С любовью, искренне, твоя - Меган Куин

заставляет меня бесцеремонно пялиться на его рот.

Я не знаю, что сказать. Он такой красивый, когда смеется.

И этот звук…

— Выражение твоего лица прямо сейчас, — Рим хохочет, — бесценно.

«Это потому, что ты адски сексуальный» хочу я сказать. Это не имеет никакого отношения к работе, которую он явно собирается мне предложить.

— Ты поэтому здесь? Ты искал меня?

Он наклоняет голову.

— Возможно.

Приподнимаю подбородок.

— Не трать мое драгоценное время на игры, или я скажу «нет» из принципа.

Его улыбка снова превращается в бесстрастную маску, которую я привыкла видеть.

— Ладно. Ты права. Я здесь, чтобы предложить тебе контракт.

Офигеть.

Офигеть!

Дыши, Пейтон, дыши.

Почему я не могу быть крутой? Почему не могу лучше скрывать свои эмоции и переживания, ведь прямо сейчас я хочу вскочить со стула и вскинуть кулак вверх посреди кофейни, а я понятия не имею, какая будет зарплата согласно контракту.

Я хочу.

Мне это нужно.

Я имею в виду работу, а не секс.

Я сказала «секс»? С чего бы мне думать о нем? Это деловая встреча, ясное дело.

— Итак, позволь мне прояснить ситуацию: ты здесь для того, чтобы предложить мне контракт. Ты пришел сюда, надеясь нанять меня, — я дразню его, чтобы посмотреть, что он скажет.

Рим усмехается.

— Давай не будем забегать вперед.

— Тогда почему ты здесь?

Его губы сжаты.

— Тебе нужна работа.

— О, так ты теперь филантроп, помогаешь новоиспеченным безработным и прокладываешь им путь к вершине с нуля? Как великодушно с твоей стороны. Нет, спасибо, я пас.

— Как хочешь, — он произносит эти слова, но не отрывает задницу от стула.

Прищуриваюсь.

— Зачем ты это делаешь? Почему ты не можешь просто подавить свою гордость и признать, что я нужна тебе, и именно поэтому ты здесь? — Делаю глубокий вдох и беру себя в руки. — Ты слишком гордый, но и я тоже. И это не позволит мне устроиться на работу, которую ты даже не смог заставить себя предложить мне. Я отказываюсь принуждать тебя — так что, если я тебе понадоблюсь — а я подозреваю, что понадоблюсь, — то сейчас самое время сказать это.

Мысленно даю ему маленький совет. «Продолжай», — подбадриваю я его, как будто он ребенок. «Скажи, не стесняйся».

Мистер Ворчун тормозит, но обдумывает мои слова. Я вижу, как они вращаются в его мозгу, его челюсть сжата, на скулах заходили желваки.

Может быть, он даже немного скрипит зубами. Трудно определить.

— Пейтон, — Рим произносит лишь мое имя.

Одно слово.

— Да, мистер Блэкберн. Сэр. — Я дарю ему свою самую милую улыбку, зная, что он терпеть не может, когда к нему обращаются подобным образом.

Он двигает челюстью, а затем его слова поражают меня до глубины души.

— Ты нуждаешься во мне больше.

Дерьмо.

Видит ли он отчаяние в моих глазах, как от нервов дрожат мои руки?

Знает ли он, что я связывалась с кучей компаний в поисках сотрудничества, но ответа не получила?

В любом случае, я вхожу в образ Элизабет Беннет и надеваю штанишки гордой девочки.

— Возможно, — приподнимаю подбородок, — но я готова отказать тебе, просто чтобы доказать свою точку зрения. Ты не хочешь жертвовать новой линией. Вот почему ты здесь.

Я задерживаю дыхание, моя смелость берет верх надо мной.

Смелость или упрямый характер?

Может быть, и то и другое.

Рим задумчиво сжимает губы, издавая долгий, раздраженный вздох.

— Ты действительно знаешь, как нажимать на мои кнопки, тебе известно это?

— Известно. — На самом деле. Не улыбайся. Не смей улыбаться.

Ноздри Рима раздуваются.

— Я хотел предложить тебе должность маркетолога женской коллекции для активного отдыха.

— Мне? — Я скромничаю.

— Господи Иисусе, не могла бы ты…

— Шучу. Расслабься. Блин, ты так взвинчен.

Ему не смешно, и он встает с деревянного стула напротив меня, выпрямляясь во весь рост.

— Я попрошу Лорен отправить тебе подробную информацию по электронной почте.

Я тоже встаю, думая, что было бы неплохо закончить нашу импровизированную встречу рукопожатием.

Протягиваю руку.

Он таращится на неё.

Я шевелю пальцами, пока он не понимает намек и не накрывает своей ладонью мою. Пожимает мою руку один раз и отпускает, отступая назад, чтобы уйти — но не раньше, чем тысяча электрических разрядов пронзает все моё тело.

Вау.

Рим дрожит.

— Э-э, еще кое-что, прежде чем ты уйдешь.

Он поворачивается ко мне.

— Что ещё такое?

— Я… работаю удаленно, поэтому не буду приходить в офис, если это не будет встреча со всем персоналом отдела маркетинга. Считаю, что вдохновение пробуждает творческая среда.

— В месте вроде, — он обводит руками зал, — этого?

Я ухмыляюсь. Он такой засранец.

— Точно.

— Так с кем именно ты будешь проводить здесь встречи?

С кем. Рим восхитительно высокомерный.

— Что за вопрос… Я буду встречаться здесь с тобой.

ГЛАВА 18

РИМ

— Как прошла встреча? Тебе удалось заманить Пейтон?

— Мне не нужно было её заманивать, она была рада получить такую возможность.

Хантер смеется, он знает, что я несу полную чушь.

— Бред сивой кобылы. Она, наверное, послала тебя на х*й.

Не совсем эти слова, но да. В основном.

— Пришлось немного поуговаривать.

— Ну, так как, черт возьми, всё прошло? — Хантер кладет в рот чипсы, покрытые соусом сальса.

Схватив стакан текилы, я откидываюсь на спинку стула и вспоминаю разговор с Пейтон.

Она была в беспорядке, опрокидывала напитки, выдергивала шнуры, спотыкалась, но, бл*дь, её задница в тех черных штанах для йоги произвела на меня впечатление.

Я вспомнил, как сильно хочу с ней покувыркаться.

Как сильно хочу закрыть её дерзкий ротик своими губами.

Как сильно хочу прижать к стене и распахнуть одну из её проклятых блузок, чтобы, наконец, увидеть, что под ней.

Я мог бы злиться из-за электронных писем, быть вне себя из-за того, что признал, что «Roam, Inc» нуждается в её помощи, и мог бы ненавидеть то, что всё ещё хочу эту женщину так же сильно, как и раньше, но знание того, что я также нужен ей, делает всё это терпимым.

Она нуждается во мне.

Это пьянящий афродизиак. Хотел бы я разлить его по бутылкам и продавать это дерьмо вместе со своими палатками, снаряжением и туристическими товарами.

Пейтон нуждается во мне. Я видел это в её глазах, когда она с опаской изучала меня: беспокойство, разочарование, стремление выглядеть лучше. Я видел сквозь дым, которым она пыталась окутать меня — она могла пытаться навешать мне лапшу на уши, что её жизнь стала намного лучше после ухода из «Roam, Inc», но