Алина Политова - Любовь как биография

Поговорив с ним, я испытала огромное облегчение и прилив сил. Он не забыл меня, рад был слышать — и это главное. Мне очень важно было знать, что он все еще есть в моей жизни, хоть чуть-чуть… По телефону я сказала, что хочу написать письмо, и если он не хочет говорить свой адрес, то пусть скажет индекс ближайшей почты, я напишу до востребования. Олег назвал свой адрес, я записала его. Теперь я могла ему писать!

Через несколько дней мы с Султаном уехали. Перед нами, как всегда, была открыта вся страна. Я предложила поехать в Краснодар. У него везде были знакомые и друзья, поэтому он тут же вспомнил одного своего дальнего родственника, который сможет нас там приютить. Человек этот жил не в самом Краснодаре, а в пригороде. Поселок Яблоновка. Мы приехали и попали в настоящий адыгейский дом. Друг Султана был чистокровным адыгейцем, недавно у него умер отец, и он остался старшим мужчиной в доме. Мать и жена тоже были адыгейками. Когда мы приехали, как раз справлялись поминки. Родственники и друзья целый день приходили в дом и с каждым друг Султана должен был поговорить. Такой у них ритуал. К вечеру он наконец-то освободился и отвез нас на квартиру. Видимо, это было его тайное гнездышко, где он встречался с любовницей. Он сказал, что мы можем пожить там несколько дней, пока не подыщем другое жилье. Квартира оказалась очень приятная. На первом этаже старого двухэтажного дома. Казалось, что это не квартира, а частный дом. За окнами шумели деревья, кошки сидели на подоконниках. И деревенская тишина вокруг. Мне там понравилось. И все же я была как бешеная. Султан видел, что со мной происходит что-то не то. Я постоянно орала на него, мы не спали вместе, потому что я просто не могла пересилить физическое отвращение к нему. Целыми днями я бродила по квартире, как зверь в клетке. Иногда мы играли в преферанс или ездили погулять в Краснодар. Если Султан куда-нибудь уезжал, я бежала на почту и по межгороду звонила Олегу. По-прежнему щебетала ни о чем. Эти разговоры здорово поддерживали меня. Все мои мысли были заняты одним — поехать в Москву! Хотя бы на несколько дней. По обычной своей привычке я не очень-то задумывалась о будущем, мне казалось, что все в моей жизни сложится само собой, нужно просто плыть по течению. Но течению следовало немного помочь! Я изводила Султана. Придумала изощренную ложь о том, что хочу поехать к подруге в Одессу, отдохнуть там несколько дней и привести свои нервы в порядок. Не знаю, как мне удалось его убедить! Возможно, он и правда увидел, что у меня с головой не все хорошо. В конце концов, он нашел где-то деньги мне на билет и посадил на поезд. Это была очень странная дорога. Я была на какой-то крайней стадии нервного истощения, не могла ни есть, ни пить, только курила. Казалось, люди вокруг меня чувствуют, что со мной что-то не в порядке и стараются мне помочь! Пока я ехала до Ростова, со мной всю дорогу сидела девушка, попутчица, и разговаривала. Я рассказала ей свою историю, и она уверила меня, что все будет хорошо. В Ростове я несколько часов просидела на вокзале в ожидании поезда до Москвы. Меня никто не обижал, не цеплялся. Я как будто была закрыта коконом защиты. К счастью, нашелся билет на поезд до Москвы. На поезд Назрань-Москва. Я не знала, что это за город Назрань и где он находится, но когда подошла к перрону, мне стало страшно! Совершенно раздолбанный поезд, в стеклах некоторых вагонов были дырки от пуль! В этом поезде ехали какие-то люди кавказской наружности — целые семьи с выводками детей. И я, блондинка, должна была ехать с ними! Ну что же, меня мало что могло остановить. Я села на свою полку. Так странно, люди, которые ехали со мной, оказались очень тихими и мирными! Ночью, когда все легли спать, я укрылась простыней и отвернулась к стенке. Какая-то кавказская женщина из соседнего купе принесла теплое одеяло и накрыла меня! Это было так трогательно — ведь я думала, что они ненавидят нас, русских. Я боялась их, а они оказались такими хорошими…

Рано утром мы приехали в Москву. У меня в кошельке оставалось сорок рублей. Я вышла на перрон Казанского вокзала, и у меня перехватило дыхание! Я никогда не задумывалась особо, что это за город — Москва. Город и город. Я не любила его, потому что все мои знакомые его не любили, называли шумным и суетливым. Все что я знала о Москве, помимо Кремля и Мавзолея, это то, что люди там как волки. Если у кого-то спросишь дорогу, то человек даже не остановится и пройдет мимо. Внутренне я была готова к тому, что помощи ждать не от кого, но я совершенно не была готова к тому, что этот город так огромен! Даже вокзал казался огромным! Но дело не в вокзале, дело в том, что выйдя из поезда, я эту огромность почувствовала каждой своей клеточкой! Она навалилась на меня и вдавила в землю. Казалось, еще секунда и я растворюсь, потеряюсь в этом городе, меня затянет какой-то незнакомый чудовищный водоворот… и в этот миг я поняла, каким безумием было сюда приехать! Меня же здесь никто не ждал!

Я заставила себя справиться с первым приступом паники, и пошла в здание вокзала. Некоторые вещи про мир я понимаю интуитивно. В тот момент я поняла, что адрес Олега у меня на руках не стоит ломаного гроша. Мне никогда не найти его улицу в этом огромном городе! Если я не знаю его станцию метро — я потерялась на веки вечные. На такси у меня денег нет. Сорок рублей мне хватит только лишь на метро! Но как узнать его станцию?! А если он живет далеко от станции? Где мне искать его, где?! Мне стало очень страшно. Что со мной будет, если я потеряюсь? Ведь эти люди, москвичи, не станут мне помогать! Я слышала про них столько плохого! Я приезжая, я даже не человек для них! Может мне сразу пойти в милицию и сдаться? Сказать, что я потерялась и не знаю, что делать.

У меня был номер домашнего телефона Олега. На вокзале я нашла телефоны-автоматы, откуда можно было позвонить. Я купила карточку, на нее ушли почти все мои деньги. Жутко волнуясь, я набрала его номер. Что он скажет, когда узнает, что я приехала? Какой будет его реакция? Было очень страшно. Длинные гудки. Его не было дома… но ведь еще раннее утро! Я вышла из вокзала, прошлась по улицам, чувствуя себя букашкой. Мне казалось, что все смотрят на меня с презрением и понимают, что я приезжая. Еще несколько раз я пыталась дозвониться до него, но номер не отвечал. К счастью, у меня в блокноте был номер телефона Иришки, с которой мы в клуб ходили в деревне. Она жила с матерью в Москве. Иришка приходилась мне дальней родственницей. Мне очень не хотелось к ней обращаться, но это была последняя надежда. Она взяла трубку! Я рассказала ей какую-то историю, что приехала к друзьям, но не застала их, и мне некуда податься, пока они не вернутся. Ирка была рада меня слышать. Сказала, что я случайно застала ее дома, потому что она приболела, и не пошла на работу. Она даже представить себе не могла, какая это для меня удача! Ирка попросила меня подъехать на станцию Новослободскую, а на выходе она меня встретит, и мы на автобусе поедем к ней.