Алисия Холлидей - Семь способов отшить бойфренда

– Наверное, ничего важного, правда?

– Бен, о чем ты? Ты вроде собирался мне что-то сказать…

Но он лишь покачал головой и указал взглядом на мой карман, где лежал мобильный:

– Ответь. Я все равно не имел в виду ничего важного. Увидимся.

Повернулся и зашагал к метро, не поцеловав меня на прощание. Даже не оглянулся, не помахал рукой. Мы с Лулу смотрели ему вслед, и, по крайней мере, одна из нас была сильно сконфужена. Телефон тем временем смолк.

Пару секунд спустя он зазвонил снова. Я резко выдернула его из кармана, раскрыла.

– Что вам нужно?

– Щейн? Это Брэнда. Брэнда с попугаем. Верните деньги! Он не захотел расставаться. Мало того – теперь умоляет меня согласиться на групповой секс, вместе с его вонючим дружком Трэвисом!

«Еще один грандиозный успех антисвахи, – подумала я. – С такими темпами быстрее будет выкупить долю в «Сенсьюэлити» чеками социального страхования».

Глава 24

Бен ждал поезда, держа руки в карманах, и вел ожесточенную битву с собственным здравым смыслом.

«Нужно вернуться и обсудить с ней эту дурацкую историю с антисвахой. От души посмеемся вместе. А потом я проверю, был тот поцелуй случайностью или нет».

Мимо тащился, шаркая ногами, дряхлый старик в рваной одежде, с морщинистым, обвисшим лицом. Он остановился и протянул руку:

– Приятель, не найдется лишнего доллара?

Бен вынул из кармана несколько мятых банкнот и, не поднимая глаз, протянул нищему. В метро не проедешь больше двух раз, не встретив хотя бы парочки попрошаек.

Старик схватил деньги и убежал на другой конец платформы. Бен покачал головой.

– Конечно. Никто в наши дни не говорит «спасибо». Или «пожалуйста», или «не стоит благодарности», или «извини, что я помогла твоей девушке спровоцировать разрыв с тобой, потому что я коварная, лживая тварь», – тихо проворчал он.

Так и есть. Вот он стоит на платформе, разговаривает сам с собой. А завтра выйдет в банном халате на улицу – просить милостыню.

Прав был Глисон. Шейн – бессердечная обманщица, влезающая без спросу в чужие жизни…

А ее очаровательная улыбка, умение готовить вкуснейшие ужины и божественные пироги и даже то, как сияло ее лицо, когда она смеялась над какой-нибудь его фразой или над какой-нибудь выходкой своей собаки…

Впрочем, собака ему нравилась. Лулу была не виновата, что родилась с такой внешностью. По крайней мере, собаки – честные существа.

«Точно, парень. Главное – честность, – подумал он. – С твоей стороны очень честно пытаться влюбить ее в себя, чтобы затем унизить. Ты просто воплощение искренности».

Прибыл, наконец, поезд, и Бен, шагая в открытые двери, вдруг осознал нечто важное. Честно это было или нет, но ему хотелось снова поцеловать Шейн. И узнать, на всем ли теле у нее такая же шелковистая кожа, как на руках и ногах, не спрятанных под одеждой. Кстати, этим вечером она выглядела очень сексуальной. Хотелось видеть ее улыбку, слышать смех, прижимать к себе, запуская пальцы в ее великолепные волосы, ощущать страстную дрожь…

Бен схватился за поручень, сделал глубокий вдох и попытался сосредоточить свои мысли на рекламной кампании новой линии шоколадных ликеров от «Джелли Джем».

«Надо думать о вкусе превосходного шоколада, который делает эта компания. А не о вкусе губ Шейн. Ой, плохи мои дела. По крайней мере, это честное признание с моей стороны».

Глава 25

Правило № 5. Реакция мужчин не всегда предсказуема.

Иногда приходится забывать о правилах и действовать интуитивно.

Я еще немного прогулялась с Лулу, но это уже не приносило удовольствия ни одной из нас. Мы вошли в лифт и поехали домой. Без Бена ни мне, ни ей не хотелось идти пешком. Лулу встала на задние лапы и поставила передние мне на ноги – так она обнималась. Я погладила ее по голове, потом взяла под мышку пакет с мисками, подняла собаку на руки и прижала к себе.

– Не понимаю я этих мужиков, Лулу. И никогда, наверное, не понимала. Как же я могу работать антисвахой, если даже не знаю, чем можно их огорчить?

Она лизнула меня в подбородок. Это оказалось довольно противно, потому что изо рта у нее воняло.

– Лу, тебе обязательно нужно купить собачьте их мятных пастилок. Ужас какой-то.

Лифт, дернувшись, остановился, и я поплелась к нашей двери. Лулу потрусила за мной. До моих ушей донесся смех из квартиры. Хоть кому-то было весело.

Я толкнула дверь и увидела танцующих вокруг кушетки Фаррена, Энни и Мишеля.

– Народ, что здесь происходит? Вряд ли мой шоколадный пирог мог так сильно на вас подействовать, – сказала я, невольно улыбаясь, несмотря на охвативший меня приступ жалости к самой себе.

Мишель перепрыгнул через оттоманку и кинулся ко мне.

– Я попал туда! – закричал он, схватил меня и закружил по комнате. – Попал, попал!

Когда он, наконец, поставил меня на пол, у меня кружилась голова, но я все еще оставалась в неведении.

– Здорово! А куда, собственно говоря?

Фаррен обошел диван и тоже крепко обнял меня.

– В финал отборочного тура, Шейн.

Мишель перебил его, перехватив меня и опять закружив:

– Финалисты отборочного тура будут участвовать в шоу «Будущие модельеры»! Около тысячи студентов прислали свои портфолио для участия в конкурсе, из них выбрали всего двадцать пять человек. И я в их числе!

– Мишель, это потрясающе! Я так за тебя рада! Подожди… ты сказал «отборочный тур»?

Он отпустил меня. Мы оба тяжело дышали.

– Да, из нас должны отобрать десять человек для участия, в шоу. Но раз вероятность составляет один из двух с половиной, то меня должны выбрать, правда?

– Конечно, – уверенно произнесла Энни. – Шампанское сюда!

Улыбка Мишеля померкла.

– Мы сейчас не можем позволить себе пить шампанское. Остался последний рывок. Мне понадобится около пяти тысяч долларов, чтобы подготовить портфолио для отборочного тура. Наверное, придется переступить через себя и позвонить папе. Может, он сменит гнев на милость.

– Тебе нужно пять тысяч? – удивилась Энни. – Ни в коем случае не звони отцу – в прошлый раз после разговора с ним тебе едва не потребовался психиатр.

– Всем нужно пять тысяч долларов, – пробормотала я. – Какое-то новое поветрие.

Энни порывисто повернулась и оценивающе взглянула на меня:

– О чем ты?

– Да так, ни о чем. Не волнуйся, Мишель. Мы с Фарреном приготовили небольшой сюрприз, – сообщила я, направляясь на кухню – проверить, имелось ли шампанское в холодильнике. – У нас, кажется, оставалась бутылка с того дня, когда мы обмывали новую роль Фаррена в «мыльной опере»?

– В дневном сериале, – поправил Фаррен, танцуя с Мишелем.