Ривер Уайлд (ЛП) - Тоул Саманта

Замечаю, что нижняя половина тела покрыта одеялом. Я даже не поняла, что Хоуп меня прикрыла. Была слишком увлечена любовью к своему ребенку и мужчиной, сидящим позади меня.

— Можно мне поехать с ними в «скорой»? — спрашивает Ривер. — Ты не против? — обращается он ко мне.

— С удовольствием, — отвечаю я.

— Итак, у нас уже есть имя для этой маленькой красавицы? — спрашивает меня Хоуп.

Я долго смотрю на нее, потом перевожу взгляд на дочь, и на моих губах появляется улыбка.

— Не было. Но теперь есть.

28

Кэрри

Хоуп Олив Форд — самый совершенный человечек на свете.

И я говорю это не только потому, что я ее мама. Это правда.

Она потрясающая.

Она пребывает на этой земле уже два месяца, и это были лучшие месяцы в моей жизни.

Утомительные. Но самые лучшие.

Честно говоря, я не помню жизни до нее.

Может, потому что я измотана.

Но не хочу, чтобы что-то было иначе.

Мне всегда казалось, что если бы я могла вернуться назад во времени к тому моменту, когда встретила Нила, то убежала бы в противоположном направлении. Но теперь... с Хоуп, я знаю, что, если бы мне дали этот шанс, я бы повторила свое прошлое. Вытерпела всю боль, унижения и страдания, потому что в итоге получила бы ее. А она — это все.

Я ненавижу Нила за все, кроме нее. Она — единственное, за что я ему благодарна.

Потому что она совершенна.

Иногда мне приходится напоминать себе, что все это не сон. Что я не проснусь в том доме, по-прежнему с Нилом.

Никогда не могла представить, что у меня будет такая жизнь, как сейчас, с Хоуп. И Ривером.

С момента рождения Хоуп Ривер вел себя удивительно. Он без памяти влюбился в нее. То, как он смотрит на мою дочь... словно она драгоценный дар, который он будет защищать любой ценой, вызывает в сердце щемящую боль, но в хорошем смысле. Удивительно наблюдать, как этот большой мужчина превращается в месиво из-за моей маленькой девочки.

Он почти все время у меня дома. Уходит домой только, чтобы принять душ и переодеться, и когда ему нужно работать над заказами своих стеклянных изделий.

Он во всем принимает активное участие. Меняет подгузники. Помогает купать и укладывает спать. Укачивать ее, если может обойтись без меня.

Кормит, чтобы поддерживать во мне энергию. Оказалось, что у Хоуп отменный аппетит. У меня такое чувство, что она постоянно висит на груди.

Но если моей девочке нужно молоко, то она его получит.

Ривер даже присматривает за ней, когда я на работе. Да, я вернулась на работу. Мама должна приносить домой бекон для своей девочки.

Две недели назад Ривер предложил присматривать за ней, когда мне придет время возвращаться на работу, где я сейчас и нахожусь, стоя у стойки и ожидая заказ своего клиента на завтрак.

Я даже и словом не обмолвилась ему о своих опасениях по поводу того, что мне придется оставить ее в детском саду с кучей незнакомых людей.

Мне даже не пришлось ничего ему говорить, словно он знал о моих проблемах.

Он понимает меня лучше, чем кто-либо.

Иногда мне кажется, что он — вторая половинка моей души. Часть, которую я утратила, но не осознавала этого до того дня, когда посмотрела ему в глаза и увидела его. Настоящего его.

Мы почти как семья.

Но это не так.

Мы с Ривером... мы вместе во всех смыслах этого слова, за исключением того, что на самом деле мы не вместе.

Я никогда не упоминала о нашем поцелуе после рождения Хоуп, и он тоже. Совсем как и о поцелуе до этого.

Похоже, мы с Ривером целуемся время от времени и никогда это не обсуждаем.

Не то чтобы я жаловалась. Мне нравится, что в моей жизни есть Ривер. Не знаю, что бы я без него делала.

Но... мои чувства к нему со временем только усилились.

И я не могу перестать думать о том, что придет время, когда он встретит кого-нибудь. Я знаю, что временами он колючий придурок, но под колючками скрывается красота и доброта.

Найдется женщина, которая схватится за него.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И тогда я его потеряю.

Но сейчас я об этом не думаю. От таких мыслей мне становится грустно, а я не хочу грустить, потому что в моей жизни теперь слишком много хорошего.

Гай ставит передо мной тарелку. Я подхватываю ее и подхожу к столику клиента.

Когда я ставлю перед ним тарелку, дверь открывается. Подняв голову, вижу, как двое моих любимых людей, входят в закусочную.

Забавно, только я подумала о них обоих, как они появились.

Хотя в последнее время я думаю лишь о них.

— Приятного аппетита, — говорю я клиенту.

Затем отхожу от столика, моя улыбка превращается в луч света, направленный на мою маленькую девочку в объятиях Ривера.

— Привет. — Я наклоняюсь и целую ее в щечку. — Что вы тут делаете, ребята? Не то чтобы я не оценила этот визит.

— Решили прогуляться. Хоуп начала капризничать, и я решил, что прогулка в город развлечет ее.

— Дай-ка ее мне. Годы прошли с тех пор, как я в последний раз обнимала свою девочку.

— Около... трех часов, — язвительно замечает он.

— Как я уже сказала, годы.

Ривер протягивает мне Хоуп, и я прижимаю ее к себе, награждая поцелуем в носик, вдыхая ее сладкий детский аромат.

Звенит дверной колокольчик. Это Сэди вернулась из продуктового магазина. У нас заканчивалось молоко.

— Хоуп здесь! — Она бросает пакет с продуктами на прилавок и подходит к нам, практически отпихивая Ривера с дороги. — Дай ее мне, мамочка. Тетя Сэди хочет обнимашек.

Смеясь, я передаю ее Сэди, которая забирает ее у меня.

— Как поживает моя милая девочка? — воркует над ней Сэди. — Ты уже так выросла с тех пор, как мы в последний раз виделись.

Это было два дня назад. С момента появления Хоуп, Сэди стала постоянным гостем в моем доме. Она просто помешана на детях. И до безумия обожает Хоуп.

Мне нравится, что в жизни Хоуп уже есть люди, которые любят ее и заботятся о ней. У нее есть семья.

— Я слышал, что Хоуп здесь? — кричит из кухни Гай. — Несите ее сюда.

— Ни за что! Ты там готовишь бекон. Она вся им пропахнет.

— Ладно. Я сам к ней выйду. — Кухонная дверь распахивается и появляется Гай. — Но если бекон сгорит, это твоя вина.

Я со смехом наблюдаю, как Сэди и Гай спорят о том, кому держать Хоуп. Я чувствую, как Ривер тянет меня за рукав.

— Есть минутка? — Он кивает в сторону.

— Конечно. Все в порядке? — спрашиваю, следуя за ним в тихое место по другую сторону стойки.

— Да, все в порядке. Просто… — Он выдыхает. — Я зашел не случайно.

— Знаю. Ты сказал, что вышел погулять, потому что Хоуп капризничала.

— Нет. То есть, да, она капризничала. Но я пришел в закусочную не поэтому.

— Ладно. Тогда почему?

— Ну, вообще-то я пришел повидаться с Сэди.

— Сэди? — Я растерянно смотрю на нее, потом снова на Ривера.

— Да… я хотел попросить ее об одолжении.

— Что за одолжение? — А еще мне интересно, почему он говорит мне это именно сейчас.

И тут мне в голову приходит мысль, похожая на глухой удар гантели.

«О нет. Он ведь не... с Сэди, нет?

Нет, конечно, нет.

Я никогда не видела между ними и намека на что-то подобное. Честно говоря, он с ней почти не разговаривает.

И Сэди знает, что мы не вместе, но она знает о моих чувствах к нему. Девушке нужно с кем-то поговорить о таких вещах.

И Сэди никогда не нарушит девичий кодекс.

Я так думаю».

— Ну… я собирался спросить Сэди... — «Не думаю, что хочу это слышать. Будет ли с моей стороны ребячеством заткнуть уши пальцами?» — не присмотрит ли она за Хоуп сегодня вечером, пока мы с тобой отправимся на ужин.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Что?»

— Что?

— Ужин, Рыжая. Ты и я.

— Хочешь пригласить меня на ужин? — медленно говорю я.

— Да.

— Зачем?

Он бросает на меня взгляд, который говорит, что я уже должна знать ответ.