Джули Гаррат - Непостоянное сердце

— Они живут вместе!

— Ну и что? Они и здесь, в этом самом здании, жили вместе, как ты помнишь. Только в разных номерах. Ты сама видела их фамилии в журнале регистрации гостей. Если они живут вместе, это отнюдь не означает, что они спят вместе.

Кирстен положила на кровать пластиковые пакеты с покупками и направилась к кроватке Рин. Малышка мирно спала.

— Как она? — обернулась Кирстен к сестре, сидевшей в кресле у окна с раскрытым журналом на коленях.

— Рин умница, детка. Я ходила с ней гулять к морю. На улице, конечно, холод собачий, но я ее укутала и в коляску положила.

— Ей все равно надо привыкать. К холодной погоде. Мы еще пробудем здесь целых три недели. — Кирстен взглянула в окно. — По крайней мере, снег прекратился. И то хорошо.

— Ну и что ты там накупила?

— Да так. Взяла парочку подарков в Австралию, кое-что для Рин.

Кирстен вернулась к кровати и, выбрав самый большой пакет, вывалила на одеяло его содержимое.

— Это еще что, черт побери? — поинтересовалась Холли, подходя к сестре. — Неужели ты побывала на одной из распродаж дешевых вещей, которые неустанно рекламируют в местных газетах? — Она подняла с кровати неуклюжий балахон, встряхнула и приложила к себе. — Интересно, кто тот счастливчик, которому эта штука придется впору? Она же здоровая, сестренка. Кто станет носить куртку такого размера?

— Я! — ухмыльнулась Кирстен, выхватывая у сестры куртку. Она сунула руки в рукава синего синтетического балахона и застегнулась до подбородка.

— Если тебе сказали, что в нем ты неотразима, тебе нагло врали, — сухо прокомментировала Холли.

— Я первый раз ее меряю. На одной из улиц работает небольшой рынок, где торгуют всякой всячиной. Там я и купила, что искала.

Холли тяжело опустилась на кровать.

— Понятно! Теперь объясни, что все это значит. Не станешь же ты с серьезным видом уверять меня, что в Англии это сейчас писк моды.

— Это камуфляж! — Кирстен покрутилась перед сестрой. — Я всю неделю ездила в Кейндейл на автобусе и постоянно оглядывалась, опасаясь, что Райан или Серена заметят меня. А в этой штуковине они не обратят на меня внимания. Смотри, тут даже капюшон есть. Я могу натянуть его, и лица не видно.

Холли в отчаянии покачала головой.

— Бог мой, ты же не шпионка.

— А кто же? — Кирстен удрученно высвободилась из балахона. — Самая настоящая шпионка. Вынюхивать и подглядывать исподтишка — занятие, конечно, малоприятное, но что делать?

— Могла бы просто в открытую подойти к Райану… или к Серене. Она наверняка догадывается, что ты где-то рядом. Та женщина, с которой ты разговаривала по телефону, конечно же, сообщила, что ты пытаешься отыскать их.

— А что она могла сказать Серене? Я даже имени своего не назвала, если помнишь.

Холли нерешительно кивнула.

— Пожалуй, тут ты права. Но та женщина знает, что ты из Австралии. А дальше сообразить не сложно.

— Серена пробыла в Квинсленде два года и, уж конечно, завела там немало знакомых. Ей мог звонить кто угодно.

— Все равно она что-то подозревает. Друзья обычно не скрывают своих имен, когда звонят.

— О, ты, как всегда, права, — сердито отозвалась Кирстен швырнув на кровать куртку.

Холли, поймав сестру за руку, усадила подле себя.

— Послушай, любовь моя, — ласково сказала она. — Я действительно, считаю, что ты избрала неверный путь.

— Я узнала, где они живут и понаблюдала за домом. Серена каждое утро в половине девятого уходит на какое-то предприятие, которое находится в Кейндейле, и проводит там много времени. Это что-то вроде завода, откуда постоянно выезжают или наоборот въезжают огромные грузовики со странными железяками в кузове.

— Ей, наверно, пришлось устроиться на работу. Они же должны на что-то жить. Да и за дом, думаю, надо платить…

— Нет. Слушай. Я поспрашивала там людей.

— Идиотка! Сама лезешь на глаза.

— Нет. Я действовала очень осторожно. Там есть статуя, понимаешь? Памятник человеку по имени Кордер. Он установлен возле небольшого медицинского центра, недалеко от побережья.

— И что же?

— Оказалось, что это отец Серены. Макс Кордер. Похоже, ему-то как раз и принадлежало это предприятие, куда каждое утро отправляется Серена. И это он выстроил медицинский центр для жителей долины.

— Как мило!

— Не будь такой циничной, — вспылила Кирстен, окончательно рассердившись на сестру.

— Ну, хорошо, хорошо, радость моя! — Холли выставила вперед ладонь. — Но ты только подумай. Мы здесь уже неделю, а что толку? Я надеялась, мы с твоим Райаном Фарраром разберемся за пару дней. Мы проживаем попусту не только твои деньги, но и мои, как тебе известно. А мне бы хотелось увидеть в Англии еще кое-что, кроме этой проклятой пивной на набережной, которая торчит в нашем окне. Я хочу посмотреть, где родился Шекспир, где сложила голову Анна Болейн. Хочу поехать в Йорк, в Эдинбург, на Норфолкские озера.

— Черт! Прости меня. — Кирстен приуныла. — Тебе такая поездка совсем не в удовольствие.

— Нисколечко, детка! И вот что я скажу тебе: мы пробудем здесь до конца недели, а потом двинем дальше. Как ты на это смотришь?

— Я… да, наверное.

— Ничего не наверное. Будто я предложила тебе слетать на луну, черт возьми!..

— Я… я могла бы остаться здесь, а ты поезди по стране, — хриплым голосом проговорила Кирстен. — Если ты не против.

— А ребенок как же?

— Рин! — Кирстен прикусила губу и кивнула. — Да, все упирается в нее.

— Вот именно! Все в нее упирается. Даже поверить трудно, что такая крошка способна перевернуть вверх дном всю мою жизнь.

— Холли, милая, прости… — Кирстен со слезами на глазах повернулась к сестре.

— О Боже! Ну не плачь, детка. Она настоящая лапочка. Я ее очень люблю. Правда. Но время-то идет. Мы не можем торчать тут вечно.

— В понедельник в Кейндейле намечается большое мероприятие. Дай мне время до понедельника, ладно? Может быть, мне удастся подобраться поближе к Райану и встретиться с ним. Ты же знаешь, как он любит фотографировать. Он обязательно будет там со своим фотоаппаратом. Давай подождем до понедельника, Холли? Я хочу посмотреть, как освящают рыбачьи лодки.

— Что?

— Освящают рыбачьи лодки. Это у них такой ритуал. Они его каждый год устраивают. Священник как-то по особенному благословляет новые лодки, а народ поет хвалебные песни и прочее.

— Шутишь?

— Нет.

— Как же нет? Конечно, шутишь, сестренка, — рассмеялась Холли.

Кирстен нахмурилась.

— Не вижу ничего смешного. А местные жители очень серьезно относятся к своему ритуалу. И, на мой взгляд, это замечательная идея.