Моя взрослая девочка - Лена Поллина

Громкий басистый смех оглушает комнату и к нему тут же присоединяется детский раскатистый. Через мгновение я наблюдаю, как затаив дыхание, Егор надевает на средний палец дочери колечко.

Я просто стою и улыбаюсь, как поплывшая дурочка.

Ничего не соображающая и на все согласная.

Наконец-то глаза Егора находят меня. Он отдает Варе бордовую коробочку и подхватывает ее на руки.

Вложив в пространство между их телами еще один букет, который намного больше первого Егор начинает движения в мою сторону. Ползая глазами, разглядываю белоснежные бутоны роз, которые жутко мешают нашей девочке, поэтому она избавляется от него сразу же, как только они равняются со мной.

— Дежи — пытается поднять букет и я поспешив на помощь своей девочке, забираю его.

— Будем делать маме предложение? — спрашивает Егор, глядя в мои полные слез глаза.

Варя, забавно хихикнув выдает:

— Да шаглашна она, надевай кольцо.

Прыснув, тяну дрожащие пальцы вперед.

В моей груди все вибрирует от эмоций и я просто не знаю, куда себя деть. Я ждала этого так долго, что даже перестала верить в “ нас”, но вопреки всему, “мы” появились.

— Ты же не против, стать Камаевой? — спрашивает Егор, оставляя на моих губах короткий поцелуй.

— По-моему ты не оставил мне другого выбора — смеюсь, наблюдая как по пальцу движется колечко с неплохим…бриллиантом?

Ну все…

— Челуйтесь! — хлопает в ладошки Варюша, но вместо поцелуя мы начинаем обниматься. Как самая настоящая семья.

Глава 26

Настоящее

Олеся

— Чем Вы увлекаетесь, Олеся? — мама Егора разделывает столовым ножом красную рыбу и делает это настолько грациозно, словно родилась в королевской семье, не менее.

Воровато смотрю на тонкую жемчужную нить на ее шее и сглатываю от волнения.

Я целый вечер ощущаю на себе ее прохладный взгляд и честно пытаюсь взять себя в руки, но пока выходит слабо.

Вяло улыбнувшись, тянусь к стакану с водой.

Кроме воды в меня, к сожалению ничего не лезет.

Леди Камаева не из простых и мне кажется, что в ее горле я уже застряла паршивой костью.

Не думаю, что я ошибаюсь, ведь ее кислотные взгляды уже прожгли мои щеки.

— Я занимаюсь ландшафтным дизайном. — произношу, сделав небольшой глоток.–С недавних пор веду один проект у Дмитрия Евгеньевича.

Мои взгляды на будущего свекра полны надежды. Да. Я ищу поддержки у отца моего, прости, господи, жениха.

По-моему с ним мы ладим намного больше. По крайней мере он не прогонял меня по такому списку вопросов. Не удивлюсь, если в конце вечера у меня попросят свежие анализы и УЗИ малого таза.

Ну мало ли…

— Олеся, кстати, неплохо справляется — произносит Дмитрий Евгеньевич, прокручивая в руке стакан с коньяком.

По ресторану гуляет легкая музыка, а в наших терелках настолько изысканные блюда, что пора бы заняться ими, но грохот моего сердца не дает покоя.

Мне ужасно хочется выйти на террасу, освежить свое пылающее лицо, но я не шевелюсь, словно приклеенная к стулу.

Это чертовски сложно — стараться кому-то понравиться.

Тем более если этот кто-то в социальной лестнице находится намного выше тебя.

Понятия не имею, как должна себя с ней вести, ведь она без пяти минут моя свекровь и кажется этой женщине такие перспективы не по вкусу.

Наверное, мое волнение было бы не таким явным, если бы за стол вернулся Егор.

Я знаю, где он сейчас находится.

Как только мы переступили порог ресторана, Варюша утянула его в игровую комнату и зная свою дочь, они вернутся к столу не скоро.

— Интересно — комментирует наши ответы Мария Эдуардовна.

Ее глаза взмывают вверх и впиваются в моё лицо. — Ваша дочь ходит в садик или у Вас есть няня?

Мне кажется на этих словах я пропускаю сердечный удар, потому что нет у нас никакой няни и быть не может.

В моем мире деньги не появляются на карте по умолчанию, а садик нам так и не дали из-за отсутствия постоянной прописки.

Я знаю, что нужно обсудить этот вопрос с Егором, ведь я не смогу постоянно таскать Варюшу на работу. Да и нашей малышке нужна социализация, она итак набралась от Андрее словечек, ведь кроме него и меня она три года никого не видела. Разве что Марину по праздникам.

Мне кажется, я слышу, как шуршат в моей голове мысли.

Они с привкусом отчаяния, ведь я прекрасно понимаю — понравится маме моего будущего мужа нереально.

— Пока она со мной… — сиплю, беспомощно, вновь и вновь бросая взгляды в сторону Дмитрия Евгеньевича.

— Мы голодные, как звери — звучит над моим ухом, знакомый хрипловатый голос, заставляя мою грудную клетку с облегчением выпустить скопившийся воздух.

Егор, одаривает нашу невеселую компанию блаженной улыбкой и усадив Варюшу за стол, присаживается рядом со мной.

Ума не приложу, для чего он посадил ребенка рядом со своей матерью, но видимо в его голове, это норма.

Главное, что он сел рядом со мной и его рука, которая по хозяйски сжимает моё бедро, меня сейчас больше нервирует, чем приносит удовольствие.

Взгляд Марины Эдуардовны вмиг приклеивается к моей дочери и становится изучающим.

Моя дочь далеко не паинька и тот факт, что ее ротик сейчас захлопнут — весьма временное явление.

Заметив интерес со стороны красивой, ухоженной женщины, Варюша растягивает на губах довольную улыбку.

Ее ножки в розовых, летних кроссовках начинают нетерпеливо болтаться под столом, и это действие сразу же подмечает моя будущая свекровь.

Ее бровь взлетает вверх и не думаю, что этот молчаливый жест означает: “ Вау! Ты так умеешь”...

Только бы она ничего не сказала моему ребенку.

Знаю, что с родителями жениха нужно быть максимально сдержанной, но если я молча проглатывала замаскированные упреки в свою сторону совсем не означает, что я позволю кому-то воспитывать мою дочь.

— У тебя такие касивые бушы — восторженно лепечет Варюша, нагло разглядывая свою будущую бабушку.

Не дав никому опомниться, моя девочка лезет в сумку и достает декоративные самоклеящиеся бусины, выполненные под жемчуг.

Вообще-то их приклеивают на волосы, но этот факт не мешает Варваре отклеить парочку бусин и привстав над столом, налепить их Марине Эдуардовне на область скул.

Стыдливо, прикрыв глаза, считаю до десяти и пытаюсь развидеть нескрываемый шок на лице прекрасной женщины.

Кажется это конец, потому что ей явно не понравилась такая вольность.