Лесли Пирс - Камелия

Би была хорошим собеседником. Она внимательно слушала и останавливала Камелию только для того, чтобы уточнить детали. Прозвище «кремовая пышка» очень подходило ей. Светлые кудри, милое лицо и полнота напоминали крем, наполняющий сладкую мягкую булочку. Но было в Би что-то большее, чем просто сочувствие. Камелия это знала.

— Полагаю, ты думаешь, что я дура, раз ему доверилась? — спросила Камелия, закончив свой рассказ.

Би пожала плечами и затянулась сигаретой.

— Я бы тоже доверилась, — проговорила она. — Но такие красавцы, как Дуги, не тратят свое время на таких, как я. Это одно из преимуществ, которым обладают толстушки.

Искренность этого замечания потрясла Камелию. Когда-то она так же говорила о себе.

— Но ты очень симпатичная, — возразила Камелия. Это было правдой: у Би было ангельское личико, детские нежные губы, которые раскрывались в приятной улыбке, и гладкая кожа. — Вес можно сбросить, но когда на лбу написано «идиот», этого уже не исправишь.

— Разве стоит обращать внимание, если неудачники называют тебя «идиотом»? — Би оглянулась на дверь, чтобы посмотреть, не идут ли покупатели, и опустилась в кресло. — Я не стала бы переживать из-за того, что подумают так называемые друзья Дуги. Если бы я была на твоем месте, то начала бы все сначала.

— Легко сказать, — попыталась улыбнуться Камелия. — Как я найду работу, если не могу объяснить, что делала последние полтора года?

— Есть одно местечко. — Би потянула сигарету. — Хозяин особо не придирается. Я могу сказать, что ты работала за границей или что-то вроде этого.

Несколько недель назад Камелия рассмеялась бы, если бы ей предложили готовить бутерброды и жарить яичницу и картофель, но сейчас она была в отчаянии.

— И он меня возьмет?

«Блэк энд Вайт» было одним из самых убогих кафе Вест-Энда. Черно-белый интерьер остался еще с пятидесятых годов, ножки столов и стульев болтались. Все, что раньше было белым, теперь пожелтело, а пластик на прилавке и на стульях потрескался. Но это заведение славилось тем, что здесь сытно и вкусно кормили, и поэтому в нем всегда было много народу.

— Не пугайся ты так, — рассмеялась Би, ее двойной подбородок при этом заколыхался. — В обеденный перерыв здесь настоящее пекло, но платят хорошо и голодной не останешься. Я поговорю с боссом, когда он позвонит. Пока ты будешь помогать, чтобы он мог оценить, как ты справляешься с работой.

Камелии словно протянули спасительную соломинку.

— Хорошо, — слабо улыбнулась она. — Ты спасла мне жизнь. Все, что мне сейчас надо, — это где-нибудь упасть. Я даже и не надеюсь, что у тебя и на этот счет есть идеи.

Би не отвечала. Камелия видела, что она сомневается, стоит ли брать на себя ответственность.

— Ты можешь пожить у меня наверху пару дней, — вздохнула она, как будто считала, что должна это предложить. — Но только пару дней, не больше.

— Я не хочу тебе надоедать. — Камелии было стыдно из-за того, что Би чувствовала себя обязанной. — Спасибо тебе за доброту, но я не такая, как Дуги, я не воспользуюсь ситуацией.

— Когда ты увидишь комнату, то сразу поймешь, что я не такая уж и добрая, — рассмеялась Би, но щеки ее покраснели от стыда. — Там такой беспорядок. Я предложила это, потому что вижу, что тебе сейчас нелегко. К тому же мне немного одиноко.

В семь часов вечера, как только закрылось кафе, Би помогла Камелии занести чемоданы в комнату на втором этаже. Несмотря на то что Камелию предупредили о беспорядке и она была благодарна за кровать, все равно она была шокирована состоянием комнаты.

Повсюду валялась одежда, на полу стояли грязные тарелки с объедками. Ящики были открыты, единственная кровать не была застелена. Было заметно, что хозяйка когда-то пыталась сделать свое жилье уютным: на стенах висели плакаты поп-звезд, на подоконнике стоял цветок, а у кровати лежал пушистый ковер. Но состояние этой комнаты говорило само за себя: именно здесь одинокая девушка проводила ночи, здесь никогда не было гостей. Это жилище было таким же унылым, как и то, которое Камелия покинула утром.

За окном, на Чаринг-Кросс-роуд, не умолкая, шумели машины. Запах жареного пробрался в эту маленькую грязную комнату, из-за чего к горлу подступила тошнота. Камелия еле-еле держалась на ногах от изнеможения. Ноги налились, а руки были красными после мытья посуды. Она еще никогда не работала так тяжело, даже на распродажах в «Питер Робинсонс».

— Я лентяйка, правда? — спросила Би весело. — Я хотела пробраться сюда и прибрать до того, как ты войдешь, но у меня не было времени. Хотя все равно ты скоро узнаешь о моих привычках, поэтому лучше, если ты увидишь все сразу.

Камелии нравилось, что Би ведет себя открыто и никого не осуждает. Би, наверное, знала и понимала жизнь в Вест-Энде лучше Камелии. Она проработала в кафе четыре года, несмотря на то что была старше Камелии всего лишь на несколько месяцев. Би знала всех воров, проституток, сутенеров, торговцев наркотиками, а также владельцев клубов и бизнесменов. Она говорила с ними, слушала их сплетни и все же держалась в стороне.

— Мне не важно, как выглядит твоя комната, — сказала Камелия. — Пока я здесь, я буду помогать тебе и внизу, и наверху. Я очень благодарна за крышу над головой и работу.

— Странная ты пташка, — ответила Би, — когда вы с Дуги заходили в кафе, я думала, что ты испорченная богатая девочка. Ну, ты понимаешь, что я имею в виду?

Камелия ухмыльнулась.

— Я могла бы рассказать тебе кое-что о себе и о своей матери. Это изменило бы твое мнение, — произнесла она. — Но мы и так уже целый день говорим обо мне и о моих проблемах. Расскажи о себе, о своих надеждах и мечтах.

— У меня довольно гнусное прошлое, — начала Би, а затем рассмеялась, как будто все равно собиралась молчать о былом. — Что касается надежд и мечтаний, то они все связаны с тем, чтобы выбраться из этой дыры. — Она нашла поднос, забрала грязную посуду у Камелии и поставила на него, а затем быстро унесла за дверь.

Через несколько минут Би вернулась и стала складывать вещи.

— Я просто хочу иметь хорошую квартиру и такую работу, чтобы от меня не пахло каждый день чипсами. Я больше не мечтаю о рыцаре на белом коне или о мужчине, который осыпал бы мою длинную шею бриллиантами. Знаешь, о чем я мечтаю?

— О лаборанте, который посвящал бы тебе стихи? — пошутила Камелия.

— Нет, я мечтаю не о мужчине. Я мечтаю о белой комнате. Чтобы солнце светило в окна, а на полированном столике стояла бы одна-единственная ваза с маргаритками.

Камелия ничего не смогла ответить. Она была шокирована не только простотой желания, а и тем, насколько оно походило на ее собственное.