Мой первый круиз - Ася Лавринович

Нам с Леной пришлось последовать за ним.

– Я тебе все возмещу, – смягчилась я.

– С чего вдруг? – удивилась Лена. – Где деньги возьмешь?

– Найду на лето подработку и куплю новую блузку.

Лена и Валера переглянулись и покатились со смеху.

– Чего вы ржете? – обиделась я.

– Потому что ты, Вася, не приспособлена для работы, – сказал Валера.

– Только если найдется вакансия смотрителя дивана, – подключилась Лена.

Мне снова захотелось запустить в сестру чем-нибудь, желательно потяжелее блузки, но в коридоре ничего подходящего не нашлось.

На чердаке я обнаружила щенка, развалившегося на кровати с моим носком в зубах.

– Эй-эй-эй! – тут же кинулась я к нему. – Пельмень, Мант или как там тебя… Мы так не договаривались!

С трудом мне удалось отобрать у этого наглеца свой носок. Щенок даже рычать от возмущения начал. А я тяжело вздохнула. Да-а, еще одна собака может стать большой проблемой, тем более такая крупная. Моя семья до сих пор не приняла Чокопая. Хочешь не хочешь, а нужно заняться поиском нового дома для найденыша. Иначе меня саму выселят вместе с двумя приведенными с улицы собаками.

Остаток вечер я предпочла провести на чердаке, не показываясь лишний раз маме на глаза. Щенка я согнала с кровати, и он улегся калачиком у двери. Про Чокопая вспомнила, когда тот принялся скулить внизу. Тогда я, предусмотрительно врубив на ноуте музыку, впустила лабрадудля. Готовилась к самому худшему, но на удивление Чокопай и щенок просто молча принялись обнюхивать друг друга. Ни злостного рычания, ни громкого лая, который для взрослого невоспитанного Чокопая – привычное дело.

Войны не случилось, поэтому я оставила обеих собак в своей комнате. Когда все домашние разошлись по спальням, я перетащила к себе миски и собачий корм. Все мои мысли вертелись вокруг найденного щенка. Во-первых, его нужно показать ветеринару, а на это нужны деньги. Содержать сразу двух собак, пусть одну и до тех пор, пока я не найду нового хозяина, очень накладно. Зря Лена и Валера смеются над моей затеей с работой. Нужно посоветоваться с Дариной, она обязательно что-нибудь придумает. В крайнем случае можно, как подруга в прошлом году, пойти продавать квас.

Мысли перескочили на Мирона. В голове я зачем-то еще раз прокрутила нашу сегодняшнюю встречу. Когда-то Дарина грезила о том, чтобы вот так, невзначай, пересечься на улице и поболтать с этим парнем… Сколько всего произошло за год, когда подруга решила больше не думать о Мироне. Сколько увлеченностей парнями у нее еще случилось после этого. Дарина влюблялась часто и практически всегда безответно. Хотя подруга обладала миловидной внешностью: миниатюрная блондинка с локонами, фарфоровой кожей и ярко-голубыми глазами. Чем-то она напоминала певицу Сабрину Карпентер. Мужским вниманием Дарина не была обделена, просто ей всегда нравились не те. Под «не теми» я подразумеваю всяких козлов. Хорошие парни, которые все-таки отвечали Дарине взаимностью, ей быстро надоедали и разочаровывали. К ним она сама быстро теряла интерес.

Мирон козлом не являлся. Скорее, он оказался недосягаемым для Дарины, поэтому она на него и запала. Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. А почему я решила, что Мирон нормальный? Я прислушалась к себе. Рядом с ним я не чувствовала опасности. Да и разве может оказаться козлом тот, кто с первого взгляда обаял собаку? Мне всегда казалось, что животные чувствуют злых людей. Конечно, бывают и исключения. Например, сложные отношения Лены и Чокопая. Моя сестра, несмотря на ее скандалы и ворчания, хороший человек. И, конечно, личные вещи Лены не заслуживали такой участи, особенно блузка. Но у Чокопая были свои представления о карме.

В доме уже давно стояла тишина. Перед сном я запретила обеим собакам забираться на кровать и, пребывая в своих мыслях, не заметила, как мой запрет был самым наглым образом нарушен. Когда я вытащила босую ногу из-под одеяла, тут же нащупала один мягкий бок. Подняла голову и обнаружила, что Чокопай и щенок улеглись на кровать и теперь сладко спали, прижавшись спинами друг к другу. Я хотела возмутиться, но в последний момент передумала. Сладко зевнув, завернулась в одеяло. Завтра меня ждет сложный день: я твердо намерена найти работу и новый дом для найденыша-самоеда. Выстроив план дальнейших действий, я наконец провалилась в сон.

Глава вторая

Вставать пришлось рано: необходимо выгулять собаку, прежде чем домашние проснутся. Чокопай обычно свободно разгуливал по участку, а вот щенка, имя которому я пока так и не придумала, выпускать одного опасно. Я планировала погулять только с самоедом, но в последнюю минуту за нами увязался Чокопай. Громко начал скулить и стучать когтями по полу. Пришлось его брать с собой, чтобы он не разбудил маму, спальня которой находилась как раз под чердаком.

Утреннее солнце уже вовсю светило, но на улице еще было прохладно. Роса ярко сверкала на траве, цветах и кустарниках. Собаки тут же наперегонки бросились к задней калитке. Конечно, Чокопай оказался проворнее. Зевая, я поплелась по тропинке вслед за ними. Участок за домом сильно зарос. Летом в нашем доме кипела другая работа: из-за свадебного сезона на огородные дела все дружно забивали. Мне в голову пришла идея вечером скосить траву и прополоть немногочисленные грядки. Нужно задобрить маму на случай, если она все-таки обнаружит в доме щенка до того, как я успею его пристроить. И мысли о работе меня так и не покидали. Днем мы с Дариной собирались на реку, и я не сомневалась, что подруга придумает, где нам достать деньги.

В этот ранний час поселок еще спал. Мы со щенком, не сговариваясь, сразу свернули к улице, на которой жил Мирон. Чокопай поначалу заупрямился – ему хотелось гулять в привычных местах, но в последний момент все-таки передумал и, виляя хвостом, направился за самоедом. Щенок тут же притормозил у дома Леука. Я не удержалась и все-таки подсмотрела в щелочку: огромная территория, ухоженный участок и красивый двухэтажный дом с просторной террасой и панорамными окнами. Заметив на заборе камеры, я поторопила собак. Не хватало наступить на те же грабли и снова опозориться.

Домой мы вернулись через заднюю калитку. Вокруг было по-прежнему тихо, только из соснового бора за нашим участком доносилось веселое птичье пение. Чокопая я оставила внизу, а щенка подхватила на руки и унесла на чердак. Рухнула с ним на кровать и накрылась с головой одеялом, чтобы снова поскорее заснуть. Едва успела закрыть глаза, как раздался резкий стук в дверь, а щенок радостно залаял. Я подскочила как ужаленная.

– Василиса! Кто у тебя лает? – строго спросила мама через дверь.

Я, все еще не в силах прийти в себя после короткого сна, быстро оглядела комнату. Чокопая здесь нет, а значит, сваливать на него не имеет смысла.

Щенок зарычал, и я схватила его на руки.

– Это я лаю, мама! – нашлась я, уже стоя рядом с дверью с собакой в руках. – Ты зачем так рано меня разбудила? Я возмущена! Гав!

Но мою маму, конечно, не провести. Стук стал только настойчивее.

– Василиса, открой немедленно! Кого ты снова принесла в дом?

Пришлось сдаваться. Я открыла дверь, и на чердак вслед за мамой влетели Валера с Ленкой.

– Это еще кто?! – воскликнула сестра, увидев у меня на руках щенка.

– Не знаю! – честно ответила я. – У него еще нет имени. Придумаем вместе?

– Ты сдурела? – вскипела Лена. Она все еще не могла простить мне испорченную Чокопаем блузку. – Ты с ним спала? А если он лишайный?

– Или блохастый, – добавил Валера.

Щенок во время разговора так активно и радостно размахивал хвостом, будто ему раздавали комплименты, а не обзывали.

– Сами вы блохастые и лишайные! – огрызнулась я. – С этим щенком все в порядке, – добавила я, впрочем без особой уверенности в голосе. – Конечно, его нужно проверить у ветеринара, поставить необходимые прививки…

– Ну нет! – покачала головой мама. – Мы только отдали кругленькую сумму, проверяя Чокопая, с которым, как оказалось, все в порядке.

Такое действительно было. Я таскала Чокопая к гастроэнтерологу, потому что мне показалось, что у него пропал