Гори ясным пламенем - Ника Амур

это очень печально, — сказала Марина. — Но чего вы хотите от меня? Я была знакома лишь с Лео. Его жену и мать я не знала. Обо мне они тоже не слышали. А когда Лео умер, моя связь с их семьей прервалась раз и навсегда.

— Но разве вы не планировали жить вместе? Вот здесь в письме, — Вероника порылась в стопке и выудила из нее листок, — вы пишите о совместных планах.

— Так и есть, — кивнула Марина, разливая изумрудный чай. — Мы планировали, но этим планам не суждено было сбыться. Лео умер, а вместе с ним погибли мои надежды на счастье. Я так и не вышла замуж, не родила детей. Прожила всю жизнь одна в ожидании, что его смерть – дурной сон, я вот-вот проснусь, и он вернется ко мне.

Вероника пригубила чай. Она тянула время, чтобы совладать с эмоциями. Прождать всю жизнь то, чего никогда не будет – хуже судьбы не придумаешь.

— Вы сказали, что Светлана Георгиевне не знала о вас, — возобновила разговор Вероника. — Леопольд не собирался разводиться?

— Как раз наоборот. Он хотел расстаться с женой. У них давно не складывались отношения. С возрастом она превратилась в настоящую мегеру. Но прежде чем уйти от нее, Лео должен был уладить дела.

— Что за дела?

— Он планировал оставить пост директора фабрики. Для этого требовалось время. А еще Лео говорил, что должен позаботиться о деньгах, чтобы нам было на что жить, — пояснила Марина.

Вероника вспомнила: Изольда Карловна рассказывала о том, что ее сын ушел с фабрики, но о деньгах ни слова. Интересно, что он сделал с ними? Она спросила об этом у Марины.

— Лео не желал делиться с женой деньгами. Он всерьез опасался, что при разводе она отнимет у него все. Поэтому он намеривался спрятать от нее заработанное за долгие годы. Я не раз говорила ему, что для меня деньги неважны, но он стоял на своем. Сына он бы поддерживал, но жену…, — Марина помедлила, а потом пояснила: — они не ладили. По-моему, он хотел забрать деньги, чтобы насолить ей. Он и переговоры об уходе с фабрики вел втайне от нее.

— Он все же ушел оттуда, — заметила Вероника.

— Мы не успели это с ним обсудить, — сухо ответила Марина. — Незадолго до своей смерти он сказал мне, что в ближайшее время откроет жене правду о нас – это все, что мне известно. Больше письма не приходили. Я была сама не своя. Поехала в город, где он жил и там выяснила, что Лео покончил с собой.

— Вы в это верите?

— Я вам так скажу, — заявила Марина, — у Лео не было причин для самоубийства. Что там случилось для меня до сих пор загадка. Его жена меня даже на порог не пустила. В тот день мы виделись с ней в первый и последний раз.

— И вы не слышали о гибели его сына? — догадалась Вероника.

— Я не слежу за судьбой его родственников. Для меня это чужие люди. Порой навещаю могилу Лео, но этим все и ограничивается.

— Борис покончил с собой. Прыгнул под колеса поезда.

— Жаль, — покачала головой хозяйка квартиры. — Лео любил сына.

Вероника не почувствовала в голосе женщины скорби. Та все воспринимала через призму симпатий погибшего возлюбленного, ее собственные эмоции притупились.

— Как вы думаете, — с замиранием сердца поинтересовалась Вероника, — Леопольда могли убить?

— Не только могли, но и убили, — с жаром ответила Марина. Было видно: эта тема ей близка. Трудно представить, сколько бессонных ночей она провела, размышляя над причинами гибели любовника. — Деньги так и не нашли, а сумма была приличная. Какая точно, я не в курсе, но Лео часто повторял, что мы будем жить как короли, и что денег нам хватит на долгие годы.

Вероника насупилась. У нее появился второй подозреваемый. Если утром она думала, что всему виной Изольда Карловна и ее помешательство после смерти мужа, то теперь нельзя было сбрасывать со счетов и Светлану Георгиевну. Именно она получала наибольшую выгоду от смерти Леопольда. Одна беда: свекровь с ее разваливающимся домом мало походила на человека, завладевшего огромным состоянием. И куда в эту схему вписать смерть Бориса?

Вероника выразила сомнения вслух:

— Я уверена, что у Светланы Георгиевны денег нет. Она живет за счет небольшой ренты. Где, по-вашему, Леопольд мог хранить такую сумму?

— Банку он бы не доверился, — произнесла Марина. — Велика опасность, что жена потребовала бы разделить счет. Да и после его смерти о столь крупном вкладе сразу же известили бы семью.

— Верно, — кивнула Вероника. — Выходит, он их где-то спрятал. И спрятал надежно, раз их до сих пор не нашли.

— Я бы на вашем месте забыла о деньгах, — посоветовала женщина. — Нам с Лео они счастья не принесли, его жене тоже. Вряд ли вам от них будет радость.

— Да не нужны мне сбережения вашего Лео, — поморщилась Вероника. — Я хочу понять, кто его убил и за что, если вообще в его смерти кто-то виновен кроме него самого. Во всех фильмах про сыщиков говорят: найдешь мотив, поймешь кто убийца. По-моему, деньги отличный мотив.

— А что тут понимать? — Марина пожала плечами. Судя по всему, для нее этот вопрос был давно решен. — Я всегда знала, что Лео застрелила жена. Он ей сообщил о том, что уходит и забирает все нажитое. Разве она могла это допустить? А ведь я его предупреждала: будь острожен с этой женщиной.

— У вас есть доказательства?

— Откуда им взяться?

— Значит, это просто предположения.

— Это шестое чувство! — Марина поджала губы.

— А как же предсмертная записка? Если Леопольда убили, кто ее написал?

— Точно не он. Говорю вам, у него не было причин для самоубийства. Мы были счастливы, собирались пожениться и уехать в свадебное путешествие. Но эта мегера сделала все, чтобы он не ушел от нее. А когда этого оказалось мало, она пристрелила его. Одному я рада: сбережения Лео ей не достались. Есть еще в мире справедливость.

* * *

Общение с любовницей Леопольда ничего не прояснило, а лишь сильнее все запутало. К тому же пришлось отдать письма. Марина настаивала,