После шторма - Лора Павлов

по его напряженному стволу. Его рот творил чудеса — ощущения были ошеломляющими.

Но он схватил меня за бедра, удерживая, когда его язык погрузился внутрь. Я ускорилась, обводя языком головку, а потом снова скользнув вниз, глубоко в горло.

Он двигался навстречу, и мы нашли общий ритм.

Я старалась сдержать нарастающее чувство, но не смогла.

Я взяла его глубже, прижимаясь к его волшебному рту, и он не останавливался, доводя меня всё ближе к краю.

Я больше не могла сдерживаться. Мои губы сильнее сжались на его члене, движения ускорились, и в ту же секунду мое тело содрогнулось. Взрыв света за веками. Я простонала с ним во рту, и он сорвался следом.

Я осталась там, с ним, переживая до последней волны. Он пытался отодвинуть меня, предупреждая, что кончает, но одновременно удерживал меня за бёдра.

Но я хотела почувствовать его. Проглотить его вкус так же, как он вкушал меня.

И ничто никогда не было лучше.

16

Кейдж

Мы оба рухнули на кровать, и я перекатился на бок, чтобы посмотреть на нее, пока наши дыхания все еще были сбитыми, тяжелыми. Черт, я даже не был в ней — а это уже был лучший секс в моей жизни. Наши тела всегда были в унисон, но сейчас это было даже сильнее, чем я помнил. Может, потому что мы оба давно ни с кем не были.

А может… просто потому что это были мы.

Я откинул ее волосы с лица и уставился на нее, желая запомнить каждую линию, каждую черту.

И она смотрела на меня в ответ.

— Ты просто охренительно красивая, — сказал я.

— Ты тоже. Это было… невероятно.

— Да, — кивнул я и притянул ее ближе. И в тот самый момент в груди сжалось — паника. Что я, возможно, допустил ошибку, позволив себе зайти так далеко. Потому что эта связь была слишком сильной. Слишком настоящей. И даже если это всего лишь одна ночь… будет больно, когда все закончится.

Снова.

— Ты немного паникуешь? — прошептала она.

Господи. Как она всегда угадывает, о чем я думаю?

— Почему ты так решила?

— Потому что я тоже нервничаю.

Я поцеловал ее в макушку.

— Может, мы оба просто боимся снова почувствовать что-то хорошее… потому что это слишком давно не случалось.

— Наверное, ты прав. Но, знаешь, мне нравится чувствовать себя хорошо. И я бы не отказалась еще от пары таких моментов, прежде чем мы притворимся, что ничего не было, — усмехнулась она.

— Прекрасно. Потому что я собираюсь сделать тебе хорошо столько раз, сколько успею до рассвета.

Я перевернул ее на спину, устроился между ее бедер, навис над ней.

Она прикусила нижнюю губу.

— Я пью таблетки. И с Уэсом мы никогда не были без презерватива. Так что я бы хотела, чтобы эта ночь была именно такой, как я её помню. Безо всяких барьеров.

Черт. Я поймал ее взгляд.

— Ты никогда не была с мужем без...?

— Нет. Я не хотела забеременеть… да и, если честно, никогда ему до конца не доверяла.

— Я тоже никогда не был с кем-то без. Кроме тебя. Но с тобой… всегда все было иначе, правда?

— Да, — прошептала она.

— Всегда только ты и я.

Я уже снова был тверд — она это заметила. Раздвинула ноги, и я дразняще провел по ее входу.

— Ты и я, ковбой.

Я вошел медленно. До одури медленно. Она сжимала меня, как тисками. Я двинулся глубже, давая ей время привыкнуть — знал, что у нее давно никого не было и не хотел причинить боль. Хотя мой член был на грани, а я еще даже не вошел полностью.

— Не уверен, что продержусь долго. Давненько это было, — пробормотал я, прижав лоб к ее лбу, и протолкнулся ещё чуть-чуть. Всей своей силой сдерживал себя.

Медленно.

Когда оказался полностью внутри, замер. Просто наслаждался ощущением. Боролся с желанием двигаться, трахать ее быстро и жестко.

Я хотел запомнить ее. Забрать себе. Оставить след, как она оставила его во мне.

Эти мысли крутились в голове, когда она внезапно оттолкнулась и перевернула нас, садясь сверху.

Я схватил ее за бедра, и она посмотрела вниз.

— Никаких сдержек, помнишь? — сказала она и начала двигаться. Сначала медленно, нащупывая ритм. Мои руки легли на ее потрясающую грудь.

Словно она была создана для меня.

Словно вся она была создана для меня.

Она двигалась вверх-вниз, не отрывая взгляда.

Быстрее. Жестче. Я опустил руку между нами — знал, что ей нужно. Все было настолько хорошо, что я еле сдерживался.

Я закрыл глаза. Сосредоточился. Ждал.

Потому что доставить ей удовольствие — это все, чего я хотел в этот момент.

— Смотри на меня, — сказала она между сбивчивыми вдохами. Я открыл глаза и увидел, что она смотрит прямо на меня. — Если у нас одна ночь, я хочу видеть тебя. Хочу наблюдать, как ты разваливаешься. Хочу запомнить каждую чертову секунду. И чтобы ты запомнил тоже.

Она повторила мои слова.

И это было самое сексуальное, что я когда-либо слышал.

Такая же настойчивая. Такая же честная.

Я рванул ей навстречу, в ярости.

Жадно. Жестко.

Снова и снова.

И как только я подумал, что больше не выдержу, она сорвалась. Сжалась на мне так сильно, что я рухнул следом.

Ее голова откинулась назад. Она двигалась в унисон со мной.

Крикнула моё имя.

А из моей груди вырвался сдавленный рык.

И я просто смотрел на нее. На эту чёртову богиню.

Мою идеальную черную птицу.

Которая снова летела. Как всегда. Свободно.

* * *

Прошло два дня с тех пор, как я видел Пресли.

Два дня с того утра, как я отвез ее домой после той ночи.

И это были два дня чистого ада. Я не мог перестать думать о ней. Мы переписывались с утра до вечера, пытаясь сделать вид, что у нас теперь просто дружба.

Я свернул на длинную подъездную дорогу к ранчо Дунканов и поставил пикап на стоянку. Только что отвез Грейси в школу и она не меньше пятисот раз спросила, может ли Пресли научить ее ездить верхом. Я согласился присматривать за лошадьми пару раз в неделю, пока Фрэнк не найдет кого-то на постоянку.

Я просто пытался не сойти с ума. Хотел сохранить хоть какое-то расстояние между нами, потому что наша ночь была разовой и все.

Но я не мог думать ни о чем