Алина Политова - Любовь как биография

Вскоре ребята обратно переехали в свою прежнюю квартиру, и я снова стала оставаться у них. Однажды, на что-то обидевшись, я пропала на целый день. Вечером мы с Виткой напились пива в баре возле "Крыма", и я малодушно пошла звонить Олегу. У него был мобильник. Он тут же сказал, чтобы я приезжала в "Омегу". Я распрощалась с Виткой и бросилась туда, забыв про свои обиды. Олег встретил меня на остановке и сразу потащил к себе, сказав, что они с Костиком познакомились с какими-то девицами, и он не хочет возвращаться. Я подумала, наверное, он скучал по мне, раз другие девушки ему стали не интересны. Мы приехали домой. Олег зажег свечи по всей комнате. Меня это очень изумляло — почему он их зажег? Раньше я никогда не занималась сексом при свечах. Это было удивительно и странно. Впрочем, я была на такой стадии рабского обожания, что мне было совершенно плевать на атрибуты — что свечи, что прожектор со стройки — без разницы.

Все наши дни проходили в бесконечных развлечениях. Мы ездили на экскурсии, пили вино и ели шашлык на Ай-Петри, гуляли по Воронцовскому парку, играли в боулинг, ходили на пляж. И каждую минуту я полными восхищения глазами смотрела на своего нового обожаемого господина. Господина моего сердца. Любой мой шаг, движение — было продумано. Чтобы только понравиться ему, чтобы очаровать его, свести с ума! И его холодная отстраненность только разжигала мою страсть. Когда мы в автобусе ехали с Ай-Петри, он гладил мою руку. Это показалось мне таким же странным, как и свечи. Совершенно не вязалось с его образом и подобные проявления нежности еще больше выбивали меня из колеи и смущали.

Однажды ребята затащили меня в магазин на площади и купили мне часы с красивым браслетом. Это было так мило!

Когда мы гуляли вдвоем с Олегом, мне стало казаться, что он будто бы стесняется меня. Повторялась история с Федей. Я не так одета, не так веду себя. Что ж за наказание-то такое, думала я. Почему я постоянно выбираю мужчин, которые меня недооценивают… Я снова стала ощущать себя дворняжкой.

Мне очень хотелось, чтобы Олег ухаживал за мной, заботился обо мне. Как-то мы приехали в Казачку на пляж. У ребят была видеокамера. Я купалась и знала, что они меня снимают. Если проплыть подальше от берега, можно было попасть на островок. Как я уже говорила, плавала я не очень хорошо, но все-таки заплыла на этот островок. Назад было страшно плыть, мне казалось, что у меня не хватит сил. Я сидела на этом дурацком островке и подавала знаки ребятам, чтобы они меня забрали. Они махали мне руками и не понимали, чего я хочу. Не знаю, сколько бы я там проторчала, становилось страшновато, потому что волны все сильнее и сильнее лупили по островку, грозясь меня смыть. Наконец, Костик приплыл за мной, и мы вместе вернулись на берег. Я так надеялась, что приплывет Олег! Но он лежал на берегу и хихикал, глядя, как я выползаю на берег.

Больше всего я всегда боялась быть навязчивой, боялась, что он устанет от меня. Сама я очень быстро утомлялась от общества людей и думала, что другие люди тоже не любят, когда кто-то все время к ним липнет. Быть может, думала я, ребята хотят погулять иногда вдвоем, а я все время таскаюсь с ними и мешаю. Костик из-за меня не мог никак познакомиться с девушкой. Однажды, когда мы возвращались с экскурсии, я раздумывала, как мне поступить, когда мы приедем в город. Сказать, что я поеду домой или напроситься к Олегу. Мне хотелось остаться с ним, но вдруг ему нужно от меня отдохнуть? Я повернулась к нему и спросила в лоб: "Мне поехать с тобой?". Он испуганно посмотрел на меня и начал бормотать: — "Ну нет, ты понимаешь, у меня ремонт в квартире, никаких условий, я не могу…". Я с ужасом поняла, что он решил, будто я напрашиваюсь поехать с ним в Москву! Меня будто током ударило! Как он мог?! Неужели я в его глазах такая навязчивая наглая дрянь?! Я обиженно заявила, что спрашивала про вечер, а совсем не про Москву! И вообще — даже если бы он меня позвал в эту свою Москву, я бы все равно не поехала! В конце концов, у меня есть муж! Олег понял свою ошибку и сконфуженно отвернулся. Потом сказал: "Ну конечно останься сегодня у меня".

Если говорить о том, что я хотела и ждала от этих отношений — могу признаться честно, я ничего не ждала! Я прекрасно знала, чем заканчиваются курортные романы. И мне было плевать, что со мной станет после того, как он уедет. Сейчас, рядом с ним, я была счастлива. В голове не было никаких мыслей, совсем никаких! Я просто ловила его взгляды, настроения. Наслаждалась каждой минутой, что мы были вместе, потому что понимала, что их, этих минут, у нас очень мало! Я очень ценила те чувства, что бушевали во мне, ценила все, что Олег для меня делал, а делал он немало! Всю жизнь прожив в Севастополе, я впервые отдыхала и развлекалась, а не уныло влачила свое жалкое существование. Эти две недели, которые я прожила с ребятами, для меня стали ярким праздником, настоящим событием! Ну и конечно я ощущала себя бесконечно счастливой, когда спала рядом с ним.

В "Омеге" имелся один довольно унылый барчик, кажется "Людмила". Главным его достоинством была девушка, которая вживую пела. Голос у нее и правда оказался потрясающий. Олегу нравилось туда ходить и слушать песни. Как-то мы забрели туда поужинать в очередной раз. Девушка запела песню Земфиры, и мы с ним вышли танцевать. Костик бегал вокруг нас и снимал на видео. Мы кружились, танцевали, я хохотала и думала, что да, мы принц и принцесса. Самые красивые!

Олег распечатал мне все фотки, что мы сделали за это время. Я купила альбом и дома заботливо разложила в нем фотографии. Вот он держит меня на руках среди развалин Херсонеса, вот мы целуемся на ночной палубе "Глобуса", вот мы целуемся на площадке фуникулера на Ай-Петри, вот мы за столиком в "Омеге"… Я была так рада, что у меня останутся фотографии, воспоминания об этом празднике!

Близился день их отъезда. Признаться, я была сильно вымотана и физически, и эмоционально. Пожалуй, я даже ждала этого дня. Я знала — все равно он уедет, чего уж там — и заранее была к этому готова. На прощанье он подарил мне открытку с какой-то забавной картинкой. В ней было написано его ровным красивым почерком "Если моя русалка когда-нибудь будет в Москве, пусть позвонит по этому телефону". И номер его домашнего. Мне никто не дарил никогда открыток. Это было очень приятно. И приятно, что он называл меня "моя русалка". В последнюю ночь не произошло ничего особенного. Никаких разговоров по душам, никаких признаний. Кроме одного — я сказала: "Знаешь, на самом деле меня зовут Ольга, как и твою жену". Утром я поспешила поскорее уехать. Он звал меня на море, у них еще полдня было перед отъездом, но мне не хотелось продолжать агонию. Он знал, что я не приду его провожать. Мы простились на пороге, как будто я уходила на пару часов, а не навсегда…