Шерил Андерсон - Роковая сделка

Мне чаще случалось видеть Кэссиди вообще без одежды. Дома она предпочитает носить свободные холщовые брюки и футболку. Но еще большее удивление вызывали огромные буквы у нее на груди — «МТИ». Я не могла вспомнить никого, кто бы имел отношение к Массачусетскому технологическому институту.

— Нужно было привезти тебе бульона, — посетовала Трисия.

— Я вполне здорова. — Кэссиди прислонилась к дверному косяку и смотрела на нас с загадочной улыбкой. — Сегодня я решила поработать дома.

— А нам почему не сказала?

— Я бы сказала Молли, если бы не ее разборки с полицией.

— Потом я тебе перезванивала, но ты не ответила, — сказала я в свою защиту.

— Ну хорошо, я была неправа, — сказала Кэссиди и сладко потянулась, как кошка, собравшаяся перебраться на более солнечное местечко.

Услышав ее низкий довольный голос, мы с Трисией остановились как вкопанные.

— Ты одна? — спросила я, поражаясь, что эта мысль пришла мне в голову только сейчас.

Кэссиди указала в глубь квартиры, словно водила нас по выставке машин.

— Можете войти.

Оказавшись внутри, подальше от соседских ушей, мы дали волю эмоциям.

— Мы за тебя волновались, — сказала Трисия искренне.

— Согласна, надо было вас предупредить, что у меня все нормально и я просто занята. Приношу извинения, — сказала Кэссиди, чмокнула Трисию в щеку и направилась в кухню. — Для коктейлей рановато. В каком виде и в каких дозах предложить вам кофеин, пока не пробьет пять?

— Скажи, твой физик учился в МТИ? — спросила я, решив покончить хотя бы с одной из накопившихся тайн.

— Да. И учился, и работал в общей сложности лет тридцать, судя по количеству дипломов, степеней и наград.

— Значит, он немолод? — спросила Трисия, опустившись на диван.

— Да, они с Молли почти ровесники, — отозвалась Кэссиди из кухни. Между прочим, я старше Кэссиди всего на три недели, но эти три недели — ее любимое время года. — Но он такой умный и жутко образованный, что кажется еще старше.

— Что такое ты нашла в этом седовласом ученом? Чем он так тебя увлек, если ты решила остаться дома и даже отключила телефон? — спросила я.

— У него невероятное чувство юмора.

Мы с Трисией почти одновременно издали тяжкий вздох, отработанный за долгие годы наблюдений за романами подруги. Почему-то ее самые большие любовные разочарования всегда начинались с этой глубокомысленной фразы: «У него невероятное чувство юмора». Не то чтобы мы с Трисией не ценили в мужчинах это качество, просто Кэссиди очень трудно рассмешить, и она готова закрывать глаза на самые серьезные недостатки — плохие манеры, долги, наличие жены — и оставаться с шутником куда дольше, чем допускает благоразумие. Очередной разрыв приводит лишь к тому, что ее требования только растут, так что следующему ухажеру приходится изрядно поднапрячься, чтобы завоевать место в ее сердце.

— Когда ты нас с ним познакомишь? — спросила я.

— Не знаю.

— С чего вдруг? — фыркнула Трисия. — Мы недостойны подобной чести?

— Вовсе нет. Просто он очень стеснительный, а мне не хочется, чтобы вы на него накинулись. Такого напора он может и не выдержать.

— Как ты думаешь, это комплимент? — повернулась ко мне Трисия. Кэссиди как раз вернулась из кухни с подносом, на котором теснились кофейник, лед, сливки, сахар, три вида итальянского сиропа и бокалы. Она поставила поднос на стол, и мы принялись колдовать над своими емкостями, давясь от смеха, как дети, которым попал в руки набор юного химика.

— У Аарона тонкая, ранимая душа, и мне нужно подумать, как лучше вас представить друг другу.

— Он орхидея или все-таки физик? — спросила Трисия.

— Вот вы, например, помните принцип неопределенности Гейзенберга? — спросила Кэссиди безо всякой логики.

— Не тот ли самый, по которому я никогда не знаю наверняка, какие туфли надеть с новым платьем? — предположила я.

— Нет-нет, по этому принципу чем больше мужчина тебе обещает, тем непонятнее, чего он на самом деле добивается, — сказала Трисия.

— Суть его в том, — пустилась в объяснения Кэссиди, которая на уроках естествознания спала больше, чем мы с Трисией, вместе взятые, — что наблюдение за элементарной частицей мельче атома влияет на ее движение, поэтому невозможно определить ни ее направление, ни скорость.

Мы обе не нашлись что ответить, и Трисия неопределенно заметила:

— Почему-то мне это кажется очень печальным.

— Нет, — возразила Кэссиди с той же таинственной улыбкой, — это лишь означает, что поскольку я все еще пытаюсь определить направление и скорость…

— Хочешь сказать, что ты не покажешь его нам, пока не поймешь, в каком направлении и с какой скоростью ты двигаешься? — предположила я.

— Вот именно.

— Но это может продлиться целую вечность, — надулась Трисия.

— Давай-ка придерживаться научной терминологии. Рассмотрим прецеденты: когда это Кэссиди требовалась вечность, чтобы понять, как она относится к мужчине? — спросила я.

Трисия протестующе замахала руками:

— На этот раз ее прошлый опыт ни при чем: прежде она никогда не прогуливала работу и не надевала чужие вещи.

Кэссиди расхохоталась.

— Потерпите еще чуть-чуть. Самую малость.

— Разве только до пятницы. Покажешь его нам на гала-представлении Эмиля Требаска, идет?

Кэссиди потянула носом воздух:

— Нюхом чую, что ты что-то задумала.

— Вовсе нет. Мне поручили решить, кто будет сидеть за нашим столом, а мне, естественно, хотелось бы, чтобы вы обе пришли с кавалерами, которых выберете сами. Для нас с Трисией это отличный повод познакомиться с Аароном. К тому же твой физик объяснит нам, как в результате дефиле Эйлин в мире моды появится черная дыра.

Я изобразила, как Эйлин пройдется по подиуму, насмешив Кэссиди. Трисия откинулась на спинку стула, задумчиво позвякивая кубиками льда в своем бокале.

— Значит, ты с Кайлом, Кэссиди с Аароном, а я… гм…

Кэссиди красноречиво выгнула бровь дугой.

— Твой список претендентов наверняка длинный и разнообразный.

Трисия покачала головой:

— Скорее он скучный. Вы-то придете с теми, кто вам нравится, а мне придется мириться с тем, кого я в силах вытерпеть.

Кэссиди вскочила на ноги:

— В таком случае пора на охоту. Что скажете, девочки? Заглянем в наши заповедные угодья и посмотрим, не водится ли там кто-нибудь поинтереснее!

— Тебе надо работать, — покачала головой Трисия, — а у Молли назначена встреча. Не волнуйтесь, я что-нибудь придумаю.

— В конце концов, всегда можно пойти в дорогой отель и поискать там достойного кандидата, — предложила я.