Тамара Маккинли - Гостья из тьмы

Матильда не сомневалась, что Этан Сквайрз давно переманил его на свою сторону и стоит первым в списке заинтересованных клиентов. Но Симмонс был ей не страшен. У нее имелось против него мощное оружие: она нашла после похорон отца все его бумаги.

– Нам лучше пройти в дом и обсудить эту проблему наедине, – твердо сказала девочка. – Не хочу, чтобы остальные слышали, о чем мы будем с вами говорить.

Симмонс вопросительно посмотрел на нее, но проследовал за ней без возражений. Матильда предложила ему присесть и сама села за стол напротив, сложив руки перед собой.

– Покажите мне документы о займе, мистер Симмонс, – спокойно попросила она.

Он открыл кожаный портфель, вытащил документы и положил их перед ней на стол. Матильда внимательно прочла бумаги, а затем швырнула их по столу назад мистеру Симмонсу.

– Эта сделка была незаконной. Я не должна вам ничего, кроме маленького займа, который сделала у вас моя мать пять лет назад.

Симмонс возмутился.

– Что за чушь ты несешь? – пророкотал он, начиная заводиться. – Я составлял этот договор с помощью собственного адвоката!

– Вам лучше избавиться от него, – ядовито сказала Матильда. – Он плохой специалист и подвел вас.

– Не думаю, что твоего ума хватит, чтобы оспаривать мнение одного из лучших адвокатов Австралии! – крикнул он, теряя самообладание.

– Не волнуйтесь, хватит. Тут все очень просто: этот заем сделан под мою собственность без моего ведома и согласия, мистер Симмонс, – ответила она, не повышая голоса.

Симмонс растерялся, вся важность вдруг слетела с него, гнев постепенно испарялся.

– Но я видел документы… – сказал он неуверенно. – Твой отец был владельцем земли на момент подписания этого договора.

Матильда покачала головой.

– Он имел пожизненное право проживать здесь и обрабатывать землю. И ничего больше! Вот здесь другие, законные документы, – спокойно сказала Матильда и протянула ему заранее приготовленную папку с документами. – Прочитайте и убедитесь сами. А если у вас возникнут вопросы, обращайтесь к адвокату мистера Сквайрза. Это он составлял их по просьбе моей матери.

Симмонс достал белый носовой платок и все время вытирал лысину, пока читал документы. Руки его тряслись, рубашка на груди стала мокрой. Матильда терпеливо ждала, пока он дочитает. Ее пульс участился, когда она вспоминала о важности этих бумаг. Мать тщательно объяснила ей в свое время задуманный план и сообщила дату, когда все было сделано по закону и документы подписаны.

– Я должен посоветоваться по этому поводу со своим адвокатом, – пробормотал он наконец. – Кажется, твой отец действительно не совсем честно с нами поступил…

– Он обвел вокруг пальца целую толпу идиотов, мистер Симмонс, – успокоила его Матильда, язвительно улыбаясь.

– Но в любом случае долг должен быть уплачен! – взвился уязвленный банкир. – Это слишком внушительная сумма, чтобы просто так ее списать!

– В таком случае решать дело будет суд, – ответила Матильда, вставая. – Я не отдам Чурингу без борьбы, мистер Симмонс!

– Сколько тебе лет? – спросил он, немного остыв и задумчиво разглядывая ее.

– Почти пятнадцать. Но пусть это не вводит вас в заблуждение.

– О, совсем взрослая! Так как же ты собираешься поступить с заемом своей матушки? Или он тоже незаконный?

Матильда расслышала сарказм в его голосе, но промолчала и достала жестяную коробочку, которую так тщательно прятала от Мервина. Стоило почти целый год шарить ночью по его карманам, дрожа от страха, экономить, утаивать и лгать ради этого единственного момента!

Она высыпала монеты на стол, и они сразу заблестели на солнце.

– Здесь половина того, что мы с мамой вам должны. Другая половина, как это и записано в документах, будет вам выплачена в этом году после стрижки, когда поступит плата за шерсть.

Симмонс нахмурился, глядя на монеты.

– Я видел твое стадо и сомневаюсь, что ты сможешь много выручить в этом году. – Он хотел взять деньги, но ему явно было не по себе. – И как же ты продержишься до конца стрижки? Ведь это, наверное, все, что у тебя осталось, девочка?

Матильда не нуждалась в его сочувствии.

– Это мое дело, мистер Симмонс! А теперь, если это все, до свидания. Мне пора работать.

Она проводила его до конца веранды и стояла там, пока четверо мужчин наполняли свои бурдюки свежей питьевой водой и седлали лошадей. Джо ехал впереди, ведя на веревке двух жеребцов и ее гнедую кобылу. Ягнята и овцы в деревянной тачке ехали за ними. Матильда дождалась, когда пыль за ними улеглась, а затем вернулась к лестнице.

Габриэль развалился на крыше, прислонившись к трубе с той стороны, где была тень. Матильда заметила, что он ничего не сделал с тех пор, как приехали кредиторы.

Она перевела дыхание, чтобы переждать боль в спине, потом упрямо поднялась по лестнице. Ей становилось все труднее быстро двигаться: ребенок лежал низко и тянул ее к земле.

– Давай закончим поскорее, Габриэль, а потом поедим.

Он улыбнулся:

– Здесь нет гвоздей, миссюс.

– Так спусти вниз свою задницу, бездельник, и найди их, черт побери! – закричала она в бешенстве.

Глава 8

Матильда знала, что время поджимает, – скоро ей уже не удастся скрывать свое положение. Спустя неделю после того, как она разделалась с кредиторами, девочка запрягла Леди в повозку и вместе с Блю отравилась в Уэллаби-Флатс. Запасы угрожающе уменьшались, и был только один способ пополнить их.

Пока она ехала к городку, ей вспомнился неудачный побег из Чуринги. Каким же она была тогда ребенком! Сейчас все изменилось. Теперь она женщина, уверенно строящая свое будущее. Долги уплачены, Чуринга по-прежнему принадлежит ей, а овцы жиреют на весенних пастбищах. Именно такой она и представляла себе счастливую жизнь.

Матильда переночевала под повозкой, расстелив одеяло. Блю сторожил ее покой, а колокольчик пасущейся рядом Леди напевал колыбельную. Затем, когда на горизонте занялась заря, она вскипятила чай и позавтракала отсыревшим за ночь хлебом и двинулась дальше.

Ей было жарко в отцовском пастушеском плаще, но он прикрывал ее, как тент. Хотя это никого не касалось, ей не хотелось вызывать лишние сплетни и объяснять кому-нибудь, кто отец ребенка. Если эта поездка окажется удачной, ей больше не надо будет появляться в Уэллаби-Флатс до его рождения. Что будет дальше, она не знала, но оставила решение на потом, когда придет время.

Городок не изменился с тех пор, как мать привозила ее сюда. Здесь было так же пыльно, воняло серой и высились кучи земли возле шахт, где когда-то добывали опалы. Дома покосились, открытая дверь пивной темнела в глубине веранды отеля, на которой по-прежнему сидели как будто те же самые люди.