Доминик Данн - Строптивая

– Нет, речь идет о том, чтобы ты пришел на обед в следующее воскресенье вечером.

– О, нет, благодарю, не могу. Я собираюсь с подругой на ее ранчо в Солванг, – сказал Филипп.

– Вот как? Приезжай пораньше.

– Зачем?

– У меня на обеде будет несколько шишек, и, сдается мне, ты им подойдешь. Я никогда не знал, о чем с ними разговаривать.

– А кто они?

– Арни Цвиллман.

– Кто такой Арни Цвиллман?

– Это тот, кто поджег «Вегас Серальо», чтобы получить страховку.

– Так ты его называешь «шишкой»?

– Нет, он не «шишка». Будут другие, кто действительно являются «шишками».

– Кто, например?

– Жюль и Паулина Мендельсоны.

– Жюль и Паулина Мендельсоны придут к тебе на обед? – спросил Филипп, не скрывая удивления.

– Ты их знаешь?

– Скажи мне, ты и Ину Рей с Дарлин собираешься позвать на обед?

Каспер засмеялся.

– Я тебе не рассказывал, в какой майке была одета Ина Рей?

– Нет.

– На майке было написано: «Внимание! Я воплю, когда занимаюсь любовью». Смех да и только! Я думал, живот надорву от смеха. Эта девчонка – настоящая хулиганка.

– Паулине Мендельсон это показалось бы очень забавным, – сказал Филипп.

– Не думаю, что Ина Рей подходит этим людям, – сказал Каспер, размышляя о том, что сказал Филипп. – Я позову ее позже, когда будут показывать гостям фильм, но не на обед. Мне нужна еще одна девушка за столом. Как насчет девушки, с которой ты встречаешься? Как ее зовут?

– Камилла Ибери.

– Актриса, манекенщица, танцовщица?

– Нет, не из этих.

– Приведи ее.

– Воскресные вечера она проводит с дочерью. Они обедают вместе в «Загородном клубе». Семейная традиция.

– Скажи ей, что я покажу новый фильм.

– Она на это не клюнет.

Каспер снова прищелкнул пальцами.

– Гортензия Мэдден. Вот кого я позову. Она классно подойдет.

– Кто она, Гортензия Мэдден?

– Литературный критик «Малхоллэнда».

– О, ради Бога!

– Ты знаешь ее?

– Нет, я с ней не знаком. Но она раскритиковала мою книгу о Резе Балбенкяне.

– Такова Гортензия. Она в пух и прах разделывает все, что популярно.

– А какова цель обеда, Каспер? – спросил Филипп.

– Арни Цвиллман хочет познакомиться с Жюлем Мендельсоном, насколько мне известно, и он просил меня организовать обед.

Филипп задумался.

– Хорошо, я приду, – сказал он через минуту.

– Ты был любезен, что сводил Банти сегодня в кино, – сказала Камилла.

– Она – замечательный ребенок.

– Она обожает тебя. Даже сказала мне, что считает тебя красивым.

– Думаю, мне не стоит приглашать тебя пойти со мной на обед к Касперу Стиглицу в следующее воскресенье.

– Почему же, если я смогу взять с собой Банти.

– Не думаю, что дом Каспера Стиглица подходящее место для Банти.

– И мне так не кажется, – сказала Камилла, и они оба рассмеялись. – Хотя было бы любопытно посмотреть на его коллекцию париков. Или на Ину Рей. Не знаю, что бы меня больше поразило.

– Мендельсоны собираются придти.

– Мендельсоны придут к Касперу Стиглицу? – спросила Камилла. – Что-то мне не верится.

– Так сказал сегодня Каспер за ленчем.

– Должно быть, у них там дело или что-то в этом роде, – Камилла покачала головой. – Предлагаю пари.

– О чем?

– О том, что они в последнюю минуту откажутся. Я знаю Паулину.

После Парижа, где они, наконец, стали любовниками, Жюль Мендельсон в порыве страсти решил снять дом для Фло, чтобы обеспечить им возможность тайно встречаться. Фло к тому времени бросила работу в кафе «Вайсрой», съехала с квартиры, которую снимала в районе Силвалейк, и одновременно поселилась в отеле «Маркиз» на Сансет в Западном Голливуде. Жюль поначалу хотел снять квартиру в одном из высотных зданий на бульваре Сансет, но когда пришел туда, чтобы осмотреть квартиру, то в лифте столкнулся с Марти Лески, главой «Колосс Пикчерс». Два известных всему городу человека поздоровались и дружески поболтали. Позже от управляющего домом он узнал, что у Марти Лески в доме есть квартира. По тому, как нервничал Марти в лифте, и зная, что Марти и Сильвия Лески владеют одним из самых больших особняков на Бель-Эйр, Жюль догадался, что Марти поселил в этой квартире некую молодую леди. Больше Жюль в этот дом не возвращался.

– Сегодня я видела очень миленький дом на Бель-Эйр, – сказала Фло. Она был в полном восторге от того, что у нее появилась возможность подыскать дом в самом шикарном, как ей казалось, районе города. Поиск дома стал для нее новым развлечением, от которого она получала огромное удовольствие. Жюль к этому времени взял для нее напрокат ярко-красный «мерседес», и она часами ездила по городу, особенно по богатым районам Беверли-Хиллз, Холмби-Хиллз и Бель-Эйр, где она до тех пор никогда не бывала, в компании агента по продаже недвижимости, которую звали Элейн. Бывшая актриса, она хорошо знала историю каждого дома. «В этом доме дочь Ланы Тэрнер убила Джонни Стомпанато, – рассказывала она об одном доме. – В этом доме Джуди Гарланд приняла слишком большую дозу», – говорила она о другом доме. Или сообщала: «Джек и Анжелика бывало жили здесь». Фло догадывалась, что Элейн имела ввиду Джека Николсона и Анжелику Застон, и эта информация будоражила ее воображение.

– Где? – спросил Жюль.

– В конце Стоун-Каньон, сразу за отелем «Бель-Эйр». Элейн говорит, что он принадлежал одной из бывших жен Амоса Сванка.

– Бель-Эйр? О, нет, нет, – сказал Жюль, отрицательно качая головой. – Только не в Бель-Эйр.

Фло уже знала, что, когда Жюль говорит «О, нет, нет» на какое-либо ее предложение и при этом качает головой, это означает, что она нечаянно вторглась в его основную жизнь, жизнь, которую он разделял с Паулиной. Для Жюля же снять дом в Бель-Эйр, где живет так много друзей его семьи, означало бы подвергнуться риску встречи с хорошо знакомыми людьми на узких улочках этого фешенебельного анклава. Оберегая свой имидж в той жизни, Жюль с содроганием представлял, как кто-нибудь из друзей Паулины, особенно Роуз Кливеден, скажет ей: «Сегодня днем я видела Жюля в Бель-Эйр». «Сегодня днем? Представить не могу, что Жюль мог делать в Бель-Эйр в это время», – могла бы ответить Паулина. «В конце Стоун-Каньон, сразу за отелем», – продолжала эта доносчица Роуз настаивать. «О, ради Бога!» – ответила бы Паулина.

– Думаю, будет лучше, если ты поищешь в других районах, вроде Бенедикт и Коулдуотер, – сказал Жюль Фло. Каньоны Бенедикт и Коулдуотер были районами, где случайность встречи с людьми, с которыми он и его жена обедали почти каждый вечер, была сведена к нулю.

– Что ж, хороший район, – сказала Фло, соглашаясь. Она быстро перебрала в уме имена нескольких телезвезд, владевших домами в этих каньонах.