Кровавое королевство - Дж. Дж. МакЭвой

сегодня снова влюбилась в тебя дважды, ты знаешь об этом?

Я хотел поцеловать ее. Черт возьми.

— Наконец-то ты меня догоняешь. — С каждым днем я влюбляюсь в нее еще по меньшей мере два раза.

НИЛ

Приставив пистолет к груди, она прислонилась к стене, сделав глубокий вдох, прежде чем ее глаза сфокусировались на мне. Протянув руку, я сказал ей подождать. Выглянув из-за кургана, я увидел, что все было тихо, но я знал, что они были там, просто ожидали выстрела… Если в нее попадут, тогда все будет кончено.

— СЕЙЧАС! — Я закричал, и она бросилась ко мне так быстро, как только могла.

— ОГОНЬ! — Мина закричала, когда они с Седриком прицелились, пейнтбольные шарики разлетелись во все стороны, попав ей в ногу, руку и спину.

— Я ранена, — закричала она, когда я подбежал к ней. Они стреляли меня пейнтбольными мячами снова и снова. Подняв мои руки в знак поражения, она и Седрик вышли из своих укрытий. Мина выпустила фальшивый дым из своего пистолета, в то время как Седрик продолжал целиться в нас.

— Вы сдаетесь? — он спросил нас.

Прежде чем я успел что-либо сказать, Нари выстрелила ему прямо в грудь; она была даже достаточно быстра, чтобы достать Мину. У обоих загорелись лампочки на жилетах, что означало, что она получила смертельные выстрелы.

— ЭЙ! Мошенница! — крикнул он.

— Война не заканчивается, пока мы не скажем, что сдаемся! Верно, папа? — Нари подняла руку, чтобы ударить меня кулаком.

— Абсолютно. — Я стукнулся с ней кулаком, прежде чем обнять. — Это не наша вина, что ты думал, что победил, и вышел раньше.

— Что? Мамочка! — Седрик повернулся к ней, как будто она должна была исправить эту несправедливость. И Нари, и я уставились на нее, ожидая, пока она нас оценит.

— Хорошо поиграли…в следующий раз мы тебя не простим. — Она наконец заговорила, и Седрик со стоном схватился руками за голову, падая на колени.

— Неееет. — Он был самым драматичным шестилетним ребенком на планете.

— Давай! — Мина засмеялась, положив руку на его шлем. — Давайте все приведем себя в порядок перед едой, у нас ребрышки!

— Ребрышки? Одновременно сказали мы с Седриком, широко улыбаясь.

Седрик снял шлем и побежал в душ.

— Ребрышки! Папа, давай!

— Можно подумать, мы его не кормим. — Я покачал головой.

— Папочка, хотя у тебя такое же лицо. — Нари хихикнула. Наклонившись, я скорчил ей рожицу, а она просто ущипнула меня за щеки.

— На чьей ты стороне, орешек?

— Если это касается отношений между семьей и другими людьми, я на стороне семьи. Если это касается отношений между семьей и близкими, я на стороне победителя, — гордо ответила она. Она и Мина были одним целым; это было забавно.

— Моя девочка. — Мина подошла к нам.

Подняв к ней свой мизинец, я спросил:

— И кто всегда на стороне победителя в отношениях между семьей и близкимм?

— Ты. — Она улыбнулась, переплетая со мной пальцы.

— Ну что ж… — драматично сказала Мина. — Я проиграла один раз и…

Я поцеловал ее, и она засмеялась, но прежде чем она успела сказать что-нибудь еще, Седрик выбежал обратно с голой задницей без малейшего стыда.

— ПАПА, НУ ЖЕ! — крикнул он мне.

— Седрик, твоя одежда! — Мина закричала на него.

— Ты сказала привести себя в порядок. — Он покрутил животом.

Фыркнув, она шлепнула меня по плечу.

— Прекрати смеяться, вот почему он думает, что это нормально!

— Давай, Седрик, пока мамочка тебя не пристрелила. Я засмеялся, двигаясь к нему.

Он отпрыгнул назад, вытянув руки, как на уроке карате.

— Я слишком быстрый.

— Не слишком быстро для меня. — Нари протянула пистолет, и он побежал.

— Только не говори мне, что ты боишься своей старшей сестры, Седрик, — поддразнил я его, входя в раздевалку, где вся его одежда была разбросана по полу.

— Я не боюсь… Вы, ребята, хитрые. — Он скрестил руки на мне.

— Хитрые или умные? — Спросил я его, снимая жилет и рубашку.

— И то, и другое, — проворчал он. — Но все в порядке, в следующий раз Нари будет в моей команде.

— Что? Ты бросаешь мамочку?

Он пожал плечами.

— Мальчики должны делать то, что делают мальчики.

— Седрик. — Я даже не знал, что сказать; я просто положил руку ему на голову, идя с ним в сауну. Я отрегулировал температуру, прежде чем мы оба вошли. Мы схватили полотенца и запрыгнули на сиденья, откинувшись на спинки. Я купил пейнтбольный центр, когда он начал ходить, как место для тренировок, а также для развлечения. Он был открыт для посетителей со среды по воскресенье, а в понедельник и вторник мы проводили тут время.

Он так привык быть тут, что даже знал, когда добавлять воду на камни, без моего указа. Он просто откинулся к стене и расслабился. Был ли он избалован? Немного. Но я был рад; жизнь становилась все тяжелее, по крайней мере, сейчас он все еще был невиновен.

— У меня что-то на лице? — Он нахмурился, вытирая нос.

— Да.

— Правда? — На этот раз он потер все лицо. — Сейчас?

— Еще хуже.

— Папа! — закричал он, когда я рассмеялся, снова скрестив руки на груди. — Почему бы тебе не подшутить над Нари?

— Потому что Нари хороша в ответах. — Она действительно быстро соображала, как и ее мать, но была застенчивой. Мина не была застенчивой, она просто предпочитала говорить только тогда, когда хотела сказать что-то важное. В остальном ее эмоции отражались на лице.

— Я не силен в ответах, — ответил он. — Все девочки такие. Хелен лучшая, она даже лучше Нари.

— Нари и Хелен ссорились? — Нари ни с кем не ссорилась.

— Да. Нари думает, что Кевин из «Plane Owl» самый симпатичный, а Хелен думает, что Йен… Они все кажутся мне странными. — Он зевнул.

Подожди.

— Нари нравится мальчик?

— Да, пап. — Он нахмурился. Она была немного молода