Кэтти Эмерсон - Отброшенная в прошлое

— Сандра заказала некоторые книги, и вот первая уже пришла вчера. Взгляни. Это автопортрет художника, картину которого я видела в Нью-Йорке. Он был официальным художником при дворе Генриха VIII, когда писал его, но в краткой биографии говорится, что он начал свою карьеру с портретов семьи Слифордов в Морвелл-холле.

Опять шестнадцатое столетие! Адам взял книгу и взглянул на улыбчивое лицо с крупными чертами.

— Ну, и что в нем такого? — вопрос прозвучал ехидно.

— Этого художника звали Эдвард Тирлинк, — глаза Лорен ярко вспыхнули неподдельным восторгом. Она спешила поскорее сообщить интересную новость. — В Морвелл-холле все его называли Нед, и он был моим любовником.

Глава 11

— Твой любовник?

— Не мой, а Джейн Малт, — ответила Лорен и едва удержалась от того чтобы не добавить:

«Впрочем, это одно и то же».

Одного взгляда на Адама было достаточно, чтобы понять: сейчас им владела холодная ярость. Лорен не могла понять, почему он так разгневан. Он удивил ее тем, что неожиданно быстро успокоился после того, как она рассказала ему о Робе и наркотиках. Поскольку он явил искреннее желание закрыть глаза на этот период ее жизни, она уже надеялась на то, что он также терпимо примет все, о чем она ему будет говорить… Ей даже не пришло в голову, что он может не разделить ее волнений от тех открытий, которые были сделаны ею и Сандрой во время его отсутствия.

Подчеркнуто спокойно и аккуратно, что говорило как раз о том, как трудно ему было в ту минуту сдерживать себя, Адам закрыл книгу и положил ее на край стола, откуда взял.

— В твоей голове опять фантазии начинают мешаться с реальностью, Лорен.

Это была не просто констатация факта. Это было предупреждение, которое Адам произнес тихим, но едва ли не угрожающим тоном.

— Нед Тирлинк не является плодом моего воображения, Адам. Этот человек существовал в реальности. Как существовали в реальности Слифорды. История подтверждает то, что мне привиделось.

— Черт возьми, Лорен! Может, ты наконец плюнешь на свой шестнадцатый век? В своих воспоминаниях ограничивайся веком нынешним. Тут и так много работы. Шестнадцатое столетие можешь забыть. Двадцатое столетие — вот что важно для нас! А видения… Это не что иное, как просто символы…

— Я уже в этом не уверена, — перебила она его.

Адам был раздражен ее неспособностью взглянуть в глаза реальности. Но с ее точки зрения она просто отыскивала истину. Ключ к ней хранился именно в отдаленной истории. Имя ее любовника уже само по себе было важной находкой. Она попыталась снова объяснить это, но Адам бесцеремонно оборвал ее.

— Ты просто болтаешь от нечего делать с Сандрой, — тоном старого гневного папаши проговорил он, — и слушала ее галиматью о делах давно минувших дней.

— Да, можно сказать, что я болтала с Сандрой, но первые дни она даже не заикалась о реинкарнации. Мы пытаемся отыскать факты, Адам, разрешить загадку. Совсем как полицейские.

Если он и почувствовал нотку сарказма, которая появилась в ее голосе, то не обратил на нее внимания. Однако, его раздражение не рассеялось. Лорен смутил его гнев, который он демонстративно сдерживал, смутила и прозвучавшая насмешка.

— Дай мне знать, когда ты получишь письменное свидетельство о том, что твоя Джейн Малт вообще когда-то существовала.

Тут уж и она не выдержала.

— Жаль, что мне не удалось отыскать протоколы суда, а то бы я стерла ими с твоего лица эту ухмылку!

Сказав это, она тут же вынуждена была признаться себе в том, что скорее всего и не найдет никаких протоколов. Не найдет, если попробует снова…

— Лорен…

— Неужели тебе кажется не заслуживающим внимания то обстоятельство, что я населила свои грезы реальными людьми, при том, что никогда ничего не читала ни о Слифордах, ни о Неде Тирлинке до нашей поездки в Нью-Йорк?!

Вместо ответа он возмущенно приподнял одну бровь.

— Да, мне не удалось отыскать доказательств, которые бы указывали определенно на то, что в том доме жила девушка но имени Джейн Малт. Но слуги в те времена были людьми, которых мало брали в расчет при описании эпохи. Особенно служанки. Благородные женщины расценивали как небывалое везение упоминание их собственных имен в летописях. Даже о них писали крайне редко, да и то указывали лишь постольку, поскольку они были чьими-то женами или дочерьми.

— Лорен, да ведь я не…

Она была уже вновь захвачена волнением от своих открытий.

— Нам еще очень повезло, что мы нашли сведения о леди Слифорд. Если бы она не оказалась в замке королевы Екатерины Арагонской в 1531 году, когда он был захвачен королем, мы вообще могли ничего о ней не узнать. Тогда королева, которую в скором времени должна была заменить Анна Болейн, была отконвоирована в маленькое деревенское поместье, а ее фрейлин развезли по домам.

Лорен рассказала о событиях жизни леди Слифорд, но взгляд Адама, устремленный на нее, с каждой минутой становился все более пустым. Он даже не слушал. Лорен опустила глаза и нахмурилась. Она как раз хотела упомянуть о небольшой хронологической нестыковке, с которой они столкнулись, но передумала. Адаму будет неинтересно узнать, была ли леди Слифорд в Морвелл-холле за несколько лет до 1531 года или нет…

Лорен хорошо обдумала этот вопрос и пришла к выводу, что фрейлины королевы время от времени наезжали с визитами в свои дома. Во время одного из них леди Слифорд познакомилась с девушкой по имени Джейн Малт и распорядилась поселить ее в своем доме.

Она вскинула голову, увидев, как Адам берет свой портфель. К тому времени, когда она оправилась от изумления, он уже был на полпути к лестнице. Она вскочила с дивана.

— Куда ты?

Он исчез за поворотом, но до нее долетел его бесстрастный голос:

— Уже поздно, Лорен. Я иду спать. Встревоженная его поведением, она бросилась догонять мужа. Полная потеря интереса к тому, о чем она говорила, не предвещала ничего доброго. Он не хотел разговаривать с ней. Не стал даже спорить. Он предпочел просто уйти. Противное сосущее чувство закралось к ней в сердце. Что-то было не так, и ей было страшно узнать, что именно.

Когда она показалась на пороге спальни, Адам уже раздевался. Он снял через голову галстук и стянул рубашку, обнажив мускулистую грудь. Почувствовав затылком, что она вошла, он замер и уронил рубашку на пол. От него исходила враждебность. Его поза была агрессивна, даже примитивно агрессивна. Ноги широко расставлены, глаза опасно поблескивали в полумраке. Это наполнило ее душу чисто женскими мрачными предчувствиями. Почему Адам реагирует на все сегодня столь раздражительно?.. Она стала лихорадочно думать, и отчаяние подсказало ей один единственный ответ.