Любви больше нет - Маргарита Дюжева

— С удовольствием.

— А послезавтра?

— Конечно.

— А послепослезавтра? — заметив мой недоумевающий взгляд он поясняет, — просто хочу застолбить время и место, чтобы провести время со своей женой. И вообще предлагаю сделать это семейной традицией.

— Откуда такая потребность.

Он перестает улыбаться и, взяв меня за руку, тихо произносит:

— Я так сильно тебя люблю, что хочу проводить рядом каждую секунду.

— Ого, вот это заявление.

Мне сложно смотреть ему в глаза. Там кипит столько всего, что с меня заживо сползает шкура, обнажая собственную слабость.

Не только он хочет проводить рядом каждую секунду. Я готова обедать с ним, ужинать, а все остальное время проводить взявшись за руки.

Боже, какая глупость…

И мы пытаемся, но наших планов хватает ненадолго. Мы обедаем вместе всего два дня, а на третий Макс звонит и, угрюмо извинившись, говорит, что у него возникли неотложные дела.

Глава 15.2

В обед он не доступен.

Я звоню ему несколько раз, но получаю длинные гудки. И снова душа заходится от тоски? Неужели судьба приготовила очередной сюрпризный момент, после которого у меня случится приступ тахикардии и волосы на затылке неделю будут стоять дыбом?

Мне больше не хочется никаких неожиданностей. От них каждый раз душа на разрыв.

Спустя пару часов он перезванивает сам.

— Куда пропал? — уныло интересуюсь я, — хотел семейных традиций, а в результате бросил на произвол судьбы.

— Прости, Тась, пришлось решать неприятное дело, — он звучит так устало и измучено, что у меня сжимается сердце от ненормальной жалости.

— Важное?

— Очень. Я бы даже сказал, что судьбоносное.

От его убитого тона колет под лопатку. Плевать на неприятные дела, подождут. Я могу и хочу дать нам передышку.

— Знаешь, что я предлагаю? Ты заканчиваешь сегодня пораньше, бросаешь все свои суперважные дела и, не глядя по сторонам, бежишь домой. Я наберу тебе ванну с ароматной пеной, сделаю массаж. И мы проведем самый романтический вечер в нашей жизни.

Боже, что я несу… Какая банальщина.

Но Кирсанов так не считает и моментально соглашается:

— Я освобожусь через пару часов.

— Буду ждать.

К этому вечеру я готовлюсь с предвкушением. Готовлю легкий ужин, ванну с шикарной белой пеной, масло для массажа.

Кирсанов тоже приходит не с пустыми руками. Он приносит огромный букет белых роз, такой большой, что мне приходится доставать самую большую вазу.

— Потрешь спинку? — он утягивает меня вместе с собой в ванную, но я готова к такому исходу. Там уже стоит блюдо с нарезанными фруктами, свечи. Разве что вина не хватает, но у меня от одной мысли о нем, начинаются неприятные спазмы в животе.

Я кайфую от каждой секунды, проведенной рядом с мужем. Ощущения на грани, эмоции на пределе. Я просто пью их и не могу напиться. Пытаюсь набраться про запас. Мне хочется больше. Гораздо больше. И в какой-то момент я ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы это никогда не кончалось. Хочу, чтобы вот так: вместе, глаза в глаза и одно дыхание на двоих.

Осознание этого приходит так внезапно, что испуганно охаю. Когда я успела так безвозвратно раствориться в другом человеке?

— Ты чего?

— Вода…остыла…Холодно.

Она и правда уже не парит, поэтому мы вылезаем. Вытираем друг друга, медленно и со смаком, кайфуя от каждого прикосновения.

Макс тянется ко мне за поцелуем, но я кладу ладонь на его губы:

— Ты забыл? Еще массаж.

Мне хочется растянуть эти моменты, насладиться ими по полной.

Мы перебираемся в спальню. Макс включает режим ласкового кота и позволяет делать с собой, что угодно. Я мну широкую спину, порой проходясь когтями по гладкой коже. Кирсанов в такие моменты охает и сокращается, а я смотрю на проступающие алые полосы и уже подушечками пальцев повторяю их контуры. Сжимаю крепкие плечи, сдавливаю их, поглаживаю, заставляя урчать от удовольствия.

И стоит только на секунду остановиться, как раздается разморенное:

— Еще.

Вместо рук я веду губами вдоль позвоночника. Поднимаюсь выше и в конце нежно прикусываю кожу на шее.

— Эй!

— Мне прекратить? — шепчу ему на ухо, едва касаясь языком мочки. — или можно мучать дальше?

— Я весь твой. Ты же знаешь, — он переворачивается на спину и тянет меня к себе.

Я не сопротивляюсь. Меня наоборот отчаянно скручивает от желания раствориться в нем еще сильнее. Хочу, чтобы держал вот так в своих сильных руках и никогда не отпускал.

Мы любим друг друга со вкусом и неторопливо. Выпивая друг друга досуха, но взамен полностью отдавая самих себя. Все тело – один оголенный нерв, жаждущий прикосновений. Сложно насытится, невозможно остановиться.

Потом Макс на удивление быстро засыпает, а я, наоборот, смотрю в потолок и думаю. И эти мысли беспорядочно роятся в моей голове мешая расслабиться и уснуть. Я пытаюсь уговорить себя забыть обо всем, оставить заботы на завтрашний день, а сейчас просто расслабиться. Закинуть ногу на спящего рядом мужчину, уткнуться носом в его бок и просто выдохнуть.

Вроде начинает получаться, но потом его телефон моргает. И я вместо того, чтобы проигнорировать, зачем-то тянусь за ним, хотя все внутри протестует против этого, умоляет не смотреть, не портить такой хороший вечер

Я торможу. Знаю пароль от телефона Кирсанова, но не спешу его вводить. Все еще сомневаюсь.

А потом приходит еще одно сообщение, и я успеваю прочитать его наверху экрана.

Спасибо за новую игрушку. Она прекрасна.

Сердце екает и останавливается.

Медленно, как неживая, я кладу телефон обратно и отворачиваюсь на другой бок. Спиной к Кирсанову.

Можно, я отреагирую на это завтра? Сейчас у