Бей или беги - Саманта Янг

Шотландии. Мы с Эвой стараемся путешествовать хотя бы раз в год, и Шотландия стоит в нашем списке желаний.

«Прекрати рассказывать ему обо мне». — Я кинула на нее предостерегающий взгляд, но она его не заметила.

— Можете назвать меня необъективным, но я бы посоветовал вам посетить Шотландию первым делом.

— Тогда поставим ее первой в списке. А вы здесь с коллегами? — она махнула рукой за его спину.

— Да, встреча за ланчем, — он вдруг нахмурился, задумавшись о чем-то.

У меня на кончике языка вертелся вопрос, почему он нахмурился. Но я сдержалась. У нас не такие отношения.

Он смотрел на меня и хмурился все больше.

— Пожалуй, я пойду.

— Конечно, — сказала я равнодушно, как будто меня вообще не волновало, здесь он или нет.

Взгляд Калеба стал совсем мрачным:

— Увидимся. Харпер, рад был познакомиться.

— Я тоже. Надо бы нам как-нибудь выпить, пока вы в Бостоне.

Он кивнул, но не ответил ничего определенного (к счастью), а только еще раз смерил меня пристальным загадочным взглядом, затем повернулся и ушел.

Мы смотрели ему вслед, и Харпер прошептала:

— Грубый? Ты с ума сошла? Я нахожу, что он само очарование.

— Обычно он не такой, — отрезала я. — Хотя… с Патрис он тоже был очаровательным, — я горько усмехнулась. — Он ведет себя гадко только со мной.

— Ты была права, когда описывала, как он на тебя смотрит, — задумчиво сказала Харпер. — Сначала он был счастлив, увидев тебя… но потом…

— Что?

— Разозлился, — она подперла лицо кулаком. — Но это могло быть из-за того, что ты проявила к нему не больше тепла, чем замороженная рыба.

— Ну, уж неправда.

— Я никогда не видела, чтобы ты вела себя с кем-то настолько холодно. Даже с мужчинами, которых отшивала, ты была мягче.

— Я защищаю себя, как могу, — признала я. — И не вижу, что здесь такого неправильного.

— Ну, так ты не думала, что его грубость — это, возможно, ответная реакция на твою холодность?

Я снова вспомнила прошлую ночь. Как я лежала в постели рядом с ним абсолютно обнаженная, физически и душевно, и не было во мне тогда никакой холодности. И тут же на ум пришли его резкие и оскорбительные слова о том, что я не его тип и все во мне ему не нравится.

— Нет, — печально улыбнулась я. — Его защитная реакция была раньше моей. Прошлой ночью он сказал мне кое-что очень обидное. Я ответила, что ненавижу его. И знаешь, что он сказал?

— Что? — Харпер снова встревожилась.

— «Хорошо».

— Так, понятно, — она покачала головой. — Я на секунду очаровалась сексуальным акцентом и великолепным телом этого парня, но если бы мы сейчас поменялись местами и я рассказывала тебе эту историю, то ты бы ответила, что это какие-то очень нездоровые отношения, правда же?

Я вздохнула:

— Правда.

— Детка, мне пора возвращаться на кухню. Обед за мой счет, — она перегнулась через столик и поцеловала меня. — И надеюсь, что, когда мы встретимся в следующий раз, с этим, — она сделала жест в сторону Калеба, — будет покончено.

Она была права. Она была права тысячу раз. Мне надо научиться сдерживать порывы моего тела, даже несмотря на ломку, которая при этом начинается.

— Хорошо.

— Ну и прекрасно. Позже поговорим, — Харпер еще раз улыбнулась мне на прощание, встала из-за стола и ушла на кухню.

Чувствуя себя не очень хорошо и не понимая причины этой слабости, я оставила на столе чаевые для официанта, взяла сумочку и вышла из кабинки, не глядя на Калеба. Я должна была пройти мимо него, поэтому решила отложить этот момент, заглянув в дамскую комнату, которая находилась в глубине ресторана в полуосвещенном коридоре с кирпичными стенами.

Я мыла руки и рассматривала свое отражение в зеркале. Немного бледна. Под глазами начинают проявляться темные круги от недосыпа. Но самое грустное, что Харпер была права — в моих глазах была тоска.

Я отвернулась, расстроенная тем, что не могу ее скрыть. Неужели Калеб этого не замечает? Или ему просто все равно? Да и с чего бы ему заботиться о моих чувствах? Об этом речи между нами не было никогда.

С моих губ слетел прерывистый вздох, так как решение было принято. Для этого я и хотела поговорить с Харпер — я знала, что она не будет мне врать. И она посоветовала мне правильные вещи, хотя это шло вразрез с ее характером и личными убеждениями.

Позже я позвоню Калебу и сообщу, что наши отношения (какими бы они ни были) можно считать официально законченными.

Патрис поймет, что я слишком занята, чтобы развлекать их гостя.

Я процокала каблуками по плиткам пустого туалета и с трудом толкнула тяжелую дверь… В коридоре, прислонясь к стене, стоял Калеб.

Я сделала еще шаг, и дверь захлопнулась за моей спиной. Посмотрев по сторонам, я увидела, что мы одни. Я медленно перевела глаза на него, и в моем животе что-то невольно шевельнулось при виде его голодного взгляда.

— Привет.

Он оттолкнулся от стены, сделал шаг и прижал меня к двери туалета, заперев в кольце рук, которыми уперся в дверь.

— Какие-то проблемы, Эва?

Пораженная, я покачала головой:

— Вовсе нет.

— Не ври, — я чувствовала его горячее дыхание на своих губах.

— А тебе какое дело? — спросила я раздраженно.

— Переживаешь из-за вчерашней ночи? Она не укладывается у тебя в голове? — он нежно погладил подушечками больших пальцев мои виски.

Я дернула головой, отбросив его руки:

— Ничего подобного.

Не ври.

Он разочарованно вздохнул и опустил руки, но не двинулся с места. Вместо этого он внимательно, даже с любопытством, изучал мое лицо.

— Харпер не похожа на девушку, которая могла бы быть твоей лучшей подругой.

Я напряглась и немедленно встала на защиту Харпер:

— Что ты имеешь в виду?

Он пожал плечами:

— Она панк с