Памела Сатран - Красотки в неволе

Дейдра с интересом посмотрела на Анну. Несколько месяцев Анна мучилась из-за разрыва с Дамианом. Но, ни прежде, ни сейчас она не была склонна к противоречащим здравому смыслу, сумасбродным поступкам. Вообще единственное «безумное» исключение из каждодневной рутины, которое она себе позволяла, это несколько свободных часов в пятницу, что бы встретиться с подругами.

– Что с тобой происходит? – не удержалась от вопроса Дейдра. – Ты прямо-таки… не знаю… сияешь.

Анна только улыбнулась и покачала голо вой:

– Ничего такого. Как-нибудь попозже рас скажу.

И вдруг Дейдра поняла. Вот в чем дело! Все стало на свои места. Анна обожает секс, ей одиноко, а брак распался. Следовательно…

– Ты влюбилась? У тебя новый парень?

Улыбаясь, Анна пожала плечами:

– Не волнуйся. Если наметится что-нибудь серьезное – расскажу. А почему, между прочим, ты не думаешь, что это девушка?

– Ого! Решила заделаться лесбиянкой? Так Дамиану и надо.

– Представляете? – засмеялась Анна. – Он наверняка захотел бы посмотреть.

– Ко мне только вчера подкатывала какая-то девица! – хохотнула Дейдра.

Это случилось на занятиях по постановке дыхания. Молоденькая блондиночка в розовом. Дейдра просто обалдела, почувствовав на бедре ее руку.

– Когда мы с Дамианом первый раз оказались в постели, с нами была девчонка-австралийка, с которой он работал в баре. Нимфоманка.

– Вот, значит, когда первый звоночек-то прозвенел. Надо было сразу внимание обратить, – заметила Дейдра.

– Какой там первый! К этому времени – а мы встречались всего несколько месяцев – много чего набралось, на что стоило обратить внимание.

– Ну и как это было? – спросила Джульетта.

– Хм. – Анна состроила гримасу и причмокнула губами. – Я бы сказала – непристойно!

– Фу! – в один голос выдали Дейдра и Джульетта и, сморщившись, переглянулись.

– Согласна. Но если вы не участвуете в теме, считайте – вечеринка окончена.

– Я не уверена… – начала Джульетта, – но в восьмом классе мне страшно хотелось потрогать грудки Мери Пэт.

Дейдра расхохоталась – в этот самый момент официант поставил перед ней тарелку с бифштексом. С громадным бифштексом. Каждый, кто упишет такой кусище мяса, должен почувствовать себя не иначе как лидером всего свободного мира.

– Да! Хотела! – с вызовом повторила Джульетта. – Один раз, когда мы тайком курили у них в гараже, я чуть было не попросила разрешения.

– И что было дальше?

– Струсила.

– Что в данном случае, пожалуй, и к лучшему. – Дейдра отрезала кусок от своего бифштекса-переростка и принялась жевать.

Такая простая вещь – бифштекс, а насколько он в городе лучше, чем в предместье. Почему, интересно?

– Беда, что с вами это случилось до того, как вы, девочки, обзавелись «маленькими дружками».

– Я свой еще не испытала. – Джульетта вылила себе в бокал остатки шампанского, но к еде не притронулась.

– Я тоже, – призналась Дейдра. – Дома все как-то недосуг, а если я беру эту штуковину с собой в город – совесть мучает. Как будто у меня интрижка на стороне.

– Нельзя завести интрижку с пластиковой игрушкой в десять сантиметров длиной, – воз разила Джульетта.

– Добрая католичка. Тебе, конечно, виднее.

– А мой «дружок» работает на износ, бедняжка. – Анна поднесла ко рту вилку со спагетти в сливочном соусе. – Теперь я одна… Думаю, надо приобрести модель помощнее.

– Погоди-ка, ты же сказала…

– Нет, Дейдра, это ты сказала, – возразила Анна, оглядывая зал. – Только посмотрите: здесь больше шикарных парней, чем в целом Хоумвуде. Вон тот, например, около бара, в синем пиджаке.

Дейдра взглянула в ту сторону. Смех, да и только: мужик, на которого пал выбор Анны, – точная копия Дамиана. Просто родной брат-близнец. Голубой близнец.

– Гей. – Дейдра принялась кивать на самых симпатичных мужчин в зале: – Гей, гей. Гей. Гей.

– Боже. Сплошное разочарование.

– Верно, – согласилась Дейдра. – Иногда мне кажется, Ник Руби – единственный нормальный мужчина за Четырнадцатой улицей.

– Кстати, как он? – поинтересовалась Анна. – Что между вами происходит?

– Мы почти не видимся. Я у него ночую, только когда его нет в городе. А когда мы там вдвоем дольше чем несколько минут, я могу думать лишь об одном: что мы никогда не смогли бы жить вместе. Я бы чокнулась.

– Почему? – спросила Джульетта.

– Начать с того, что он просто сдвинут на чистоте и порядке. Пол, конечно, аккуратнее меня, но у Ника, к примеру, оставишь какую-нибудь мелочь на столе, отвернешься на секунду – и ее уже нет. Убрали.

Джульетта улыбнулась:

– Мне это нравится.

– Ну и бери его себе.

Джульетта вспыхнула и, скрывая смущение, принялась обмахиваться ладонью.

– Жарко. Похоже, они включили отопление.

– А говорят, когда подстрижешься, жарко не бывает, – усмехнулась Дейдра и повернулась к Анне: – Как живешь? Как Клементина относится к разводу?

– Нормально. Мы оба стараемся, чтобы она не чувствовала наших натянутых отношений. Во всяком случае, я точно стараюсь. Надеюсь, Дамиан тоже.

– На днях после школы слышала, как она и Зоя спорили, с кем лучше жить – с мамами или с папами, – заговорила Джульетта.

– Моя Зоя? – удивилась Дейдра.

Джульетта кивнула:

– Зоя сказала, что мамы лучше готовят, но с папами веселее, потому что они не заставляют принимать ванну.

Минуточку. Это что же – Пол не гонит детей в ванну? Оч-чень интересно.

– Клементина в восторге, что Зоя теперь вместе с ней ходит в балетную группу, – добавила Анна.

Дейдра решительно мотнула головой:

– Зоя не ходит ни в какую балетную группу. – Ведь она буквально на днях сказала Полу, что определенно хочет, чтобы Зоя продолжала заниматься гимнастикой.

– Нет, они начали на этой неделе, – возразила Анна. – Зоя такая хорошенькая в пачке. Я пообещала ее сфотографировать, чтобы показать тебе.

– Кстати, вспомнила! – обратилась к Дейдре Джульетта. – Недавно, когда я забирала детей из школы, видела учительницу Зака. Она говорит, у него потрясающие результаты в чтении. Настоящий прорыв.

Дейдра лишилась дара речи. Зоя начала читать еще в детском саду, а Зак их тревожил – середина первого класса, а у него все никак не получается. По крайней мере, когда она слышала его в последний раз.

– Хотя Пол тебе, наверное, уже говорил.

– Нет. Он ничего не говорил. Извините, мне надо в туалет.

Подхватив сумочку, она выскочила из-за стола, но направилась в вестибюль ресторана. Здесь тоже было очень шумно. Тогда она вышла наружу и, прижавшись к стене, набрала свой домашний номер. Город затих, на улицах почти не было машин. Те немногие ньюйоркцы, что еще не попрятались по домам, казалось, плыли в снежных волнах. Ответила Зоя, и Дейдра едва не бросила трубку, чтобы не разреветься. Однако, взяв себя в руки, позвала Пола.