Сюзанна Шайблер - Красотка

— Эй, приятель, не хочешь немного развлечься?

— Ты сегодня один? Красивая девушка может составить тебе компанию. Посмотри, правда я хороша?

Вивьен Уорд приняла ванну и начала одеваться. Она надела черные кружевные трусики и бюстгальтер, натянула черные ажурные чулки и, наконец, облачилась в довольно своеобразный ансамбль, верхняя часть которого, оставлявшая голыми плечи и талию, спереди и сзади была скреплена двумя металлическими кольцами с чисто символической юбочкой.

Вивьен была истинная красавица: стройная, длинноногая, с большими выразительными глазами и мягко очерченным ртом. Обаятельное лицо и красивые тонкие руки были чуть тронуты легким загаром.

Вивьен подошла к зеркалу, чтобы наложить косметику. Глаза с помощью контурного карандаша и голубых теней она сделала еще более выразительными. Губы накрасила ярко-красной помадой.

Надела высокие, до середины бедер, сапоги на каблуках. Язычки молний на них давно оторвались, и Вивьен, чтобы как-то застегивать сапоги, приспособила для этой цели булавки. Наряд ее дополняла дешевая бижутерия: клипсы, браслеты, которые тихо позвякивали при каждом ее движении.

Нацепив на голову темную шапочку с козырьком и небрежно набросив на плечи красный жакет, она подхватила сумку и двинулась к выходу.

Выйдя из номера, девушка услышала внизу голоса. Она остановилась, присела на ступеньке и, затаившись, стала следить за происходящим на лестничной клетке.

Хозяин убогой гостиницы держал за ворот эмигранта с Ямайки.

— Ну-ка, стой! Ты, я вижу, не понял, что тебе было сказано. В конце месяца я собираю плату. Гони бабки, или я тебя вышвырну вон!

Вивьен тихо встала и на цыпочках вернулась в номер. В ванной комнате она сняла крышку сливного бачка и вытащила пластмассовую мыльницу, в которой хранила деньги. Но обнаружила в ней всего-навсего один доллар.

Посмотрев с изумлением в опустошенную мыльницу, Вивьен закрыла ее и убрала на место. Она плохо себе представляла, как выберется из отеля, не столкнувшись с настырным хозяином, собирающим плату с жильцов. Но тут ее осенила идея, Вивьен распахнула окно в гостиной и ступила на узкую, огороженную металлическими перилами площадку пожарной лестницы. Затея эта была не лишена риска, но девушка верила в свои силы. Она оглянулась по сторонам и стала быстро спускаться.

Внизу проходила парочка, но Вивьен, с кошачьей ловкостью спускавшуюся по лестнице, они не заметили. На третьем этаже из окна выглянула какая-то брюнетка, вытаращилась на девушку, однако ничего не сказала.

Лестница обрывалась довольно высоко над землей. Вивьен бросила сумку и спрыгнула вниз.

— Порядок! — воскликнула она громко, подняла с земли сумку и пролезла под ограждением, отделявшим территорию гостиницы от улицы.

Смешавшись с прохожими, Вивьен дошла до бульвара.

У перекрестка негр в пестрой вязаной шапочке и потертом коричневом пиджаке, сопровождая свои слова картинными жестами, приветствовал высаживающихся из автобуса туристов:

— Добро пожаловать в Голливуд! Добро пожаловать! — кричал он. — У каждого, кто сюда приезжает, есть какая-нибудь мечта. Какая у вас мечта? А у вас? Эй, мистер, какая у вас мечта?

Вивьен часто видела этого негра. Правда, никто, и она в том числе, не знал, как его звать, хотя он каждый день торчал на бульваре, пытаясь заговорить с каждым встречным. Безобидный и вечно веселый парень, он у каждого спрашивал, какая мечта привела его в Голливуд.

Дождавшись зеленого огонька светофора, Вивьен решительной походкой пересекла улицу. Взгляд ее скользнул по мальчишке, подлетевшем на своем скейтборде к двум девицам-тинейджерам, которые, явно уже накачавшись наркотиками, сидели на ступеньках парадного.

— Девчонки, есть клевый товар! Хотите? — сказал он, останавливаясь перед ними.

Небольшой пакетик и несколько долларовых банкнот поменяли владельцев. Подросток пожелал девчонкам приятно провести время и укатил на своей доске.

Негр, продолжая витийствовать, последовал за туристами в переулок. У дома с узким фасадом что-то произошло. Рядом стояли «скорая» и полицейский автомобиль, а в подворотне, на месте, где обычно сидел чистильщик ботинок, несколько человек в униформе обступили неподвижное тело. Толпа зевак разрасталась.

— Что случилось? — спросила какая-то женщина.

— Да проститутка загнулась, — просветили ее. Один из полицейских остановил негра за плечо.

— Инспектор Элбертсон, — представился он и бесцеремонно спросил:

— Что ты можешь сказать об умершей?

Вивьен, которая только что подошла, услышала ответ:

— Я ничего не знаю, сэр, — виновато разводя руками, говорил негр. — Могу вам поклясться. Ну, честное слово, понятия не имею, что это за девица.

— Хватит басни рассказывать! Мы нашли ее во дворе в мусорном контейнере. Чем она занималась?

— На порошок зарабатывала. Совсем уж плоха была. Только на кокаин и работала. День и ночь на панели торчала — торговала собой по дешевке.

— Ну, а ты чем балуешься? — спросил инспектор.

Негр вскинул руку:

— Я чист, сэр! Клянусь вам!

— Так я тебе и поверил! — усмехнулся блюститель порядка. Он хотел было задать еще несколько вопросов, но внимание его привлекли зеваки.

— Эй, вы! — закричал он. — Что вы там делаете?

Он подошел к супружеской паре, склонившейся над мертвым телом. Женщина беспрерывно щелкала фотоаппаратом.

— Вы из прессы? — уставился на них инспектор.

Прервав на минуту фотографирование, женщина обернулась.

— Мы не из прессы. Мы из Орландо. Полицейский с возмущением повернулся к коллеге.

— В голове не укладывается! Ты видел этих туристов? Трупы фотографируют нашли достопримечательность!

Его напарник оттеснил в сторону жаждущих сенсации ротозеев. А Вивьен поспешила уйти. Она знала умершую девушку. От увиденного по спине у нее побежали мурашки. Уже отойдя, она заметила, как мертвое тело погрузили в «скорую» и машина отъехала.

Ускорив шаг, Вивьен перешла на другую сторону улицы и направилась к бару, над входом в который неоновыми буквами было написано: Клуб «Голубой банан». У входа стояли мопеды, из окон гремела музыка. Чувствовалось, что ночная жизнь началась.

В битком набитом помещении было накурено, хоть топор вешай. Бар встретил Вивьен какофонией голосов, звона бьющегося стекла, хохота. Из динамиков лился знакомый шлягер:

В этом мире безумномЭто вовсе не странно,Что влюбился в тебя я…

Несколько чудаковатых гостей танцевали, остальные густо облепили стойку, протянувшуюся через весь зал. Вивьен протиснулась сквозь толпу к пожилому бармену.