Кабан - Лина Филимонова
Я два раза звал ее замуж – она надо мной поржала.
Я признался ей в любви – она включила полный игнор.
Да, я по уши в соплях. Сижу, впитываю. Потому что веду себя как тряпка, а не как мужик.
О. Стриптизерши.
Медвежара возмущен, Тигра доволен, Варлам ворчит, Котяра счастлив. А мне глубоко фиолетово. Ну, трясут они своими вялыми жопками, и что? Мне от этого ни холодно, ни жарко. Я лучше еще шашлыка сожру. Как раз новую партию принесли.
Ха-ха! Зато Носорогу сейчас знатно прилетит… Его Соня примчалась. Выглядит, как разъяренная фурия. Не нравится ей, что ее муж зависает со стриптизершами.
Кеша оправдывается. Я наблюдаю. И завидую лютой завистью.
Вот бы сейчас Багира примчалась! Надавала бы мне по морде, расцарапала шею от ревности… Мечтаю об этом.
Да, я каблук. Готов сидеть у ее юбки. А лучше под ней…
Ого! Она мне звонит! Сама! Моя рыбка!
Капец хочу ее.
От одного голоса встало все – член, волосы на груди, уши, пуговицы, шнурки…
Я думал, она соскучилась по мне. Но ее интересует открытие филиала.
– С помещением все в ажуре, – подхватываю ее деловой тон. – Приезжай, заселяйся. С ремонтом и обустройством помогу.
– С обустройством… – растерянно повторяет она.
– Завтра увидимся, – сухо произношу я.
– Завтра?
– Ты же прилетишь на свадьбу?
– На чью свадьбу?
– Ну не на нашу же!
– Пф-ф-ф! – фырчит Багира.
– У Медведя свадьба. Забыла?
– Да…
Я сам забыл, если честно. Вообще замотался, из головы вылетело. И, если бы Варлам не написал про мальчишник, я бы вообще облажался, не пришел бы на свадьбу друга.
– Как я могла забыть! – сокрушается Багира. – И никто же не напомнил! Даже Кеша.
– Кеше не до тебя. Ему только что влетело от Сони.
– За что?
– За мальчишник.
– Подожди… так ты сейчас на мальчишнике?
– Ага.
Злое сопение в трубке.
– И что ты там делаешь?
– Смотрю на стриптизерш.
– А! – сердито восклицает она. – И как они?
– Ниче такие швабры. Вертят всем подряд. Прикольно.
– Смотри шею не сверни! – сердито выпаливает Багира.
И бросает трубку.
А я сижу и улыбаюсь. Ревнует, моя кисонька.
Через пару минут беру телефон, пишу:
“Ты же завтра не будешь останавливаться у брата?”
“Почему?” – прилетает мгновенный ответ от Багиры. А через минуту до нее доходит: “А, да, не буду. Он же с Соней”.
Да. Носорог вернулся из свадебного путешествия с молодой женой. Они только что благополучно поругались и помирились. И пойдут домириваться домой.
Как бы Кеша ни обожал свою сестренку, вряд ли он будет сейчас сильно рад ее присутствию в доме.
“У родителей будешь жить?” – спрашиваю я.
“А что остается?” – кисло отвечает Маруся.
И даю ей немного времени, чтобы осознать все перспективы постоянной родительской опеки. А потом пишу:
“Предлагаю зависнуть у меня”.
Маруся читает. Печатает ответ. Печатает… печатает… Да что она там так долго сочиняет?
Глава 45
Паша
“Я подумаю”, – прилетает мне от Багиры.
Подумаешь? А чем ты те бесконечные пять минут занималась, пока печатала? Думальщица, блин… Что тут думать?
Надо заказать на утро уборку. У меня еще не весь ремонт закончен, но самое необходимое, типа ванны и кухни, уже в рабочем состоянии. Хотя кухня не совсем. Да пофиг. Уж готовить мы там точно не будем.
Просто хочу, чтобы Багира жила у меня. Спала в моей постели. Носила мои рубашки на голое тело. И пила кофе за моим новым столом у окна.
“Во сколько вылетать планируешь? В пять поздно, лучше в двенадцать. А
больше самолетов завтра нет”.
“Вылечу в пять”, – пишет упрямая зараза.
“Тогда я не смогу тебя встретить”.
“Ну и хорошо”.
Хорошо? Ой, да ладно! Так и вижу, как она дуется. Встречу я ее, конечно. Придется пропустить роспись в загсе или сбежать на середине мероприятия. Да и пофиг. Нормально поздравим молодоженов вместе с Багирой, уже на банкете.
Стриптизерши сваливают, парни тоже собираются по домам. Мы толпимся у лифта, болтаем, ржем. И тут Носорог нежно берет меня за локоток и отводит в сторонку.
– Что у вас с Марусей? – сверлит отнюдь не нежным взглядом.
– У нее ничего.
– А у тебя?
– Женюсь на ней, – выпаливаю я. – Хочет она того или нет.
Так и будет. Рано или поздно. Хотелось бы рано, как все эти зараженные вирусом брачующиеся. Женятся через пару недель после знакомства, бесят Котяру… И меня.
Но у нас с Мусей другая история. Я слишком долго тормозил. А теперь резко ударил по газам и напугал девочку. Ничего, она у меня смелая. Сейчас, немного остынет, поскучает, придет в себя и все поймет.
Мы с ней – два сапога пара. С кем еще можно так потрахаться и так поржать? Да ни с кем! Я проверял. И Маруся тоже не раз проверяла. И, раз до сих пор одна, значит, и ей ни с кем не было так кайфово.
– Женилка еще не доросла, – ворчит тем временем Иннокентий.
– Доставай свою, померяемся, – предлагаю я.
А что? Размерчик у меня XXL, так что пусть Носорог завалит.
Соня ржет над нами, а потом говорит мне:
– Ты нравишься Марусе. Очень. Я видела, как она на тебя смотрела.
Ага, видела. А что я с ней после этого делал, не видела. Ну и не надо такое видеть маленьким девочкам. Это контент 21+
Эх… Опять шнурки с пуговицами встали.
* * *
Еду за Марусей в аэропорт, опаздываю, потому что все же заскочил в загс. Вспоминаю нашу последнюю ночь. Я был как оголодавший пес, сорвавшийся с цепи. Набросился на сладкую сочную булочку, обглодал ее до костей. Был обижен, что она не ответила на мое признание в любви. А обида у меня выражается вполне предсказуемо: хочу затрахать до смерти.
Я не был нежным. Я просто драл ее, как сидорову козу. Но она сама сказала: давай без прелюдий. Она сама хотела этой жесткости. И отвечала мне тем же. На спине до сих пор сладко ноют царапины от ее ногтей. Волосы мне из башки повыдирала, пока я облизывал ее соски. А на плече отпечатались следы ее укуса. Цапнула меня, когда кончала в седьмой раз…
Мы были как звери. Похотливые, ненасытные, дикие. Бессловесные.
Между нами было напряжение. Но мы не могли нормально поговорить. Я не мог сказать ей: ну че ты как эта? Давай, признавайся, что тоже влюблена в меня. И все будет хорошо.
