Никогда тебя не отпущу - Александра Багирова

угомонилась. Она раздражает на инстинктивном уровне.

— Вика, а ты! — переводит бешеный взгляд на меня. — Сидишь тут, слюни ему подтираешь! После того, как он разлучил вас с Денисом!

— Его заставили. Вы многое не знаете. Вы жили в заблуждениях, — стараюсь говорить спокойно. А сама незаметно телефон достаю. Надо написать охране, чтобы полицию вызвали.

— Уже и девочке мозги запудрил! — возмущается Елена.

— Не надо, Вик, — Ярослав замечает мою манипуляцию. — Мы не будем рассказывать полиции. Пусть идет с миром, — смотрит с болью на жену. — Я действительно был плохим мужем и принес тебе много горя.

— Да что там мужем! Думаешь, я не знаю, что ты женился на мне из-за денег! Но на это плевать! Ты скрыл, что Степушка жив! — подходит к стене и ударяет кулаком в нее. — Мой Степушка! А я только сейчас узнала! Сколько времени зря потеряно! А все из-за тебя, треклятый! Боялся, что деньги потеряешь? Держал меня при себе!

— От кого вы узнали? — спрашиваю осторожно.

— Не важно, — поджимает губы. — Я все знаю! И ты, — тычет пальцем в мужа, — Заслуживаешь смерти!

— А почему ваш Степан сам не объявился? За столько лет, он не соизволил вам признаться, что жив? — пытаюсь достучаться до ее разума. — Елена Эдуардовна, если бы он хотел ничего бы его не остановило.

— Он не мог! Андрей и этот, — презрительно кивает на Ярослава, — Запугали Степуншку. Он все эти годы скрывался… и любил меня… так любил…

— Не любил он вас. Я лично говорила со Степаном и он мне это сказал, — говорю жестокие вещи, но ее истерика, ее жуткий поступок доводят до точки кипения. Хочется осадить ее правдой, заставить проанализировать.

В этот момент забываю про ее слабое здоровье, про то, сколько она все же пережила, как убивалась, когда узнала о гибели Дениса. Все меркнет перед ее слепой истерикой.

— Ты… ты с ним говорила и мне не рассказала? — ее глаза кровью наливаются, жуткие метаморфозы происходят мгновенно. — И это после того, как я тебе душу излила? О своей боли поведала? Я всегда была на вашей с Денисом стороне! И ты за все так мне отплатила, Виктория?!

— Елена, закрой рот! Не трогай Вику. Хочешь злиться? Направь свой гнев на меня! — Ярослав даже привстает на постели.

— Ты не заслуживаешь моего Дениса! Все верно, ему другая женщина нужна! — смотрит на меня с ненавистью.

Наверное только сейчас я понимаю в какой обстановке они жили, Елена помешанная на своем Степане, и Ярослав, который продолжал любить мою мать.

Не жизнь, мучения.

— Так беги к своему Степке, чего тут стоишь! — машет рукой Ярослав.

Она голову в плечи вжимает, взгляд затравленный становится.

— Когда придет время, мы с ним встретимся, — слова как-то неестественно звучат. Будто сама до конца их не понимает.

— Вас кто-то надоумил отравить Ярослава? — высказываю догадку, и попадаю в цель, судя по ее бегающему взгляду.

— Я сама! Он должен заплатить за годы моих мучений! Он во всем виноват!

— Вик, оставь ее. Ты ничего не добьешься, — устало говорит Ярослав.

Вижу, ему хуже становится. Слишком много воспоминаний и эмоций для неокрепшего организма.

— Я врача позову. Что с ней делать? — спрашиваю, поглядывая с опаской на Елену.

— Это я с тобой сделаю! Я тебя уничтожу! Ты предательница! — орет на меня.

— Успокоительное, — говорим с Ярославом в один голос.

Прошу охрану позвать врача. Описываю ему ситуацию, мол переволновалась, надо успокоить, сую несколько крупных купюр в халат.

А сама понимаю, что женщина в своем безумии опасна. Мало ли что она еще учудить может. Ярослав против полиции, понимаю его. Рука у него не поднимется засадить ее, потому что вина грызет.

— А дальше что? — спрашиваю Ярослава, когда два санитара и врач с криками и орами уводят Елену. — Спец клиника? — высказываю жуткую мысль.

Сама от нее содрогаюсь.

— Не могу я с ней так, — вздыхает Ярослав. — Я во многом реально перед ней виноват. Ну и ты знаешь, какие у меня ассоциации…

После того, как там практически всю жизнь провела моя мать, упекать Елену хоть и в хорошее но подобное заведение рука не поднимается. Это тоже понимаю.

— Какой выход? — хмурюсь.

— Ты знаешь, — Ярослав грустно улыбается.

— Знаю, — киваю.

Достаю мобильный и набираю номер Дениса.

Глава 44

— Вика! — от его радостного голоса все внутри переворачивается.

— Тут твоя мать в истерике. Это она… твоего отца, — говорю сдавленно.

— В больнице?

— Да.

— Скоро буду. Дождись меня.

Вот и весь разговор. А меня колотит, сердце внутри сжимается. Будто я стою на пороге чего-то важного, что в корне изменит жизнь.

Или это просто откровения Ярослава на меня так действуют? И я немного иначе стала смотреть на ситуацию с Денисом.

Скорее всего, второе.

— Подождешь его? — спрашивает Ярослав, едва шевеля губами.

— Подожду. Тебе тоже врач нужен, — подхожу и провожу рукой по его голове. — Тебя это все измотало…

— Она же уверена, что это я Дашку…

— Елена готова на тебя все грехи мира повесить, так ненавидит, — констатирую очевидный факт.

— Ей надо на кого-то повесить боль, отсутствие женского счастья, и я виноват, но далеко не во всем, — Ярослав смотрит на меня уставшим взглядом. — Дашке я зла не желал. А судя по тому, что говорили соседи, то видели, как Елена поднималась вместе с Дашей на крышу. Но это ни о чем не говорит. Когда-то я пригрозил этими сведениями Денису, чтобы разлучить вас, использовал как еще один рычаг, — морщится, словно сам себе противен. — А на самом деле так и неизвестно кто ее.

— А Степан не злился за свою дочь?

— Он ей никогда не интересовался. Степка прекрасно знал, что Дашка его дочь. Но я ни разу от него не слышал упоминания о ней. Так что вряд ли для Степки это имело значение. А мне было ее жаль…