Помню, конечно, а что?

– Просто так, – пожала мама плечами. – У нее старший сын, Игорь, может, помнишь его, тоже поднялся, открыл свою фирму, и вообще хорош собой.

– Тоже? – вздернула я брови. – Тоже, как Черненко?

Мама вздохнула.

– Я понимаю, что эта тема болезненная, но прошло уже шесть лет, Ирин. Невозможно столько времени зацикливаться на прошлом. Надо идти дальше.

– Я зацикливаюсь? Это ты начала про Черненко!

– Знаю. Надо признать, он молодец. Выбрался, многого добился… Действительно, завидный жених. Кто бы мог подумать тогда…

– Жалеешь, что вы нас развели? – ехидно спросила я, снова возвращаясь к блину. Этот стресс надо было срочно заесть.

– Нет, не жалею. Тогда это было необходимо. Он не внушал доверия, он пристрастил тебя к наркотикам…

– Я сама к ним пристрастилась, мам. Никто насильно в меня ничего не пихал.

– И тем не менее, это он принес эту дрянь в вашу семью. Ты была маленькая неискушенная девочка, он взрослый парень, должен был понимать…

– Давай лучше про Игоря Митрохина, – перебила я, мама согласилась.

– Я просто подумала, почему бы вам не познакомиться поближе? Он тоже одинок, как и ты.

– Отличный повод сойтись, – я снова принялась жевать.

– Я не требую свадьбы и внуков, хотя, конечно, мне бы хотелось…

– Мам! – я посмотрела на нее с набитым ртом, она замахала руками.

– Просто дай ему шанс. Я как раз пригласила их с тетей Валей на блины.

– Что?

В этот момент в дверь позвонили, я отчаянно замотала головой, понимая, в какую ловушку угодила, мама только шепнула:

– Ты прекрасно выглядишь, – и убежала в прихожую.

Я запихала в себя остатки блина и принялась жевать, прислушиваясь к голосам. Ну мама! Надо же было такое отмочить!

Глава 19

В комнате появилась тетя Валя, мамина подруга из соседнего подъезда, а с ней парень около тридцати. Собственно Игорь. В детстве мы вместе гуляли, но в дружбу это не переросло. Игорь учился в другой школе, был старше, к тому же занимался футболом, потому во дворе его редко было видно – большая нагрузка. Вообще, он действительно стал хорош собой, милый блондин с доброй улыбкой, в круглых очках с тонкой оправой, средней комплекции.

Судя по его выражению лица о сводничестве он еще не догадался, ну ничего, уже скоро ты будешь не такой радостный, Игорек. Матушки уселись с нами, подкладывали блины и расхваливали нас со всех сторон. Подозрение закралось в глаза Игоря, я решила просто есть и ничего не говорить, какой смысл, когда сводницы уже мою биографию поведали. Точнее, улучшенную ее версию.

Когда нас оставили одних, я улыбнулась, дергая бровями.

– Заранее извини мою маму, – заметила ему. – Я тоже не была в курсе происходящего. Нужно просто это пережить.

– Я чуял неладное, – хихикнул Игорь, но тут вернулись матушки, и снова стало не до нормального разговора. В конечном итоге нас бесцеремонно выпихнули пить кофе в кафе, хотя, казалось бы, и так за столом сидели.

– Конспиративность уровень бог, – заметила я, когда мы с Игорем не спеша двинули по дороге. – Давай дойдем до угла, где нас не видно из окна, и разойдемся.

– Может, правда, кофе выпьем? – он посмотрел на часы. – У меня скоро встреча с приятелем, но немного времени есть. Чисто дружески, – добавил он быстро. – Извини, но я не готов заводить сейчас какие бы то ни было отношения.