Он. Она. Другая (СИ) - Лия Султан

остановку, чтобы доехать до работы. Компания небольшая, главный бухгалтер — та же, что и до моего выхода в декрет. Женщина строгая, но справедливая. Даже посочувствовала мне, узнав, что я развожусь. Теперь я вникаю в дела и заново учусь работать, а по вечерам прохожу курсы повышения квалификации онлайн.

После той памятной встречи во дворе, Таир забирал Нафису два раза на несколько часов. И каждый раз они ходили в торговый центр, из которого дочка возвращалась, нагруженная подарками. С отцом дочери я общаюсь сухо: “привет”. “пока”. Пытаюсь отстранится от него, ведь через неделю нас уже окончательно разведут, и мы оба станем свободными.

— Я готова, — объявляет Мелина.

— Момент. Я настроюсь, — Ирада наводит объектив на руки мастера, в которых блестят ножницы.

— Сабина, вы-то готовы? — спрашивает девушка.

— Ой, я боюсь, — закрываю лицо ладонями. Как страшно и грустно, ведь я столько лет отращивала волосы.

— Назад дороги нет. Давай! — дает команду сестренка.

Слышу, как щелкают ножницы, и кажется, будто острые лезвия царапают сердце. Оно стучит, как сумасшедшее, а адреналин бушует в крови.

— Ну вот и все, — парикмахер расплывается в улыбке и поднимает вверх черный хвост.

— Аааах! — выскакивает у меня на автомате, но я сразу испуганно затыкаю рот ладошкой.

— Без паники, — успокаивает Мелина. — Это только начало! Результат вам понравится. Несколько часов работы, а в рилс (короткие видеоролики (до минуты) для социальной сети) войдет только минута. Да, Ирада?

— Зато какая это будет минута! — посмеивается Ирада, снимая меня на камеру.

Когда я увидела прайс этой студии, то чуть со стула не упала. Но Ирада сказала, что давно занимается их продвижением в социальных сетях, поэтому преобразят меня по бартеру. Но для этого мне нужно было выступить в роли модели, чтобы подписчики увидели меня “до” и “после”. Ирада так все волшебно описала, что я согласилась. Только теперь коленки трясутся в ожидании результата.

Проходит несколько часов. Я уже вся извелась, потому что не привыкла так долго сидеть и ничего не делать. Временами глаза закрывались, временами хотелось встать и сбежать. И все это время я себя не видела. Только Ирада бегала вокруг и высунув язык снимала меня и мастера.

— Кажется, все, — Мелина довольно и оценивающе смотрела на меня. — Как тебе, Ирада?

Сестра встает рядом с ней и окидывает меня придирчивым взором.

— Слушай, Мелин, ну ты просто талант. Насыщенный темно-каштановый — то, что надо. Огонь девка получилась.

— А мне-то можно посмотреть? — перевожу взгляд с одной на другую.

— Ой, конечно, — спохватившись, Мелина подбегает ко мне и хватается за кожаное кресло. — Закройте глаза.

Слушаюсь и повинуюсь, жду, когда она развернет меня к зеркало. Секунда, вторая, третья…

Медленно открываю глаза и не узнаю себя. Этого не может быть! Волосы чуть ниже плеч и светлее. Даже блеск появился. На меня смотрит совершенно другая, новая я. И она мне ужасно нравится.

Пока ехали до дома, постоянно трогала волосы — не могла поверить, что они короткие. А в квартире, каждый раз проходя мимо зеркала, останавливалась и смотрела на себя. Ирада, подойдя ко мне, смеется

— А что будет завтра, когда мы купим тебе новые шмотки?

— Подожди, а на какие деньги ты их собралась брать? — зависла я, только сейчас поняв, что задумала Ирада. — Ладно, стилист. Ты сказала, там тоже бартер. Но одежда?

— Не переживай, деньги есть, — усмехнулась сестренка, собирая свои кудри в высокий хвост.

— Ирада! — прожигаю ее взглядом старшей сестры. — Откуда деньги?

— Если тебя это успокоит, взяла с родительского депозита.

— И меня не спросила?

— Так я потом доложу, — оправдывалась она.

— Я сама доложу.

— Да без проблем, — сестра показала язык моему отражению и пошла в комнату.

— И что мы завтра будем делать? — я последовала за ней.

— Будем делать из тебя “Красотку”, как в фильме с Джулией Робертс. Только без шлюхи.

— Ирада!

— Все-все, — смеется она и садится на кровати по-турецки. — У тебя редкая возможность отдохнуть и выспаться, пока Нафиски нет. Не про**и свой шанс, — сестренка подмигивает мне. — И не плачь в подушку по “душниле”. У нас дом хоть и кирпичный, но твой вой соседи очень хорошо слышат.

— Вот влюбишься и я посмотрю на тебя, как ты не будешь выть, — топаю ножкой.

— Ага, щас, — Ирада берет в руки телефон и начинает что-то печатать. — Ваша любовь мне нафиг не сдалась.

— Посмотрим, — развернувшись иду в свою комнату и падаю на широкую кровать.

Думаю о том, что сказала сестра. Любовь — это, наверное, прекрасно, когда взаимно. А в остальном любовь — это боль. Любить безответно — значит собственноручно приговорить себя к страданиям.

На следующий день в десять утра мы уже стоим в самом популярном торговом центре города и ждем стилиста Анну. Ирада тоже помогает ей с блогом и с его слов Аня одевает ведущих какого-то популярного ток-шоу на телевидении.

— Вон она, — Ирада тычет острым локтем в бок.

Смотрю, куда указала сестра, и отмечаю, что девушка не только красивая, но и удивительно стильная. То, как она плывет среди людей, выглядит, отбрасывает локоны назад — все кричит о ее уверенности в себе.

— Привет, моя хорошая, — Анна обнимает Ираду, а затем смотрит на меня. — А вы Сабина. Ваши фото Ирада мне уже прислала, чтобы я понимала, с чем работать.

— Да, я сестра.

— Какие красивые девочки! — восторгается она. — И такие разные!

— Ее удочерили, — бросила в мою сторону Ирада.

— Господи, — закатываю глаза. — Начинается.

-”Мейковер” (английское слово, означающее кардинальное изменение внешности) офигенный, кстати, — хвалит она мой новый внешний вид. — Приступим?

Через четыре часа у меня уже гудят ноги, а перед глазами одна одежда. Анна собрала мне капсульный гардероб на разные случаи жизни: для работы, повседневной жизни, прогулок.

— Понимаешь, — говорит она, когда мы примеряем очередное пальто, — в капсуле вещи должны подходит друг другу по стилю и легко складываться в комплекты. Так у тебя не будет проблемы “одежды много, надеть нечего”. Придем домой, сфоткаем каждый образ и ты будешь знать что с чем носить.

— Здорово. Я вообще о таком не знала.

— Ирада, — смеется Анна, — где ты скрывала такое чудо чудесное?

— Она была в рабстве, — язвит сестра.

— Ирада!

— Что? Так и есть. Она была типичной келинкой, батрачила на мужа и его родителей, а потом оказалось, что у него вторая семья.

— Правда? — шокировано переспросила Аня.

— Да, — потупила взгляд.

— А ну и х*р с ним, — машет рукой стилист. — У меня такой же был. Выставила за дверь в одних трусах. Как говорится, чемодан, вокзал, на**й”.

— Во, — захохотала Ирада. — Наш человек!

Я стою