Семья в долг - Александра Багирова

Пока были в больнице, я старалась практически не общаться со Стасом. Так общие фразы и все. Слишком живы во мне воспоминания, как нам может быть хорошо вместе. Какой может быть счастливая семья. Словно в наказание за мои прошлые грехи, мне разрешили прикоснуться к счастью, и тут же показали, что его никогда у меня не будет.

После выписки Стас снял для нас номер в отеле. Охрана дежурила круглосуточно. Один раз он привез к нам Андрюшку. Малыш был очень грустный, к счастью он до конца не понимал, что происходит, но слишком хорошо чувствовал. Он все обнимал меня, смотрел так, что хотелось на стену лезть, будто безмолвно просил: «останься». Анютку он постоянно расспрашивал, как она. И снова смотрел… прощался… Он все чувствовал… не по годам смышленый малыш. Маленькое чудо… и его так безжалостно использовали. Нет. Это надо прекращать, однозначно наш странный союз всем приносит только новые страдания.

Стас продолжает заменять мной Викторию. Андрюша жаждет материнской любви. А я хочу счастливую семью. Все это иллюзии. И разбиваясь, они больно ранят нас осколками.

Стас пытался меня отговорить, но очень осторожно. Он понимал мое решение. Но считал, что позже я непременно должна вернуться. Я не стала спорить. Бесполезно. Главное – уехать, а далее уже разберусь.

Нельзя отрицать и его помощь. Стас снабдил нас всем необходимым в дорогу. Упаковал купленные им вещи в багажник. Оставил мне кредитную карту, дал машину, водителя, охранника. Без присмотра наотрез отказался нас отпускать. Тут я тоже спорить не стала, на первое время мне так будет спокойней.

Смущают его деньги. Но у меня ни копейки. Анютке нужен уходи комфорт. Хоть она уже практически отошла от отравления, и чувствует себя хорошо.

Для себя я решила, что как только обустроюсь на новом месте. Найду работу, я со временем все ему отдам. А пока надо засунуть гордость подальше и взять карту. О возвращении к Ване не может быть и речи. Но рано или поздно с ним придется встретиться. Я решительно настроена на развод. Но немного позже. Вначале надо хоть как-то обустроить нашу жизнь. Все постепенно.

- Посмотрим, - отвожу взгляд.

Стас резко притягивает меня к себе. Утыкаюсь носом ему в грудь. Жадно вдыхаю его запах. Хочу надышаться. Хочу запомнить каждое мгновение. Все плохое забылось, есть только его тепло и понимание – он действительно потрясающий мужчина.

- Это все временно, - гладит меня по голове.

Молчу, глотаю слезы и судорожно сжимаю его руку. Этот мужчина не мой. Никогда не был моим. Надо принять этот факт. Должно стать легче. Но как же хочется заорать: «Не отпускай!».

- Береги себя. Поцелуй за нас Андрюшку, - шепчу. Очень сложно говорить, горло сдавил болезненный спазм.

Анютка выбегает из машины и обнимает Стаса.

- Мы ведь скоро вернемся? - заглядывает ему в глаза.

- Непременно, - улыбается.

И он в это верит. Он не врет. Только я понимаю жуткую правду. Но пока действительно я еще связана со Стасом. С нами его люди, его карта, и я тут навсегда оставляю частичку себя.

- Нам пора, - неимоверным усилием заставляю себя выскользнуть из его объятий, беру дочь и сажусь в машину.

- На связи, - говорит мне и крепко держит мою руку. С дикой болью высвобождаю ее и закрываю дверь.

Машина трогается с места, он идет за нами. Дочурка машет рукой. Я сотрясаюсь от безмолвных рыданий. Как же тяжело. И нельзя показывать малышке. Ей и так пришлось нелегко.

Путь нам предстоит неблизкий. Я решила первым делом поехать к маме. Какие бы у нас с ней ни были отношения, но она меня любит, она родной человек. И пусть до конца не понимает, что для меня лучше, но мама последнее готова отдать. Хочу наладить с ней отношения. Объяснить, почему с Ваней все. И немного вдали от цивилизации, в деревне прийти в себя. Да и дочурке свежий воздух пойдет на пользу.

Уже около года мы не наведывались к ней. Пора сделать сюрприз любимой бабушке.

Дорога дается нелегко. Несколько раз порывалась сказать водителю, свернуть назад. Словно там осталось все теплое и светлое, а впереди какой-то мрак и холод. Но я успокаиваю себя, что это просто страх перед новой жизнью. И вот показалась знакомая деревенька. Тут ничего не изменилось с нашего последнего визита.

- Вот там сверните направо, - показываю водителю дорогу.

Еще несколько домов. И вон стоит маленький домик мамы.

Выхожу из машины. Тут так тихо. Открываю покосившуюся калитку с облезлой краской. Тишина.

- Мама!

Во дворе пусто. Стучу. Дома, по всей видимости, никого нет. Обхожу территорию. Куры заперты. Две коровы в хлеву. Но ощущение странное, будто и не живет тут никто. Не пахнет уютом, как обычно бывает в домах.

Достаю мобильный. Связь есть. Уже хорошо. Набираю маму. Она берет трубку не сразу.

- О, неужели соизволила матери позвонить!

- Мам, ты где сейчас?

- Как это где? В хлеву работы по горло. Я еще свиней завела, вся в делах. Но не обо мне речь!

- В хлеву? – я сбита с толку.

- А где мне еще быть. Копеечку пытаюсь заработать, чтобы вам помочь. Все жду, когда одумаешься…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тут калитка открывается и во двор входит пожилая женщина.

- Я тебе перезвоню, - что-то дернуло отключить вызов. - Вы кто? – подхожу к женщине.

- Марья Ивановна, работаю я тут! – упирает руки в бока. – А ты кто такая?

- А Анастасия Леонидовна где?

- Тю, так она тут не живет, - смотрит на меня как на сумасшедшую.

- А где она живет?

- Ты кто такая, чтобы я с тобой разговоры вела? – старушка упирает руки в бока и смотрит на меня исподлобья.

- Дочь я. Внучку привезла маме, - миролюбиво улыбаюсь, киваю в сторону автомобиля, где сидит Анютка.

- Что ж ты не предупредила! Настюха, бы уже давно тут была, и мне пироги печь велела бы. А так мы знать не знали, - качает головой.

- Так я сюрприз сделать хотела. Не подскажете, где мама? Я ее обрадовать хочу, - говорю невинным голосом, а у самой в душе все переворачивается.

Снова тайны! Во что мама влезла?! Неужели беда какая приключилась? И что значит «не живет тут»?

- Ох, дети одни хлопоты от ваших сюрпризов, - вздыхает.

- Так, где мама?

- А я