Александра Ревенок - Далеко от дома

...Я так боялась. Так долго боялась, что теперь почти ничего не почувствовала. Бак отправляется на юг. Гая я тоже не вижу. Я тут останусь совсем одна. Меня порой охватывает самый настоящий ужас. И страшно не за себя, а за них, самых дорогих мне людей. Об этих страхах я не хочу говорить Баку: он будет сильно переживать. Я его так люблю, что сердце холодеет, когда его нет рядом. А теперь он будет очень далеко, неведомо где. У нас осталось всего двое суток. А если я его больше не увижу? Душа словно кислота разъедает...

...Наверное, моя жизнь закончилась. Египет перестал быть местом где-то на Земном шаре. Это ад. Без Бака и Гая это ад, самая настоящая преисподняя. Я их не вижу, а письма идут так долго. Просыпаюсь не от шума или света, а от кошмаров, таких ужасных, что сердце от страха разрывается. Самое дорогое, что у меня есть - серебряное обручальное кольцо и маленькая фотография со свадьбы. Вчера Бак мне улыбнулся на прощание и поцеловал так, что до сих пор губы горят. Даже думать не хочу, что этот поцелуй может быть последним...

...Каждую ночь я вижу Бака. Я очень скучаю по нему. Тоска отдается такой сильной болью в груди, что даже дышать ровно не получается. Я теперь понимаю состояние Гая, когда он узнал, что Ида собралась на фронт. Увижу ли я когда-нибудь своего мужа?..

...Вчера мне пришло письмо от миссис Уинтер, мамы Бака.

"Здравствуй, Марион.

Можно я буду так тебя называть? Ты моя единственная дочь. Я всегда мечтала о дочери. Когда Бак мне написал, что женится... Это был самый счастливый день в моей жизни. Правда, никогда не думала, что столь радостное событие будет омрачено войной.

Дорогая моя девочка, что бы не случилось, знай: я у тебя есть. Бак у тебя есть. У тебя есть дом в Илкли. Пиши мне. У нас здесь новостей почти нет, мы только их ждем. Я днями слушаю радио, покупаю газеты... Надеюсь на лучшее и боюсь даже думать...

Бак мне писал, что ты потеряла почти всю семью и в живых остался только брат. Но знай: теперь у тебя есть не только брат. У тебя есть мать. У тебя есть семья и дом.

Твоя любящая свекровь и мать Джорджиана Уинтер."

...Месяц. Целый месяц не было никаких известий от Бака. Каждое утро просыпалась со страхом, что они будут, и плакала, что их нет. Кто-то сомневается, что ад есть? Есть. Я теперь не сомневаюсь. Он здесь, в Египте. Каждый раз, когда видела кого-нибудь, хоть отдаленно напоминающего моего мужа, сердце начинало колотиться, сильный тремор в руках. Месяц в ожидании одной единственной строчки, в которой написано, что все хорошо. Месяц сумасшествия и кошмаров. Но когда я получила конверт, на котором было указано мое имя. Я разрыдалась. Столько всего видела и перенесла... Должна уметь держать свои чувства в узде. Я же разревелась, как малое дитя. А ведь порой чувствую себя дряхлой старухой. Оглядываясь назад, уже и не помню, что родилась в Ирландии, этого времени словно не было. Это было в прошлой жизни. Гай тоже говорит, что словно забыл то время, или это было не с ним...

"Любимая моя.

Ты жива?.. Я жив, даже не ранен. Очень тоскую по тебе. Мои самые дорогие вещи - обручальное кольцо и фотография со свадьбы. Здесь много парней, которые пишут своим женам и девушкам. Но ты - моя любимая. Я очень хочу быть с тобой рядом, хочу защитить тебя.

Каждый раз просыпаюсь в надежде, что война кончится, что смогу отправиться к тебе, отвезти домой.

Наши войска продвигаются все дальше, но с каждым километром это сложнее и сложнее. Я живу мыслями о тебе, они поддерживают мою жизнь и желание жить. Здесь очень душно. Жарко и душно.

Но у меня есть ты и мечты о нашем будущем, в Илкли... Ты сможешь работать медсестрой. А я буду работать на нашей ферме. Мне мама писала, что в прошлом месяце на свет появилось четыре ягненка, а гнедая кобыла, которую я когда-то принимал, родила своего первого жеребенка. Руби - она очень добрая, ты ее тоже полюбишь.

Я мечтаю о том дне, когда мы сможем обвенчаться. Ты будешь в красивом белом платье. Я одену тебе на палец обручальное кольцо моей бабушки. Оно очень красивое, с изумрудом. Он такой зеленый, как твои глаза. Ты помнишь? Мы хотели много детей? Так вот, я хочу, чтобы у них у всех были такие же зеленые глаза, как у тебя, и розово-золотые волосы.

Каждый день я живу ради твоих поцелуев, ради тебя. Только ты. Порой бывает настолько тяжело, особенно, когда вижу, как умирают молодые парни и девушки, какой страшной смертью они умирают... Знаешь, тогда и самому жить не хочется, а потом взгляд падает на обручальное кольцо, и я вспоминаю, что нужно жить, ради тебя, ради твоей улыбки, ради твоих поцелуев.

Твой любящий муж Бак Уинтер."

...Зеленые глаза... А я всегда видела малышей с такими же темно-синими глазами. Или такими же жемчужными волосами...

...Если бы не любовь к Гаю и Баку, я бы решила, что моя душа умерла. Порой бывают дни, когда я совсем не сочувствую людям. Смотрю на раненых с ужасающим равнодушием. Люди орут от боли, а я безразлично смотрю или вообще не замечаю криков. Если я такая безразличная сейчас - что будет дальше?..

...Не могу спать. Совсем. Порой предчувствие плохого доводит до безумия. Из-за него становится совсем дурно. Гая видела два дня назад. Стало еще хуже. У меня ощущение, что он устал. Это ощущение пугает. Пришла идиотская мысль: познакомить его с кем-нибудь из девочек. Познакомила. Он только безразлично улыбнулся Молли и отвернулся ко мне. Наверное, он догадался о моих мыслях...

"Дорогая Марион,

я получил твое письмо. Я чувствую твою боль. Я хочу быть рядом с тобой, обнять тебя, поддержать... Награды позволяют гордится своими близкими, но не тогда, когда они посмертно. Ты держись, моя хорошая. Я тебя люблю. Будь сильной. Должна быть. Гай бы этого тоже хотел. Помнишь, как он радовался, когда мы поженились? Теперь он рядом с любимой.

Марион, береги себя. Если с тобой что-то случится - смерть мне будет не страшна. Гай сейчас счастлив. А ты не одна, ты со мной.

Меня порой одолевает страшное безразличие к тому, что происходит вокруг. При взрывах я не вздрагиваю, совсем. Я к ним привык. Выстрелы - те вообще не трогают. Смотрю на ребят, а они тоже стали такими же безразличными. Что-то человеческое загорается только, когда письма перечитывают. И я тоже. Смотрю на нашу фотографию со свадьбы и вспоминаю, что я человек, что вокруг люди. Стараюсь не вспоминать, что по другую сторону баррикад тоже люди. Потому что иначе на душе совсем мерзко.