Джули Гаррат - Непостоянное сердце

— Да уж…

— Ну хорошо, мисс Сама Премудрость, можешь смеяться сколько душе угодно. Но я туда пойду, потому что сердце мне подсказывает, что Райан обязательно там будет.

— А если и она? Что тогда?

— Она не придет, — мотнула головой Кирстен. — Говорю же тебе, Серена каждый день в половине девятого уходит на завод. Ее такие вещи вряд ли интересуют. И потом, в любом случае, прежде чем уехать, я должна увидеть Райана и убедиться, что у него все в порядке.

— Ну, допустим, ты его увидишь? Ты заговоришь с ним? Скажешь ему про ту юную леди в кроватке?

— Не… не знаю.

Кирстен уткнулась взглядом в пол.

— А если он первый тебя заметит? — тихо спросила Холли.

— Не заметит, — решительно ответила Кирстен. — Я замаскируюсь. Никто не узнает меня в этом балахоне.

Глава 13

Небо было затянуто тучами, но к тому времени, когда Серена и Райан вышли из своего маленького домика на скале и стали спускаться к морю, на берегу уже собралась большая толпа.

Райан, завороженный зрелищем огромного скопления народа, попросил ее остановиться, чтобы сделать несколько снимков.

— Если хочешь, мы можем отсюда понаблюдать за ритуалом, — предложила Серена. — И тогда тебе не придется опять тащиться в гору по окончании церемонии.

Райан, настраивавший объектив, резко обернулся.

— Я не инвалид, Сера. Мне вполне по силам пройти с полмили в гору. Опять взялась нянькаться со мной?

— Хорошо, не буду! — Она отвернулась от него, бросив через плечо: — Я поняла. Мое внимание тебе надоело. Так?

— Ты душишь меня своим вниманием, — проворчал он, стрельнув в ее сторону сердитым взглядом. — Ведь прекрасно знаешь, что я не люблю, когда ты принимаешься меня так опекать. Я же не ребенок, Сера!

— Служба начинается через пять минут, — холодно проговорила она. — Если хочешь успеть, поторопись.

— Ты иди. — Райан опять сосредоточился на объективе, устанавливая экспозицию. — Иди, Сера, — настойчиво повторил он. — Я догоню. На склоне негде заблудиться.

Девушка, пожав плечами, пошла вперед. Бессмысленно стоять подле него и пытаться спорить. Он опять вползал в одно из своих дурных настроений, сопровождавшихся беспричинной раздражительностью и словесной агрессивностью. Такое настроение, как правило, предвещало очередной приступ головной боли, и Серена не могла не тревожиться. Райан пребывал в возбуждении уже несколько дней — с тех самых пор, как провел утро в компании Джорджа, помогая старику чинить голубятню, как он объяснил ей.

Она подозревала, что Райан тогда просто переутомился, не рассчитав свои силы. Однако и в поведении его отмечались странности. Ей неоднократно случалось наблюдать в последние дни, как он выходил из дому, пересекал дорогу и направлял бинокль на противоположную скалу.

— Что ты там высматриваешь? — однажды поинтересовалась она, тихо приблизившись к нему сзади.

— Неужели обязательно надо так подкрадываться? — сердито бросил он, резко обернувшись к ней. — И потом, я что, должен спрашивать у тебя соизволения на все, чем мне вздумается заняться?

Его оскорбительный тон отзывался в душе болью, но Райан потом каждый раз извинялся. Да Серена и сама прекрасно понимала, что при нормальных обстоятельствах он никогда не стал бы срывать на ней свое раздражение.

Она зашагала вниз по склону, запрещая себе оглядываться, хотя ее так и подмывало проверить, следует он за ней или нет. На ум опять пришла Кирстен — возлюбленная Райана. Серена была в немалой степени заинтригована, когда Мари сообщила ей, что в Уинтерсгилл звонила девушка по имени Кирстен, и с того момента все время ждала, что та вот-вот появится на пороге их маленького домика в Кейндейле.

Но дни текли, а Кирстен так и не давала о себе знать. Ни стука в дверь, ни письма, ни открытки. Серена каждый божий день спрашивала у Мари, не звонила ли Кирстен, но та неизменно отвечала, что загадочных телефонных звонков больше не было.

За спиной послышались шаги, но девушка продолжала идти не оборачиваясь. Райан догнал ее и пошел рядом. Чувствовалось, что к нему вернулось хорошее настроение.

— По-моему, мне удалось сделать несколько потрясающих снимков, — радостно поделился он. — Прямо настоящий праздник, да? Освящение лодок?

— Коблей, — с улыбкой поправила его Серена, пряча руки в карманах своей длинной шерстяной куртки. — Это кобли, а не лодки. Церемония освящения действительно собирает много народу. Наверно весь Кейндейл сходится на берег, а также жители окрестных поселков.

Райан начал насвистывать какую-то нестройную мелодию. Серена резко оборвала его.

— Не свисти. Нельзя свистеть так близко у берега.

— О Боже!.. Свист моей голове не вредит. Ну что ты за человек? Лишь бы только настроение испортить.

— Свист сулит беду, — объяснила девушка, останавливаясь и поворачиваясь к Райану. — По крайней мере, так рыбаки говорят. Они не любят, когда свистят возле их коблей. Предупреждаю тебя ради твоего же блага. — Она натянуто улыбнулась. — Тебя просто растерзают, если ты какой-нибудь неловкостью испортишь церемонию.

— Прости, Сера, — тихо извинился он, смущенно улыбаясь ей в ответ.

— Райан, я думаю, тебе надо показаться местным врачам, — сказала она. — Ты должен провериться. Ты ведь ни разу не обследовался с тех пор, как мы покинули Квинсленд.

— С какой стати я должен проверяться?

Он упрямо выпятил подбородок.

— Ты знаешь, с какой. Наверное, и сам видишь, что временами с тобой просто нет сладу. За что, например, сейчас наорал на меня?

— Прости. Тысячу раз прости. — Он смотрел на нее загнанным взглядом, щеки впалые, лицо бледное. — Нелегко мне, Сера… смириться с тем, с чем я должен смириться.

— Знаю, любовь моя. — Она хотела дотронуться до него, но вовремя опомнилась и отдернула руку. Он, скорей всего, неправильно истолковал бы ее жест. В последнее время он самым непредсказуемым образом реагировал на любой незначительный знак внимания или безобидное слово.

— Эй! — Райан шагнул к ней и, взяв за плечи, притянул к себе. — Ты — ангел. А я иногда — зверюга зверюгой, веду себя так, словно с поводка сорвался. Я на твоем месте уже давно бы меня возненавидел.

— Не с поводка, а с цепи. По-моему, так говорят, — поправила она и заулыбалась ему во весь рот.

Райан несколько секунд смотрел на нее и вдруг спросил:

— Ты ведь много пословиц и поговорок знаешь, да?

— Я? — удивилась девушка.

— Хммм! Во всяком случае, больше меня. Я сам в таких делах ни в зуб ногой. В школе по литературе хуже всех был в классе.

— Да я как-то об этом и не задумывалась никогда…