Янтарные бусы - Алёна Берндт

Они замолчали. Люба посмотрела на окна, которые были темны… Палисадник совсем зарос, это было видно даже в сумерках, фонарь был через дом отсюда. По всей видимости, новые обитатели дома не появлялись здесь давно, и Люба вздохнула. На самом деле это был вздох облегчения, потому что у Любы снова появилась надежда, что ни Олег, ни Лена не вернутся сюда.

Сергей же, услышав Любин вздох, тронул ее за локоть и сказал:

– Не грусти! Он того не стоит! Даже сотой части твоей грусти и боли не стоит человек, так поступивший! Да, я, наверное, и сам был для своей жены не очень хорошим мужем… не лучшим, это уж точно! Но это… предать человека, поступить так подло! Я уверен: все то зло, что человек творит в жизни, рано или поздно будет наказано. И в случае твоего бывшего мужа… исключением он не станет, вот увидишь.

– Я не желаю ему зла, – покачала головой Люба. – Наоборот, я хочу, чтобы он был счастлив, устроил свою жизнь, только подальше отсюда… И дал мне тоже спокойно жить!

Впереди показался Любин дом, окошко неярко светилось, дед Иван ждал ее возвращения.

– Зайдешь? – спросила Люба. – Немного согреешься. И дам тебе дедову кофту, ты совсем застыл. Меня тоже Борисов не похвалит, если я ему проверяющего простужу!

– Нет, не стану беспокоить, время уже позднее, – покачал головой Сергей. – Дойду, не отморожу себе ничего, не беспокойся. Спасибо, Люба, за прогулку!

– Мне было приятно, тебе спасибо! Я теперь редко выбираюсь, – Люба протянула Сергею ладошку, и он осторожно ее пожал.

Закрыв калитку, Люба еще немного постояла, глядя вслед удаляющейся фигуре Сергея. Она думала о том, что, наверное, ей нужны такие вот встречи и разговоры с людьми, что-то раскладывается по полочкам в ее душе, когда она слышит истории других, пусть и не очень счастливых семей…

Следующим утром вошедшая в здание больницы Люба то и дело ловила на себе любопытные взгляды коллег. Она, конечно, понимала, что это связано с тем, что вчера она ушла домой в сопровождении Сергея Николаевича, но ее пересуды совершенно не волновали, как и излишнее внимание коллег.

– Любаш, ну что? – заглянула в кабинет Любы Лидочка Тарасова. – Доктор-то симпатичный, из проверяющих… Прогулялись хоть, поговорили?

– Он лечил моего деда когда-то давно, вот и все, – пожала плечами Люба. – Вот и встретились еще раз доктор и бывший его пациент, что такого? Да, на ужин мы его приглашали, а что?

– Да нет, ничего, – смутилась Лида. – Просто… говорю же, симпатичный доктор! – весело закончила Лида и хотела было уйти по своим делам, но вспомнила. – Ой! Я же пришла сказать, что тебя Борисов звал, после планерки зайди к нему.

– Ну вот, ты бы хоть с этого начала, – добродушно рассмеялась Люба.

У Борисова в кабинете было многолюдно. Планерка только что закончилась, комиссия была здесь в полном составе и рассматривала какие-то бумаги, разложенные на стол.

– Любовь Егоровна, проходите, – пригласил Аркадий Степанович. – Я вас пригласил по делу. У нас проверка окончена, сегодня подпишем все, завтра наши коллеги отправятся с проверкой в Калиновскую амбулаторию. Я прошу вас быть в их составе и сопроводить. Вы же там работали некоторое время, все знаете, что, где и как. Не откажете мне в такой просьбе? Я думал направить Риту Санаеву. Но у нее двое ребятишек дома и муж по сменам…

– Нет, что вы, Аркадий Степанович, не нужно Риту отправлять! – сказала Люба. – У нее еще и старший сынок приболел, ей сейчас трудновато. Я поеду, мне не тяжело. У меня там знакомая хорошая, есть где остановиться! Сегодня же позвоню и договорюсь.

– Вот и отлично, члены комиссии разместятся сами, калиновский заведующий уже озаботился, – Борисов одобрительно взглянул на Любу. – Я вам дам еще несколько поручений к нему. Спасибо, что согласились.

Люба взглянула на Сергея и по его довольному взгляду поняла, что такая ее командировка в Калиновку не обошлась без его содействия. Почему-то это было ей приятно…

Глава 24

Наташа очень обрадовалась, когда Люба позвонила ей с просьбой приютить ее на несколько дней в Калиновке.

– Любаха! Ты не представляешь даже, как ты вовремя! Мы на прошлой неделе переехали в новый дом, только достроили! Еще, конечно, много чего нужно доделывать, но это уже мелочи. Так что приезжай, погостишь у нас.

Люба видела, что на работе про них с Сергеем шептались, но напрямую Любу никто ни о чем не спрашивал, а сама она не особенно распространялась на личные темы. Внимательно выслушав и записав все поручения Аркадия Степановича, Люба собралась в свою небольшую командировку. На душе у нее все же было немного неспокойно, потому что в Калиновке ей предстояло пробыть целых четыре дня, и за это время она совершенно не желала встретиться с бывшей своей свекровью…

– Любань, ты не волнуйся! – напутствовал ее дед Иван. – Если вдруг эта старая ворона станет к тебе лезть, ты говори сразу же Сергею! Он человек строгий, работа есть работа, и не ее это дело вообще! Быстро ее на место поставит, даже не сомневайся.

– Да я и сама могу за себя постоять, не маленькая ведь, – улыбалась в ответ Люба, понимая, что для деда маленькой девочкой она будет всегда. – Ты лучше тут за кошачьей оравой присмотри, пока они дом не разнесли и двор заодно.

– Акимовна приходила, хочет одного взять, пожалуй, что отдам, – с сожалением сказал Иван Савельевич, которому неловко было признаваться, что всем четверым приблудышам он уже и имена дал… да и весело с ними было в доме.

– Ну, рано или поздно отдавать придется, – Люба чувствовала то же самое. – Дедуль, а давай хоть одного оставим… Пусть вдвоем будут с Муркой. Вон ту девчонку, самую веселую. Которую ты Феней называл.

– Ну… может, и оставим, – дед Иван спрятал улыбку. – Посмотрим на их поведение!

Попрощавшись с дедом, ранним утром Люба запрыгнула в подъехавшую за ней больничную «буханку», где уже сидели ее коллеги. Дорога до Калиновки показалась им короткой за разговорами на привычные всем темы, делились планами и мыслями, не обращая внимания на то, что всех