Мой одержимый босс - Виктория Вишневская

не касаясь. Смотрит по-звериному.

– Ты на что рассчитывала, приходя ко мне в этом?

Ноздри шевелятся. Вдыхают аромат моих волос.

Он всегда так делает.

Озабоченный…

– Что ты не накинешься на меня, и я спокойно уйду, – шепчу.

– Неа, – на лице хищный оскал появляется. – Не так просто, мандаринка. Я три дня плясал вокруг компании твоего отца, пытаясь её выбить. И за свои старания я хочу награду.

Поднимает ладонь и дотрагивается большим пальцем до моей губы.

Сглатываю от волнения.

И невольно хочу облизнуть губу.

У меня сегодня с утра что, либидо повышено?

– Поцелуй.

– А если откажусь?

– Ты можешь спокойно уйти.

В доказательство – поворачивает ручку, которую я только и успела потрогать. Тянет её на себя.

А я делаю шаг назад и захлопываю дверь.

Заглядываю в молниеносно темнеющие синие глаза. Там настолько мрачно и опасно, будто нахожусь на глубине океана.

– Спасибо, – выдыхаю. И мои ладони тянутся к его лицу.

Я хотела сделать это с самого начала.

Помимо жалкого «спасибо», поцеловать Назара. Поблагодарить. И извиниться.

Я жутко ему благодарна, но не знаю, чем ему отплатить. У него всё есть. Кроме одного.

Углубляю поцелуй.

Назар ни на секунду не мешкает. Прорывается в ответ, проникая в мой податливый ротик.

И если всегда наши поцелуи были быстрыми, обезумевшими, словно неудержимые рывки, то сейчас…

Этот глубокий, нежный, чувственный… И долгий, словно Назар не хочет его разрывать.

И отпрянуть от него не могу.

Не из-за его жёсткой пятерни, наматывающей мои волосы на кулак.

Не из-за ладони у меня на бедре.

А потому что не хочу.

Глава 38

Глава 38

Восемь утра, за дверью слышатся шаги. Но это не мешает мне мычать наглецу в рот.

Назар ладонью скользит по бедру, задирая платье.

Надо бы оттолкнуть его, сказать, что нельзя, но…

Любые запреты стираются одним чувственным поцелуем.

Сумка падает на пол, а мои руки оказываются на мощной шее.

Обнимаю Назара, льну всем телом к нему и уговариваю себя не останавливаться.

Из-за одного раза ничего не будет!

Ничего…

Точно!

Я здоровая девушка, любящая секс! Пришла благодарить мужчину, который помог мне, отцу, да и вообще! Почему я должна оправдываться?

Прогоняю голос разума. И играю по правилам Назара.

Сильные мужские руки сжимают мои бёдра. Подхватывают под попу, поднимая в воздух. Я рефлекторно обвиваю его талию ножками, боясь упасть. И прижимаюсь грудью к крепкому торсу, ощущая каждый рельеф его мышц.

Может, я ещё не проснулась?

Точно! Просто сплю!

И всё вокруг – слишком хороший сон.

Касаюсь оголённой задницей деревянного стола. Холодно.

Но всё равно не просыпаюсь.

Реальность, значит?..

Платье поднимается до самого пупка. А умелые напористые пальцы хватаются за краешек трусиков. И останавливаются.

Почему?..

Назар прерывает поцелуй и жарко выдыхает:

– Оставить их в живых, или как? – порочная улыбка расцветает на его губах.

Кажется, у меня слишком давно не было секса.

Хочу, чтобы он порвал бельё. С треском, грубо, не жалея.

Но…

Щеголять весь день на работе без трусов… Нет уж!

– Оставь. И платье тоже.

Помню, как однажды уже просила Назара не порвать на мне одежду… Моё желание он исполнил. А вот трусики… Превратились в тряпку.

И на возмущённый возглас он тогда невозмутимо отозвался: «Уговор касался только платья»

И сегодня я подготовлена.

Недовольное цыканье забавляет.

А вот хитрая улыбка…

И звук рваной ткани…

– Прости, – без тени вины усмехается Назар.

Не раскаивается!

– Ты подлец… – смотрю ошалело вниз на своё лучшее бельё. Почему именно сегодня я решила надеть его? Потому что другое либо не высохло после стирки, либо недостаточно красиво смотрелось!

– Не сдержался. Обожаю рвать на тебе тряпки, – грубо закусывает мою губу, отчего я молниеносно таю.

Ну, почему? Почему именно на него так реагирую и растекаюсь лужицей? Ещё чуть-чуть – и начну вилять хвостиком перед ним…

Обидеться надо бы?

Не могу.

Плашка ремня звенит. А в следующее мгновение сильные руки обхватывают мои бёдра. Назар прижимает меня к себе и входит одним резким движением.

Вот так просто, без прелюдий. Прекрасно зная, что я возбуждена до предела.

Сама не понимаю, как это произошло…

– Чёр-р-рт, мелкая, ты опять стала девственницей? – наклоняется, рычит мне на ушко и делает первый толчок, от которого я рассыпаюсь на маленькие частицы и довольно закусываю губу.

Мамочки… Это намного лучше резинового друга…

– А?

Мне уже плевать на всё. Меня интересуют только невероятные движения, накаляющие нестерпимую, но приятную боль внизу живота. Такую тягучую, как пастила… И эта боль становится всё мощнее. Мощнее с каждым безумным толчком члена внутри меня.

Ощущаю его максимально глубоко, как никогда раньше.

– Узкая, словно девственница, – звучит как комплимент! Только вот…

Впиваюсь ногтями в плечи Назара от дискомфорта.

Поторопился он в меня на всю длину входить…

К его размерам надо привыкать.

Но как же, чёрт, хорошо!

Не сдерживаю очередной стон наслаждения. Получаю в ответ слабую боль в зоне мочки.

Он меня укусил!

– Говнюк, – еле говорю.

– И что ты мне сделаешь?

Ничего!

Мать его, ничего!

Потому что мне хочется взорваться. Податься ему навстречу бёдрами. И освободиться от платья, из-за которого жарко, как в бане. Соски ноют, а грубая ткань натирает.

Невольно вспоминаю белые ровные зубы на них…

И всё тело истомой наполняется. Сильнее прижимаюсь к Назару, и, не сдерживаясь, громко кричу.

Фейерверки перед глазами. Мощные, яркие.

Так и хочется крикнуть восторженно: «Вау!»

– Назар Таирович?

Раздаётся стук в дверь. И вместо того, чтобы замереть, этот мужчина продолжается вколачиваться в моё тело, пока я висну ослабленная на его плече.

Не могу пошевелиться…

Оргазм по всему телу ударил. Кажется, у меня даже пальчики ног поймали эйфорию…

– Вон