Тумановская Любовь - Allegro в четыре руки. Книга первая

У меня было такое ощущение, что мои щёки горят красным огнём от стыда, накрывшего меня с головой. Я чувствовала себя очень неловко из-за того, что он меня разоблачил, и не представляла, что сказать и как дальше вести себя с ним. Ведь теперь говорить о том, что Дёмин ошибся и что я вовсе его не ревную, не было никакого смысла. Однако признаваться в своих чувствах человеку, который воспринимает меня только в качестве любовницы, было бы нелепо, поэтому опускаться до подобной глупости я не стала.

Хотя запись "Сестра Катя", которую я прочла в его журнале звонков, вовсе меня не утешила и не переубедила. Ведь проблема крылась не только в этом конкретном случае, она уходила корнями намного глубже и содержала серьёзный психологический подтекст.

Наша связь причиняла мне боль, опустошала меня и безжалостно разрушала… Мне надоело быть марионеткой в его руках и по ночам глотать слёзы отчаяния из-за неспособности что-то изменить. Роль, которую он для меня определил, строгие правила и бесконечные запреты, табу на проявления чувств и отсутствие возможности быть самой собой – всё это было не для меня! Он не готов был дать нам шанс, а я не готова была мириться со сложившейся ситуацией. Нужно было срочно что-то делать, пока я безвозвратно не увязла в этом зловещем омуте безысходности.

Сегодняшний инцидент стал последним звеном в длинной цепочке разочарований. И как бы сильно меня к нему не влекло, как бы тяжело мне не было, только разрыв с этим мужчиной мог спасти меня и был единственным правильным выходом. Я твёрдо решила, что поставлю точку в наших с Алексеем отношениях и ничто уже не сможет заставить меня изменить своё решение.

Глава 27

Июнь, 2009 год, Киев.

Песня "Люблю" уже после месяца ротаций на радио завоевала сердца тысяч слушателей. Клинковский был в восторге от нашего успеха и, долго не раздумывая, решил снять клип на эту композицию. Он хотел реализовать свою идею как можно скорее, поэтому незамедлительно начал переговоры с клипмейкерами.

Неделя подходила к концу. Сегодня был особый день: мой друг Золтан открывал собственный салон в центре Киева, и я поспешно собиралась на это важное мероприятие, нервно поглядывая на часы.

Я искренне рада была за Золтана: его талант и человеческие качества заслуживали похвалы, к тому же у профессионала такого высокого уровня давно уже должен был быть свой салон.

За мной, как всегда, заехал Артур Сергеевич, и мы поехали через переполненную транспортом столицу. Как ни старался он срезать путь, чтобы как можно скорее добраться в нужное место и при этом не попасть в пробку, – нас всё равно это не миновало. В результате мы простояли в пробке около сорока минут и я всё же немного опоздала. Когда мы приехали, большинство гостей уже собралось в зале.

Войдя внутрь помещения, я едва не ахнула. Непредсказуемые цвета, современный подход к дизайну, приятные мелочи ручной работы вызвали у меня невероятное восхищение. Удивлять всех – это было в духе моего гениального друга!

Насыщенный фиолетовый и оранжевый оттенки, преобладающие в интерьере салона, гармонично сочетались и радовали глаз причудливыми композициями. Много света, цвета и абстракции… Много сказочных цветов и забавных масок… Вся эта микро вселенная

отражалась в больших зеркалах и летела сквозь прозрачные стены помещения в мир, к сердцам неравнодушных прохожих. Только людям, имеющим богатую фантазию и умеющим мечтать, была понятна вся изысканность и возвышенность этой красоты. Ведь иначе Золтана Барту не понять… Это был необыкновенный и прекрасный мир его души.

Найдя Золтана глазами, я стала пробираться к нему сквозь толпу приглашённых, которые стояли группами и попивали красочно оформленные коктейли. Золтан заметил меня и улыбнулся:

– Здравствуй! Здесь просто чудесно! Поздравляю! – протянула я ему свой подарок и обняла.

– Спасибо, Кирочка! Как же мне приятно, что ты нашла время прийти на моё скромное торжество! – воскликнул Золтан.

– Скромное? – засмеялась я. – Ты шутишь, Золтан? Здесь собрался весь столичный бомонд! Я надеюсь, ты не остановишься на одном салоне? Боюсь, что потребуется ещё десяток таких же…

– Нет. Конечно, же, не остановлюсь! – подхватил мой смех Золтан.

– Но если серьёзно, то мне здесь действительно очень нравится! Ты молодец! – ещё раз выразила я своё восхищение. – Я и не сомневалась, что увижу нечто ошеломляющее!

Вот только присутствие масок меня немного насторожило... Подобные вещи тебе не свойственны – ты ведь сама открытость!

– Кто знает, Кира, кто знает… Мы ведь и сами себя до конца не знаем… А ты как всегда замечательно выглядишь! Я по тебе очень соскучился! Надо бы нам встретиться и поболтать… о масках, например, а то я уже позабыл, как звучит твой рояль, – веселощебетал Золтан.

– Я тоже соскучилась по моему незаменимому другу! Обязательно созвонимся после всего, – не успела я произнести, как к виновнику торжества подошли только что прибывшие гости, стали дарить ему цветы и осыпать лестными пожеланиями.

Я отошла в сторону. В этот момент кто-то меня окликнул – я оглянулась и увидела Клинковского, приближающегося ко мне из дальнего угла зала в компании незнакомого молодого человека.

– Привет, Кира! Как ты? Нормально доехала? А то мне пришлось долго торчать на дороге совсем близко отсюда… – подойдя ко мне, заговорил Стас.

– Привет! Нормально. Хотя без стояния в доблестной киевской пробке тоже но обошлось. Но нам ведь не привыкать, правда же? – ответила я.

– Понятно. А позволь мне отрекомендовать тебе Михаила, – улыбнулся он, заставив меня изрядно удивиться: Стас улыбался очень редко и, как правило, для этого требовался особый случай. – Он сын моего давнего товарища. Работает в представительстве одной из солидных европейских компаний здесь в Киеве. И к тому же… ни за что не поверишь… у вас с Мишей есть общие интересы! Знаешь, чем он увлекается? – байками! Большие, красивые мотоциклы – это его страсть! Правда, Миша?

Незнакомец робко кивнул.

– А Кирочка ведь тоже без ума от мотоциклов! – продолжил Стас, поставив меня в неловкое положение. – Она мне как-то невзначай сказала об этом. Прости, ради Бога, Кира, за то, что я без твоего разрешения рассказал...

Я стояла, растерянно глядя на Клинковского и на этого непонятно откуда взявшегося классического блондина, и чувствовала себя, мягко говоря, некомфортно. Как Стас посмел говорить здесь во всеуслышание о том, что касается только меня и никого больше?! Ведь мои увлечения и мечты – это моё личное, сокровенное… А он так бесцеремонно рассказывает об этом посторонним людям!